Дворовые истории. Кар-р-р!

Весна в этом году была ранняя и тёплая.
Двор наш преобразился: тополь покрылся молодой зеленью, кусты сирени набухли почками, лавочки просохли и стали тёплыми. Дети снова гоняли мяч, Дружок носился за ним, Дымок — теперь уже смелый, совсем не тот, что был раньше, — сидел на лавочке и наблюдал. Барсик — с ним рядом. Воробьи чирикали в кустах, синицы пересвистывались в ветвях.
У подъезда, на своей лежанке, спал старый Бим. Он старел с каждым днём, но Ваня всегда был рядом. А возле них — на лавочке — сидела маленькая серая славка с белым пятнышком на грудке. Та самая.
Да, наша славка осталась жить во дворе. Не улетела дальше. Свила гнездо на тополе — как раз над той веткой, где я сижу. Мы с ней соседи. Она меня не боится. Да и чего бояться? Я — ворон мудрый, я её не трогаю. Пусть живёт.
________________________________________
Всё в нашем дворе было хорошо. Но я чувствовал: чего-то не хватает. Нет, не еды. Не солнца. А — слов. Итогов. Понимаешь, когда заканчивается год — надо оглянуться и сказать: «Вот что было. Вот что мы сделали. Вот что мы поняли».
А рассказать об этом я должен сам.
Ворон. Я.
________________________________________
Я дождался вечера.
Солнце садилось, двор опустел — дети разбежались по домам ужинать. Где-то хлопали двери, звякала посуда, пахло едой. Наступал тихий весенний вечер — когда воздух становится особенно прозрачным и чистым.
Я нахохлился, почистил перья и начал.
________________________________________
— Так. Кар-р-р.
Я откашлялся. Собрался с мыслями.
— Вот и закончился год. Да, я не считаю годы — я ворон, у меня свои счёты. Но этот год был особенным. Так что давайте вспомним, что здесь было.
— Начнём с весны. Была весна, когда в нашем дворе появился Дымок. Маленький, рыжий? Нет, серый. Он прятался в кустах, и девочка Катя вытащила его. Катя спасла котёнка — и котёнок стал жить у неё. С тех пор я наблюдаю: Дымок превратился из трусливого комочка в настоящего дворового кота. Он теперь ходит по двору, как хозяин. С Барсиком дружит. А ведь боялся всего. Это Катя его выходила. Катя — она добрая. Очень добрая. Кар-р-р.
Я кивнул в сторону окна, где жила Катя.
— Потом был Дружок. Щенок, который появился у Паши. Собака — это тебе не котёнок, с ней хлопот больше. Но Паша справился. Дружок вырос, стал большим, но псом — не злым, а верным. Они с Пашей гуляют вместе. Паша учит Дружку команды, а Дружок учит Пашу... не знаю чему. Но хорошо, что они есть друг у друга. Кар-р-р.
— Были и другие истории. Секретная поляна — это где Катя, Соня и Миша нашли ещё одного котёнка — серого, как Дымок. Они его тоже спасли. Велосипед — это Паша учился кататься. Упал сто раз, но научился. И не бросил Дружка, когда тот испугался. Праздник двора — это было летом. Все дети делали что-то вместе. Хороший был праздник. Весенний переполох — когда птицы весной вернулись и устроили шум. Я в том шуме тоже участвовал. Пуговица — это была история про то, как наши дети нашли чужую вещь и вернули хозяину. Это правильно. Чужие вещи брать нельзя, а свои — терять глупо. Кар-р-р.
Я перевёл дух. Солнце уже село, но было светло.
— Летом была «Гроза». Катя спасла славку — ту самую, маленькую птичку с перебитым крылом. Она её выходила, вылечила и выпустила. Я тогда думал: «Э, девчонка, птица — она дикая, она улетит и забудет». А — не забыла. Птичка вернулась! Я видел, как она села Кате на ладонь. Это чудо, скажу я вам. В природе не бывает чудес. Но вот оно. Кар-р-р.
— Ночной двор — это была история про меня. Да, мальчик Паша не мог уснуть, вышел во двор, и мы с ним разговаривали. Ну, я — каркал, а он — говорил. Мы поняли друг друга. Не каждый верит, что ворон может быть собеседником. Но иногда — может.
— Осенью... ах да, осенью у нас был Первый снег. И ёжик Тишка. Ёжик не успел залечь в спячку, замёрз — и дети его нашли. Выносили, кормили, а весной отпустили. И ёжик убежал в парк — довольный. Спасли ёжика, представляете. Ёжика! Колючего такого. Они и ёжика спасли. Кар-р-р.
— Зимой — кормушку сделали. На всю зиму птицам еду оставляли. Воробьи, синицы — все были сыты. Я, между прочим, тоже туда прилетал. Не потому, что голодный. А потому, что... ну, я решил проверить, что там у них. А оказалось — вкусно. Не важно. Кар-р-р.
— Новогоднее чудо — это было о том, как Дымок перестал бояться. В новогоднюю ночь. С Барсиком. Это я видел. Фейерверки, шум, а кот сидит на снегу и не прячется. Чудо. Но главное чудо — не в фейерверках, а в том, что Дымок стал смелым.
Я замолчал. Собрался с мыслями.
— А вот «Новенький» — это про Ваню и Бима. Ваня переехал к нам с собакой — старой, слепой собакой. Биму десять лет. Это много. Очень много для собаки. Он скоро уснёт навсегда. Но пока он жив — Ваня рядом с ним. Он не бросил его. И дети наши не бросили Ваню. Они приняли его, как своего. Теперь Ваня — тоже наш дворовый. Это правильно. Кар-р-р.
— И «Возвращение» — это про славку. Она вернулась. Все думали: «Птица улетела — и забыла». А она вернулась. Добро, оно — бумеранг. Его не забывают. Ни звери, ни птицы, ни люди. Кар-р-р.
________________________________________
Я замолчал. Двор полностью погрузился в тишину. Только где-то вдалеке лаяла собака — и я узнал голос Дружка. Что-то ему снилось, наверное.
Я посмотрел вниз. Двор был пуст. Но я знал: завтра снова будет шумно, весело, будут игры, смех и новые истории.
— Ну что ж, — сказал я себе. — Вот и всё. Год прошёл. Дети изменились. Они научились любить — не только себя. Они научились помогать — не только близким. Они научились защищать — тех, кто слабее. Это ли не главное? Кар-р-р!
Я поднял голову к небу. Звёзды начали появляться — яркие, весенние.
— А что я? Я останусь здесь. На этом карнизе. Буду смотреть. Буду каркать. Буду рассказывать новые истории. Потому что двор — он живой. В нём всегда что-то происходит. И я — свидетель. Ворон-свидетель. Быть свидетелем — тоже работа. Не каждому дано. Кар-р-р.
________________________________________
Вдруг внизу скрипнула дверь подъезда.
Я посмотрел вниз. Из подъезда вышла Катя. В руках — маленькая мисочка. Она подошла к тополю и поставила мисочку на землю. Внутри — семечки. Для меня.
— Ворон! — позвала она. — Ворон! Иди сюда! Я тебе принесла!
Я посмотрел на неё. Сверху вниз. Долго смотрел. Потом спланировал вниз — красиво, торжественно, с расправленными крыльями. Сел на край мисочки.
— Ешь, — сказала Катя тихо. — Ты весь год за нами наблюдал. Ты — наш ворон. Ты часть двора.
Я клюнул семечку. Вкусно. Потом посмотрел на Катю.
«Спасибо, — подумал я. — Спасибо, что помнишь».
Катя улыбнулась и пошла обратно в подъезд.
А я остался стоять у мисочки. Вечерний ветер шевелил мои перья. Звёзды светили всё ярче.
Я посмотрел вокруг. Двор. Наш двор. Мой двор.
«Хорошие истории здесь случаются, — подумал я. — И я буду здесь. Буду смотреть. Буду ждать. Потому что кто-то должен рассказывать о добрых делах. Даже если этот кто-то — просто ворон».
Кар-р-р!