Какая еда самая вкусная?

«КАКАЯ ЕДА САМАЯ ВКУСНАЯ?»
(Сумбурные соображения о «большинстве», за которым надо идти...)

Когда тех, кто предлагает разрешать проблемы лезгин «шариатскими» методами, просишь объяснить разумность и перспективность этих методов в XXI веке, их сторонники ничего вразумительного привести в пользу своего предложения не могут и ссылаются на то, что большинство лезгин — это, мол, мусульмане, которым близки, как они полагают, эти методы.

Возникает законный вопрос: решался ли какой-либо вопрос в истории человечества большинством голосов и, если решался, то к чему это приводило? Тут на ум приходит пример из истории — пример Гитлера, который пришел к власти по воле большинства немецкого народа. И все теперь знают, к чему это привело.

Этот пример показывает, что мнение большинства общества автоматически не делает его правильным и разумным; чаще всего следование мнению большинства, основанному на иллюзорных представлениях, приводит к катастрофическим последствиям.

Конечно, любое общество неоднородно. И большинство в нем неустойчиво: сегодня одни убеждения у большинства, а завтра — другие. Один умный человек как-то сказал, что он никогда за свои убеждения жизнь не отдаст, потому что эти его убеждения могут оказаться ошибочными. Убеждения большинства, как показывает история, еще чаще, чем у индивида, оказывались ошибочными.

Объясню, что я хочу сказать этими рассуждениями об убеждениях большинства, на примере сообщества насекомых. Допустим, что нам удалось из насекомых, обитающих на всем земном шаре, выделить некое сообщество, в которое входят мухи и пчелы. Допустим, это сообщество голосованием решает вопрос: «Какая еда самая вкусная?» Очевидно, ответом большинства этого сообщества будет, что самая вкусная еда — это экскременты, ибо это большинство состоит из мух, обожающих их в качестве повседневной еды. Если бы сообщество насекомых слушалось своего большинства и следовало бы его мнению, то оно никогда не узнало бы вкус нектара — основной еды пчел, составляющих меньшинство этого сообщества.

Так и в человеческом обществе. Рисуя крупными мазками, можно сказать, что оно делится на две части: на так называемых верующих, мечтающих о жизни в раю на том свете, считая этот свет перевалочным пунктом перед «настоящей» жизнью, и неверующих, которые к реальной, осязаемой жизни на этом свете, в которой иногда встречаются капельки «нектара», относятся как к ценности и желают прожить ее достойно.

Очевидно, если большинство общества состоит из верующих и общество будет следовать за большинством, мечтающим о рае на том свете, то оно никогда не узнает вкус жизни на земле — вкус капелек «нектара», встречающихся на этом свете, как не узнает вкус нектара сообщество насекомых, где большинство составляют мухи и все сообщество следует за большинством.

К таким капелькам «нектара», встречающимся на этом свете, относятся, в частности, лезгинские песни и танцы.

Есть в ФЛНКА руководители, считающие себя относящимися к «большинству» лезгин, которые полагают, что лезгинских детей, оказавшихся в летнем лагере в Курахском районе, по недоразумению названном «этнолагерем» (этно — относящееся к определенному этносу), надо оградить от лезгинских песен и танцев. Вот и возникает вопрос: организаторы этого лагеря желают видеть детей, образно говоря, похожими на «мух» или на «пчел»? «Пчел», не знающих вкус «нектара», не бывает...