Дело о Супермаркете

День стартовал по привычному сценарию: Джошуа Хук сидел в кабинете своего детективного агентства и просматривал текущие полицейские сводки по городу. Для вдохновения он поставил на антикварном патефоне пластинку “Интродукция и рондо каприччиозо” Сен-Санса в исполнении Яши Хейфеца. Но вместо Яши Джошуа представлял солирующим своего кумира Шерлока Холмса. Хук втайне от всех планировал записаться на курсы скрипки: он свято верил, что игра на инструменте отточит его дедуктивные способности не хуже трубки и лупы.

Криминальная хроника радовала своей стабильностью. По данным пострадавших: городской автопарк лишился значительного количества стёкол (в основном боковых); часть шин и дворников сдуло как ветром; несколько машин сменили владельцев без согласования с ними; в других — кто-то навечно одолжил каталитические нейтрализаторы. Если бы инопланетяне прочитали полицейские рапорты они сделали бы логичный вывод: Сан;Франциско — не город, а гигантский автосалон под открытым небом.

Только одно дело было успешно закрыто. 80;летняя дама торжественно заявила, что точно помнит как ровно 78 лет назад её изнасиловал Дональд Трамп. Окружной судья вынужден был закрыть этот скандальный иск, поскольку под присягой дама не смогла вспомнить, как её зовут.

Внезапно зазвонил внутренний телефон. Секретарша Лиз сообщила, что на линии сам региональный президент популярной сети оптовых супермаркетов “ЕшьКо”.

— Если части его машины пропали без вести, то я этим не занимаюсь, — с досадой ответил Хук, недовольный прерванным каприччиозо.

— Шеф, у него очень печальный голос. Он говорит, что это связано с бизнесом.

— Ладно, пусть подождёт несколько минут пока не закончится Сен-Санс.

Хук прекрасно знал и пользовался “ЕшьКо”, тем более что один из магазинов находился поблизости от его дома. Эта сеть оптовой торговли продавала товары в крупных расфасовках, предназначенных для больших семей. Объём сбыта позволял уменьшить цены на продукты по сравнению с обычными супермаркетами. Джошуа был холост, и ему не нужна была упаковка в 15 фунтов куриных крылышек. Но, чтобы охватить и такой сектор населения, магазин продавал в нагрузку вместе с крылышками вместительные холодильники. Один такой холодильник уже занимал половину холостяцкой кухни Джошуа. Другой привлекательной чертой “ЕшьКо” была возможность пользоваться специальной кредитной картой. За каждую покупку клиент получал ежемесячно на карту два процента возврата.

— Мистер Холмс, извините, Хук меня зовут Алекс Фиш. Я управляю девятью магазинами в районе залива Сан-Франциско. Только вы можете разгадать нашу головоломку. У нас периодически во всех магазинах стали пропадать вкусные продукты: чёрная икра, лосось, осётр, севрюга, крабы и омары. Мы готовы кроме гонорара подарить вам на десять лет карточку, которая вместо двух процентов будет возвращать вам целых три.

— Вы очень щедры, мистер фаршированный Фиш, — подумал Хук, а вслух сухо спросил: — Вы уже принимали какие-нибудь меры?

— Да, на выходе из магазина всегда стоят наши сотрудники. Они проверяют оплаченные чеки и зорко смотрят, чтобы никто из покупателей не смог спрятать рыбу под одеждой. У нас совершенная система ночной сигнализации, и до сих пор взломов не было. Это указывает на то, что кражи происходят в рабочие часы. Мы наняли девять внутренних детективов проследить за сотрудниками, но они пока ещё честные люди.

— А как вы узнали о кражах?

— Еженедельные инвентаризации обнаружили, что некоторых дорогих товаров нет на полках. Мы просто думали, что они пользуются повышенным спросом, но бухгалтерия после долгого смотрения в компьютер поняла, что за них никто так и не заплатил.

— Мистер Фиш, если ли ещё какая-нибудь полезная информация по этому делу?

На минуту воцарилась пауза. Джошуа понял, что Фиш колеблется. Наконец, он выдавил:

— Есть ещё одна странность в этом деле, хотя, может быть, это просто ошибка в программе отчётности, как объяснил мне главный бухгалтер. Например, если у вас из магазина пропала банка икры “Царь Николай” весом 57 грамм вместе с блинами стоимостью 89,99 доллара, то недостача должна быть ровно 89,99 доллара. Однако в нашем случае программа указывала бы на недостачу только в 86 долларов.

— Интересно. Последний вопрос. Сколько в среднем человек проходит через один ваш магазин в день?

— Около трёх тысяч.

— Это всё?

— Нет, мы ещё пытались устроить мозговой штурм со старшими менеджерами, но, к сожалению, их мозги держались стойко и штурму не поддались, — в голосе Фиша послышалась грусть.

— А ваши? — подумал Хук, но промолчал. -Так и быть, я возьмусь за это непростое дело, тем более, что у меня как раз кончились куриные крылышки, и мне всё равно нужно зайти в “ЕшьКо”.

После обеда Джошуа направился в магазин. Каждый “ЕшьКо” ютился в огромном ангаре, где могли поместиться несколько космических кораблей. Людской поток с пустыми тележками вливался во вместительный проход и выливался с набитыми едой тележками через другой проём, иллюстрируя сообщающиеся сосуды. Как всегда, здесь было полно народу.

“ЕшьКо” официально величал себя клубом, хотя единственным признаком клубности был ежегодный взнос и специальная пластиковая карточка с кодом, которую клиенты были обязаны сканировать при входе. Чтобы никто из посторонних не проник в магазин, за автоматами для сканирования следили два сотрудника. Информация на карточке-пропуске содержала детальные сведения о её владельце.

Выход преграждали двадцать пять касс. Десять живых кассиров, терпеливо выслушивающих жалобы на цены, и пятнадцать бездушных автоматов, бесстрастно считывающие данные кредитных карт.

Хук бросил в тележку замороженные куриные крылышки в техасском соусе и помидоры “кампари”. Отстояв небольшую очередь, он расплатился в кассе-автомате. Квитанция содержала название покупок и их количество, то есть два предмета. Тут он вспомнил, что забыл взять ещё йогурт с пробиотиками. Джошуа развернул тележку и опять повернул вглубь магазина. Никто из работников не обратил на него внимания. Добавив к продуктам йогурт и второй раз расплатившись в той же кассе, он с двумя квитанциями направился к выходу.

Выход из “ЕшьКо” напомнил Хуку процедуру посадки в аэропорту. Пассажиры-покупатели в две очереди с багажными тележками проходили контроль, показывая посадочный талон-квитанцию на входе в зону вылета двум невозмутимым контролёрам. Правда, вместо вылета здесь был выпуск восвояси. Ключевое отличие заключалось в том, что в данном случае не нужно было снимать обувь и ремень, а также вас никто не просвечивал загадочными лучами. Кроме того, контролёры должны были работать быстро во избежание образования затора из десятков нетерпеливо ожидающих граждан.

Когда Хук поравнялся с проверяющим, тот намётанным глазом посчитал количество товаров в тележке — три, поставил галочки на двух квитанциях и пожелал Джошуа приятного аппетита.

На следующее утро Хук позвонил Алексу Фишу и попросил его прислать по электронной почте список наиболее популярных у похитителей товаров. Ответ пришёл через полчаса. Во всех магазинах это были дорогие рыбы и морепродукты. Логично было предположить, что такой объём еды не требовался индивидуальным потребителям даже при наличии у них “ЕшьКо” холодильников. А поскольку кражи повторялись через короткий срок, Джошуа решил, что здесь действуют местные мошенники.

Он зашёл из своего кабинета в комнату Лиз и попросил её составить список всех ресторанов в районе Сан-Франциско, где подают рыбные изделия. Лиз улыбнулась Джошу, а затем искусственному интеллекту на экране своего монитора и перепоручила ему задание босса. Искусственный интеллект задумчиво помолчал 15 секунд — видимо, симулировал глубокие размышления, чтобы не смущать людей молниеносной скоростью, — а потом выдал список из 396 ресторанов вместе с их адресами. Джошуа задумался и решил усложнить задание. Лосось и креветки продавались практически во всех ресторанах, но чёрная икра и осётры — только в самых эксклюзивных. Новый запрос интеллекту сократил количество подозреваемых ресторанов всего до 21.

Следующую неделю Джошуа и Лиз посвятили обходу этих заведений. Они представлялись владельцам ресторанов свидетелями Иеговы, которым вера предписывает отдать безвозмездно каждому работнику по доллару. Но для учёта им нужен список всего персонала. Ни один ресторан не отказался от их великодушного дара, а Алекс Фиш неохотно выдал на эти расходы ещё 320 долларов.

Теперь число возможных злоумышленников было ограничено до 320, но у Хука по-прежнему не было никакой зацепки, как выловить реальных нарушителей из этого состава, а главное — как они безнаказанно могли совершать кражи. В агентстве он много раз мысленно прокручивал детали процесса покупки, включал Сен-Санса и даже попытался один раз закурить трубку.

Догадка явилась Джошуа во сне в образе Шерлока Холмса, который снисходительно похлопал его по плечу и сказал: “Элементарно, мой дорогой Хук». Джошуа проснулся возбуждённым и сразу же, не заходя в агентство, позвонил Лиз.

— Детка, подъезжай к моему “ЕшьКо” и жди на выходе. Мы будем проводить следственный эксперимент: я попробую беспрепятственно вывезти севрюгу.

Минут через сорок он с нескрываемым удовольствием вышел из магазина. В полной тележке среди всякой всячины — пачки риса, банки оливок, коробки с хлопьями — Лиз заметила севрюгу, небрежно прикрытую пучком укропа.

— Шеф, ты гений, — сказала она и обняла счастливого Джоша. — Но, как ты проделал этот фокус?

— Давай поедем к Алексу Фишу. Там я всё объясню. Для последнего рывка мне потребуются сводки с их программы учёта посетителей.

— Ты меня мучаешь, разжигая любопытство, — рассмеялась Лиз.

В кабинете Фиша шла подготовка к очередному мозговому штурму со старшими менеджерами. Участники ожидали подкрепление в виде шести коробок пиццы пепперони из ближайшего “ЕшьКо”. Когда Джошуа и Лиз, без предупреждения и невзирая на протесты секретарши, вошли в кабинет, уже пустые коробки горкой лежали на краю стола, а присутствующие в состоянии полной боевой готовности настроились к штурму.

— Я нашёл бреши в вашей торговой броне, — прямо с порога невозмутимо произнёс детектив. — Признаюсь, я сам сначала не поверил, что всё так просто. Но дедукция привела меня к двум лазейкам в вашей цепочке контроля, через которые уплывают осетры и севрюги — с икрой впридачу.

— Господа, перед вами знаменитый мистер Холмс, простите, Хук, и его помощница, — представил гостей Фиш, выходя из-за стола.

Менеджеры облегчённо вздохнули: штурм отменялся. Они торжественно встали и, как на похоронах, по очереди стали подходить к Хуку, чтобы пожать руку и выразить глубокое почтение, а Лиз — поцеловать руку.

Наконец, все расселись в удобные кресла вокруг стола, и Хук начал говорить.

— Ваша первая оплошность заключается в том, как контролёры проверяют квитанции об уплате. Когда в тележке двадцать товаров, у них просто нет времени читать и расшифровывать каждую отдельную строчку в маленьком кассовом чеке. Например, чёрная икра осетровая будет представлена в квитанции, как “ос. ик. чёр.».

— Я вспомнил своего дядю Осика, — хихикнул один из менеджеров и тут же замолчал под суровым взглядом Фиша.

— Длинная очередь покупателей будет подгонять контролёров, те станут нервными, а клиенты из-за потери времени будут недовольны и перестанут ходить в ваш клуб, — продолжал Хук. — Поэтому, они смотрят только на один показатель — “Товаров = 20” и быстро пересчитывают их количество в тележке.

— Но я не понимаю, как при этом можно что-нибудь украсть, — возразил Фиш. — Ведь если в квитанции отмечены 20 вещей, а кто-то положит ещё одну неоплаченную, то контролёр сразу заметит разницу.

— Вы правы, одного этого недостаточно. И тут в игру вступает вторая оплошность: возможность после оплаты товаров опять вернуться к магазинным полкам, не проходя контролёров.

Воры воспользовались исключительно простой уловкой. Они покупают, например, 20 дешёвых товаров и пробивают их в кассе. Теперь у них есть чек с напечатанным общим количеством товаров. Затем они возвращаются к продуктам и оставляют там, скажем, два дешёвых предмета. А вместо них кладут в тележку два других — например, две банки икры. Контролёр на выходе отмечает, что в тележке действительно 20 товаров и пропускает их на выход.

Хук сделал паузу, давая информации осесть, а затем подмигнул Лиз:

— Я сегодня сам благополучно совершил такой же трюк. Отсюда и странная бухгалтерия, о которой вы мне рассказывали. Нарушитель покупает чипсы за два доллара и ворует икру на 80. Когда вы подсчитываете убытки, то потеря составит не 80, а только 78 долларов.

В кабинете повисла тишина. Менеджеры насторожились, переглядываясь с выражением “как мы раньше до этого не додумались?”. Первым очнулся Алекс Фиш. Он посмотрел на Хука с таким восхищением, будто перед ним стоял не частный детектив, а волшебник, только что вытащивший из шляпы не кролика, а целый супермаркет.

— Мистер Хук, вы настоящий Холмс. Жаль, что не мой штатный консультант по безопасности. Но получается… кто угодно мог так делать? А как же нам с этим бороться? — президент посмотрел на менеджеров. — Давайте сейчас же проведём мозговой штурм.

Всё руководство “ЕшьКо” мгновенно уставилось в свои бумаги, избегая взгляда президента. Кто;то нервно поправил галстук, кто;то начал пересчитывать скрепки на столе.

— У меня есть возможное решение, — пришёл на помощь Хук. — Вам нужно поставить перед кассами турникеты. Они должны пропускать покупателей только в одну сторону. После того, как клиент с тележкой его проходит, он обязан уплатить за товар. Если он захочет вернуться, то должен выйти из магазина мимо контролёров и опять в него войти.

Все за столом, включая Лиз, взорвались аплодисментами. Когда волна восторга схлынула и в кабинете повисла короткая пауза, Фиш спохватился:

— Прекрасно, это предложение на будущее, но мы пока ещё не поймали воров.

— Я думаю компьютер найдёт их за пару минут. У вас в базе данных хранятся записи с членских билетов всех, кто в течение дня заходил в магазины. У нас есть 320 подозреваемых. Компьютеру просто нужно ввести запрос: кто из этого списка был в магазинах в дни краж.

Фиш и менеджеры разразились овациями в унисон, кто;то выкрикнул: “Браво!” как на скрипичном концерте.

Вечером того же дня Алекс позвонил Джошуа и радостно сообщил, что преступниками оказались повара китайского ресторана “Хо Чу” — Альфредо Гонзалез и Лупита Мартинез. Они уже задержаны и признались, что брали деньги у владельца для покупки дорогих рыбных продуктов, а затем, используя раскрытую Хуком преступную схему, клали разницу в свой карман.

В конце разговора Фиш добавил, что в качестве дополнительной премии Джошуа и Лиз могут бесплатно питаться белужьей чёрной икрой из любого магазина сети в течение месяца.

— А на Гавайях есть “ЕшьКо”? — спросил Хук, уже мысленно примеряя новую гавайскую рубашку. Затем он позвонил Лиз.

— Дорогая, готовь свои лучшие летние наряды, закажи нам билеты в Гонолулу и самый дорогой отель с видом на океан. Ах, да, не забудь поменять сообщение в автоответчике: “Агентство временно недоступно, так как проводит важное расследование на пляже. Подозреваемые — чайки, улики — следы от клювов на забытых бутербродах и пятна от солнцезащитного крема”.

В ответ Лиз рассмеялась:

— Шеф, ты уверен, что это расследование, а не отпуск?

Хук только улыбнулся:

— Встречаемся у выхода на посадку, и пусть чайки трепещут!