Суд на знаменитом Итум-Калинском рынке в 19 веке

     Судопроизводство на знаменитом рынке в Итум-Кали (Итон-Кхаьлла) во времена правления наиба Алдама Чантийского (с 1840 по 1854 год) представляло собой классический образец того, как имам Шамиль реформировал судебную власть, жестко разделив функции исполнителей закона и судей.
      Итум-Калинский рынок был главным экономическим и торговым узлом Чантийского округа. Здесь ежедневно пересекались сотни горцев, купцов и местных жителей, поэтому правопорядок в этом месте имел для наиба стратегическое значение.
Судебный процесс на рынке при Алдаме Чантийском строился на четком разделении ролей судьи и наиба. Действовал на рынке духовный шариатский судья.
   Он сСидел в специально отведенном месте на рынке (или в прилегающей мечети/башне) и разбирал споры на основе Корана и низамов.
    Наиб Алдам Чантийский выступал как главный исполнитель, к которому обращались, если одна из сторон отказывалась подчиниться решению судьи, или если дело касалось государственной измены и воинской повинности. Известный своей честностью и прямодушием, Алдам жестко и беспристрастно принуждал виновных к исполнению судебного решения.
      За порядком на торговой площади следили те самые ревизоры-мухтасибы. Они выполняли роль «рыночной полиции». Они проверяли весы, гири и меры длины у торговцев, полностью исключая обман покупателей.
      Если мухтасиб ловил торговца на обвесе, фальшивомонетничестве или спекуляции, нарушителя тут же вели к кади. Суд происходил немедленно, прямо на месте.
      Максимально публичный суд служил уроком для остальных.  Алдам Чантийский управлял строго, но справедливо. За обман и воровство на рынкевместо отсечения руки (по классическому шариату) применялись огромные штрафы и конфискация товара.
    Лихачей, мошенников или нарушителей «сухого закона» могли подвергнуть публичной порке плетьми прямо перед торговыми рядами или посадить на осла лицом к хвосту и провезти по рынку.
      Несмотря на то, что законные суды вел кади, сам Алдам Чантийский пользовался колоссальным авторитетом среди чантийцев за свою справедливость. Если на рынке вспыхивала ссора между тейпами или купцами, горцы часто шли к наибу  в замок  Пхакоч для третейского суда по чеченским обычаям (адатам), не доводя дело до официального шариатского протокола. Алдам умел примирять людей словом и авторитетом, не допуская кровопролития.
       На Итум-Калинском рынке поддерживался образцовый порядок, а сам Алдам остался в памяти народа как один из самых справедливых наибов Чечни.
 Именно в замке Пхакоч  Алдам принимал послов Имамата, укрывал беглых солдат (за что прослыл исключительно гостеприимным человеком) и собирал военные советы.
       После смерти честного и прямодушного Алдама Чантийского в 1854 году обстановка в округе резко изменилась. Шамиль назначил новым наибом Чантийского округа Амзата (Гамзата)-Хаджи. Новый правитель сделал ставку не на народный авторитет и справедливое шариатское разбирательство, а на жесткий террор, личное обогащение и подавление инакомыслия.
       Судебная система при Амзате претерпела катастрофические изменения. ости Он фактически растоптал низамы Шамиля о разделении властей. Если при Алдаме кади  судил независимо, а наиб лишь исполнял приговор, то наиб начал вмешиваться во все судебные процессы,  лично диктуя судьям решения, выгодные ему или его ближайшим сторонникам.
    Законные шариатские наказания (штрафы за воровство, общественное порицание) сменились изощренными пытками, тюремными заключениями в подвалах Пхакоча и казнями без прямого согласования с Шамилем.
    Суд на Итум-Калинском рынке превратился в инструмент поборов. Торговцев и зажиточных чантийцев судили по надуманным обвинениям в «недостаточной преданности имаму» или «нарушении шариата», после чего Амзат конфисковывал их имущество, скот и товары. Огромная часть конфискованного шла не в государственную казну (Байт ал-мал), а оседала в карманах самого наиба.