Праздник успения пресвятой богородицы

Слава Богу!

Дорогие братья и сестры! Сегодняшний день для православного христианина необыкновенный. Мы празднуем Успение Пресвятой Богородицы. И уже само название этого праздника заставляет нас остановиться и подумать. Почему Церковь называет смерть праздником? Разве смерть — это не горе? Разве смерть — это не слезы, не разлука, не пустота, не тишина в доме, где вчера ещё звучал знакомый голос?
Для человека земного смерть действительно кажется концом. Мы хороним близкого человека и понимаем: больше я не услышу его голоса, не увижу его лица, не смогу поговорить с ним так, как разговаривал вчера. И особенно страшна смерть тогда, когда человек уходит внезапно, когда невозможно было попрощаться, невозможно было сказать последнее «прости», невозможно было взять за руку, невозможно было просто постоять рядом.
Но Церковь говорит нам не о том, что смерть перестаёт быть трагедией. Церковь говорит нечто гораздо более глубокое: смерть перестаёт быть последней точкой.
Вот в этом и заключается тайна Успения Пресвятой Богородицы.
Слово «успение» действительно связано со сном. Но христианская вера не пытается обмануть человека красивыми словами. Мы не говорим, что смерть — это вообще ничего не значащее событие. Нет. Смерть трагична потому, что человек создан для жизни. Смерть вошла в человеческую историю как разрушение того порядка, который Бог предназначил человеку. Мы плачем у гроба не потому, что мало верим, а потому, что любим.
И здесь особенно важно понимать одну вещь: христианство не запрещает плакать.
Иногда человеку говорят: «Ты же верующий, чего ты плачешь?» А я бы сказал наоборот: плачь. Если ты любил — плачь. Если тебе больно — плачь. Господь не осудит слезы человека. Христос Сам плакал у гроба Лазаря. Не потому, что не знал о воскресении, а потому, что человеческая боль Ему не чужда.
Поэтому Успение — это не праздник отрицания смерти. Это праздник победы над отчаянием.
В центре этого праздника стоит Пресвятая Богородица — Та, Которая была Матерью Спасителя, Та, Которая прошла весь путь рядом со Христом и пережила страшную Голгофу. И когда Церковь вспоминает Её Успение, перед нами открывается совершенно особая тайна: земная жизнь заканчивается, но жизнь человека в Боге — нет.
Именно поэтому Успение так дорого православному сердцу.
Мы живём в мире, где смерть стала слишком привычной. Особенно страшно это чувствуется сегодня. Люди теряют мужей, жён, сыновей, дочерей, братьев, сестёр, родителей. Кто-то погибает на фронте, кто-то погибает под обстрелом, кто-то исчезает без вести. Кто-то получает страшную весть через телефонный звонок, а кто-то годами живёт в мучительном ожидании: «А вдруг он жив?»
И тогда возникает вопрос, который невозможно заглушить никакой политикой, никакими лозунгами, никакими красивыми словами: «Батюшка, а мы увидим своих родных?»
Вот это уже настоящий вопрос.
Не вопрос о партиях. Не вопрос о границах. Не вопрос о том, кто громче кричит и кто лучше умеет обвинять другого.
Это вопрос человеческого сердца.
«Я не успела попрощаться с сыном. Увидим ли мы друг друга?»
«Я не смогла сказать мужу последнее слово. Увидимся ли мы?»
«Я даже похоронить его не смог. Там ничего не осталось. Что теперь?»
И вот здесь христианская вера даёт человеку то, чего не может дать ни одна земная идеология, ни одна государственная система, ни одна философия человеческого успеха.
Христова вера дает нам всем  Надежду.
Христос говорит: «У Бога же не мёртвых Бог, но живых, ибо у Него все живы». Это не означает, что физическая смерть перестала существовать. Это означает, что смерть не способна уничтожить человека перед лицом Бога.
Вспомним Преображение Господне. Христос беседует на Фаворе с Моисеем и пророком Илиёй. Один уже прошёл через физическую смерть, другой был взят живым на небо. И для Бога оба существуют. Для Бога нет той стены, которую мы, люди, называем окончательным исчезновением.
Для нас человек умер.
Для Бога человек предстал перед Ним.
Вот почему христианская вера никогда не сводится к словам: «Ну, всё закончилось». Нет. Для христианина могила — это страшная граница земного существования, но не граница власти Божией.
И в этом смысле Успение Пресвятой Богородицы — это праздник надежды.
Не дешёвой надежды в духе: «Всё будет хорошо, не переживай».
Нет. Такая надежда ничего не стоит.
Христианская надежда знает, что будет Голгофа. Знает, что будут слёзы. Знает, что будут могилы. Знает, что будут похороны и будут моменты, когда человек не сможет произнести ни слова. Но одновременно христианская надежда знает и Пасху.
Поэтому мы смотрим на смерть через воскресение Христово.
Без воскресения смерть действительно была бы последним словом. Но Христос воскрес. И именно поэтому смерть перестала быть царём человеческой истории.Она всё ещё приходит.
Она всё ещё забирает наших близких.
Она всё ещё заставляет нас рыдать.
Но она больше не имеет права сказать человеку: «После меня ничего нет».Потому что Христос сказал: «Я есмь воскресение и жизнь; верующий в Меня, если и умрёт, оживёт».
Вот где находится сердце христианской надежды.
И поэтому очень важен образ Успения. На иконах мы видим Пресвятую Богородицу, а Христос держит на руках Её чистейшую душу, изображённую как младенец. Это удивительный образ. Мать держала Сына на руках — и теперь Сын держит на руках Мать.
В этом образе есть целая проповедь.Когда-то Марию держали человеческие руки. Теперь Её душа находится в руках Божиих.
И это касается каждого из нас.
Сколько бы мы ни строили планы, сколько бы ни зарабатывали, сколько бы ни приобретали, сколько бы ни спорили между собой, однажды всё материальное останется здесь.
Останется только душа.
И тогда вдруг выяснится, что главным в нашей жизни было совсем не то, из-за чего мы так много нервничали.
Не машина.
Не квартира.
Не деньги.
Не политические лозунги.
Не победа в споре.
Не количество людей, которые поставили тебе «лайк».
А любовь. Прощение. Милосердие. Вера.
И то, каким человеком ты оказался перед лицом Божиим.
Поэтому Успение — это ещё и очень серьёзная проповедь для живых.
Пока мы живы, у нас есть удивительный дар, которого мы часто не ценим, — возможность успеть.
Успеть попросить прощения и «Я тебя люблю».
Успеть позвонить матери.Успеть помириться с братом и перестать ненавидеть человека.
Успеть выбросить из сердца старую обиду.
Успеть прийти к Богу.
Потому что однажды придёт день, когда сказать всё это будет уже невозможно.
И тогда человек особенно остро поймёт цену одного не произнесённого слова.
Мы часто говорим: «Потом».
Потом позвоню.
Потом приеду.
Потом помиримся.
Потом схожу в храм и исповедуюсь.
Потом изменю свою жизнь.
А Господь очень тихо напоминает: ты уверен, что у тебя есть это «потом»?
Поэтому праздник Успения — не только о смерти Богородицы. Он о нашей собственной жизни.
О том, как мы её проживаем.
О том, кем мы становимся.
Потому что сейчас мир действительно становится всё более злым. Всё больше ненависти, раздражения, зависти, злобы, похоти, равнодушия. Человек перестаёт видеть в другом человека и начинает видеть только врага, чужого, конкурента, помеху.
А Христос говорит совершенно иное.
Оставайтесь людьми.
Не дайте злобному греховному миру превратить ваше сердце в камень.
Не становитесь частью безликой озлобленной толпы.
Не позволяйте войне войти внутрь вас настолько глубоко, чтобы после окончания вы сами стали войной.
Это, пожалуй, одна из самых страшных опасностей.
Можно пережить обстрел и остаться человеком.
А можно физически выжить и духовно превратиться в руины.
Вот поэтому нужно беречь сердце.
Беречь душу  и  способность сострадать. Беречь молитву и память о тех, кого мы потеряли.
Особенно в наши дни, когда гибнут не только военнослужащие, но и мирные люди, когда страдают семьи, когда люди исчезают без вести, когда смерть приходит туда, где вчера ещё была обычная жизнь.
И здесь я хочу сказать очень простую вещь.
Не будем превращать смерть человека в политический лозунг или использовать чужое горе для собственной славы.
Не будем искать в крови повод для новой ненависти.
Пусть погибший человек станет для нас поводом помолиться.
Пусть его смерть заставит нас задуматься не о том, как сильнее проклясть другого, а о том, как самим не потерять человеческий образ.
Потому что всякая смерть должна не только заставлять нас плакать. Она должна заставлять нас меняться.
И ещё одна очень важная мысль.
Иногда человек говорит: «Я не успел попрощаться».
Но, может быть, последнее слово между людьми — не всегда то слово, которое было произнесено у гроба.
Любовь не заканчивается последним разговором.
И если между людьми была настоящая любовь, она не уничтожается тем, что один человек внезапно ушёл из земной жизни.
Поэтому христианская надежда говорит нам: там, за пределом смерти, встреча возможна.
Но эта встреча должна побудить нас уже сейчас жить так, чтобы нам не было страшно встретиться.
Потому что самое страшное — не встретить своих родных.
Самое страшное — встретить их и понять, сколько любви мы могли дать друг другу, но не дали.
Сколько раз могли попросить прощения — и не попросили.
Сколько раз могли обнять — и отвернулись.
Сколько добра могли сделать — но решили, что «не наше дело».
Вот почему у Бога действительно есть один вопрос к человеку: кем ты был?
Не сколько у тебя было денег.
Не сколько у тебя было власти.
Не сколько людей тебя боялись.
А сколько любви осталось после тебя.
Успение Пресвятой Богородицы напоминает нам о том, что смерть не должна заставить нас жить в страхе. Она должна научить нас жить правильно.
Мы не знаем часа собственного исхода.
Мы не знаем, кого Господь призовёт раньше.
Мы не знаем, будет ли у нас возможность сказать последнее слово.
Но мы знаем одно: Христос воскрес.
А значит, у смерти нет последнего слова.
Последнее слово принадлежит Богу.
И потому сегодня, в праздник Успения Пресвятой Богородицы, я хочу пожелать каждому, кто потерял близкого человека: не отказывайтесь от надежды.

Плачьте, если больно. Молитесь, если трудно. Вспоминайте тех, кого любили.  Но не говорите: «Всё кончено».  Для Бога ничего не кончено.
И если сегодня у вас есть человек, с которым вы поссорились, — помиритесь.
Если есть человек, которому давно хотели сказать «прости», — скажите.
Если есть человек, которому давно хотели сказать «люблю», — не откладывайте.
Потому что жизнь удивительно коротка.
И человек порой понимает это слишком поздно.
А ещё будем помнить, что христианская надежда — это не разрешение жить как угодно. Нельзя сказать: «Раз смерть не конец, значит, мне всё позволено».
Нет.
Именно потому, что жизнь продолжается перед Богом, каждое наше слово имеет значение.
Каждая обида имеет значение и акт милосердия имеет значение.
Каждая ложь имеет значение.
Каждое прощение имеет значение.
Каждая молитва имеет значение.
Мы идём навстречу Богу.
И дай нам Господь прийти к Нему не с сердцем, наполненным ненавистью, завистью и злобой, а с сердцем, в котором, несмотря на все раны, всё-таки осталась любовь.
Вот почему Успение — это праздник.
Не праздник смерти Праздник надежды.
Праздник уверенности в том, что Божия любовь сильнее могилы.
Сильнее разлуки.
Сильнее человеческой жестокости.
И сильнее самой смерти.
Пусть же Пресвятая Богородица ходатайствует о нас перед Своим Божественным Сыном.
Пусть Господь утешит тех, кто потерял родных.
Пусть даст вразумление тем, кто способен остановить зло и сохранит живых.
Пусть упокоит усопших.
Пусть соединит в Своём Царстве тех, кого земная смерть разлучила.
И пусть каждому из нас даст самое главное — не просто долгую жизнь, а жизнь правильную; не просто много лет, а годы, прожитые с Богом; не просто возможность дожить до старости, а возможность однажды услышать: «Добрый и верный раб».
Слава Богу за всё.

Аминь.