Зеркало Дианы 28. Полагаюсь на твое слово чести

   Прижимая к себе Орлика, Антир смотрел на фигуру дамы, облачённую в свободные мраморные ткани.  На лице маска, отливающая серебром. Мальчик шептал: «Это она, злая богиня.»

   Она стояла по ту сторону клетки, мало чем отличаясь от мраморных статуй нимф и дриад, явно подделываясь под них - вся в белом. Всем видом подсказывая: она - хозяйка положения, от нее зависит - будут ли узники сидеть в клетке, или их отпустят.

   - Ах, Антир, король тавров и герулов, король-невидимка, известный под именем Юлиан Флавий, любимец аристократок Херсонеса.... Узнал Олимпию? -  Засмеялась  наряженная под богиню Диану императрица.

   - Не будем играть в прятки, любезная...Выпусти нас. Ребенка ждет любящая мать...У него есть отец...

   - Ты просишь выпустить? - Она расхохоталась, а в маске ее смех почудился утробным раскатом.- А кто мне постельку согреет?..

   - Прекрати! - Антир прошептал мальчику, чтобы сохранял спокойствие - всё будет хорошо. -  Не пользуйся своей неограниченной властью!

   Она перебила, схватившись за прутья клетки, но быстро поняла, что может получить отпор - слишком хорошо она знала свою жертву, поэтому отступила назад. - 

   - А ты не пользовался своей властью, когда издевался надо мной? Все тебе было смешно, и что я ела селедку, заедая медом, и что я умоляла тебя не бегать  к Лаодике, на колени падала...Смеялся! Теперь посмеешься, я ничего не забыла!

   Антир  зарылся лицом в кудрявые волосы Орсака, в душе проклиная свои былые беспорядочные связи - аукнулись они ему....Но ребенок тут не причём.
Опять спокойно  Антир попросил выпустить хотя бы мальчика.

   - Хорошо! - вдруг согласилась Олимпия, и от этого ее слова Антиру стало нехорошо. - Клянись честью, что не сбежишь вместе с малявкой! Клянись честью, выполнишь любое моё желание! И не выспрашивай, какое желание! Скажу, когда поклянёшься!

   - Ты тоже дай клятву...ребенка выпустишь!

   Устрашающая эта клетка мало того, что с негнущимися прутьями, она еще была  разьемной. Четыре стороны ее квадратной формы  раскладывались по типу креста, и на цепях поднимались вместе с крышей. А сама площадка опускалась  в подвал, так называемый карцер, куда обычно  выпускали голодных диких кошек.

   Олимпия показывала, какой рычаг отвечает за выпуск в карцер парочки  жадных тигров, - даже притопнула каблучком, - дескать, там они, внизу. Да, уникальная акустика храма  донесла угрожающий рык тигров. Антир прошептал мальчику не бояться, к хищникам они не  упадут.

   А этот рычаг опускает   площадку в карцер, дальше объясняла Олимпия бесцветным голосом.  Так что хищники достают жертву без особого напряжения. Что она задумала, стерва? 

   Одновременно со снижением площадки  вниз - поднимается вверх сама конструкция разъёмной клетки. Все очень просто и обыденно как любой секретный механизм в любом римском дворце!

   Антир краем глаза следил за теми рычагами - они как палки факелов торчали в руках мраморных  статуй, стоявших за спиной императрицы. А в основном наблюдал за маской, прикидывая в уме, как спастись?

   - Черт с твоими тиграми. Открывай клетку и выпускай мальчика. Даю тебе слово чести...не сбегу и  выполню твои желания.
                ........

.... Как только  погиб Рекс Неморенсис, Элин погнала коня в самый конец  святилища, который граничил с обрывом и где заканчивалась ограда. Искать сына.

   Она знала, что ее никто не тронет, ибо у дуба - ее отец.
Незнание местности привело её на песчаный берег озера - «зеркала Дианы»,  откуда  начиналась  нижняя терраса природного амфитеатра, тянувшаяся вверх,  и поросшая густыми зарослями. Виднелась густая крона далёкого дуба и в стороне - куполообразная крыша храма богини.

   Спешившись и оставив коня на берегу, Элин принялась карабкаться по склону, решив зайти в храм окружным путем.....
               * * *
....Щелкнул механизм , звук уже знакомый, арбалетный, и  сторона клетки, обращённая к выходу, приподнялась на цепи.

   Антир  подтолкнул мальчика, воскликнув:

   - Бегом.. У дуба Неморенсиса тебя встретит дедушка...

   Орсак оглянулся, но железная боковина клетки, повинуясь рычагу, с железным  грохотом встала на своё место, а дядя Антир остался  в ловушке.

   - Деда Дий? - ошеломлённый мальчик не знал, бежать ему или вернутся?

   - Беги к дереву, там деда Винитар и мама там, недалеко.

   Орсак припустил, петляя как хитрый зайчик. ..Безтропье завело его в кусты шиповника, где он застрял, отчаянно отрывая от рубашонки колючие ветки....Не выдержал и закричал:

   - Деда-а, ма-ама
 
  ...Орсак?!

   - Орлик, я здесь! - Элин кинулась на голос. Заплакала, засмеялась и осторожно, аккуратно стала раздвигать ветки шиповника, чтобы высвободить сына.


   Как с ума сошла, тиская его, расцеловывая, пачкая обильными слезами. Мир пропал с его горестями, потерями - сын жив!
 
   Элин подхватила его на руки, спускаясь на берег озера.

    Лицо  Орсака было непривычно бледным, мать  осыпала это холодное личико поцелуями, а мальчик заикался, рассказывая, как он сидел на коленях статуи богини, а богиня не давала попить водички, а пить хотелось, а богиня говорила: «Нельзя, а то попка замокреет.» Но потом пришел дядя Антир и сломал мраморной тетке локоть, а появилась живая богиня и поймала их обоих в клетку.

   Элин  от радости все на свете забыла, одно билось в уме - поскорее добраться к лошади, и умчаться  на виллу этрусков, а оттуда - домой, через Пространственный Порог, домой!
                ....

   Толпа паломниц понемногу рассеивалась, а Винитар, верный своему слову, ждал Антира, не ведая, что Орсак сейчас в объятьях матери и та тайком от всех просто  удрала с ним. Даже Глорию не поставила в известноть. Хотя же можно  понять бедняжку - мать, кто уже панически боялась, что у нее отберут ребенка.

   Вначале Глория не поняла, что собственно происходит? Винитар как истукан стоит под ветвями дуба, Элин исчезла. Пропала куда-то Фемиста да и Ларт Бофорс, опекавший «крошку Аритими», затерялся среди возбуждённых толп. Жена Антира уже подумывала перелезть через ограду святилища и ...пойти в тот храм, куда ушел муж.

   Неожиданно случилось то, чего никогда раньше в пределах сакральной зоны богини Дианы не происходило - в толпу женщин - плебеек ворвался  конный отряд легионеров, разгоняя людей плетками.  Гвардия преторианцев в полном составе оттеснили  знатных дам от ограды. А   в самой ограде в некоторых местах повыдёргивали колья, сорвали перекладины, освобождая  путь ...для императорской свиты.

   Лично пожаловал сам император, кому  женский культ Дианы был как бельмо в глазу. Аврелиана окружали  фавориты и сановники, среди которых  встревоженная Глория заметила...Марка Виктора.

   Свита замешкалась: въезжать на территорию, запретную для мужчин?, - это же сродни преступлению, да и кесарь в раздумье осадил коня . Осведомлённый о новом Рексе, смотрел на него настороженно, а Винитар и сам не знал, что предпринять?
Глория вздрогнула, когда ее сзади обняли, - обернулась...О, Аретта! Никогда прежде Аретта не подходила к сестре своего мужа с ласковыми словами, а тут вдруг обняла, расцеловала и сказала, что все будет отлично: они спасут Антира!
-
    - Олимпия там? - бедовая Аретта кивнула в сторону храма.

   - Не знаю,-  прошептала Глория.

   Она заметила - брат поманил ее, ведь отныне не надо  прыгать через забор, он  повален. Когда же Глория увидела среди всадниц Фемисту, сразу догадалась, кто привёл сюда чету Фабиев, а с ними и императора. Первая леди чужого государства распоряжалась, будто в Риме была богиней.

   Как только Фемиста забежала на территорию святилища, и - к Винитару, Глория не выдержала, кинулась туда же, нечаянно оттолкнув Аретту. Опять настырная Фемиста мешается!

   Император и его свита спешились.  Марк Фабий о чем-то запальчиво говорил Аврелию, а тот дергал головой, увенчанной золотым лавровым венцом, - не соглашался? Конечно, он понимал, что вторжение военных с оружием вызовет гнев богини. Да какой богини, разве не видит Аврелиан - самая высокая статуя  богини Дианы...  «сбежала»? Пустует постамент. Роль этой статуи играет  Олимпия! И  сейчас она в храме...с любовником! Поймать ее на месте преступления!

    Глория  понеслась к храму, опережая Фемисту, императора и его свиту вместе с Фабием.

   Антир с Олимпией?!  Ее муж, болтун и эгоист, сдался на милость Олимпии?

   Глория почувствовала - сходит с ума! Здравый смысл как дым испарился.
                *  *  *
    А что происходило после того, как выпустили мальчика?

    Совсем мало было времени у них, пока не знавших, что храм превратится в судилище!

    Антир приготовился к худшему. Осторожно нащупал за спиной на поясе рукоять  гранёного кинжала.

    Олимпия оставалась в маске, невозможно определить, что выражало ее лицо? А в голосе прозвучали повелительные нотки:

   - Полагаюсь на твое слово чести!

   - И чау делать?

   - Ничего особенного. Выбрось кинжал! К порогу и подальше!

   « Глазастая, стервоза!» - Но чтобы не подумал  Антир, - прекрасно сознавал , - к рычагам не дотянутся, к липовой богине тем более. Остаётся одно - выполнять ее желания.

   Продев руку  между прутьями клетки, он отбросил кинжал, упавший у самого выхода из храма.

   - А теперь - раздевайся!

   Антир  округлил глаза, так что  в зрачках блеснула молния. Маска во время его вызова прохаживалась вдоль клетки, поэтому не  видела убийственного взгляда.

   - Не могу, - рассмеялся Антир. - Не помнишь? Ты меня раздевала. Не приучен  путаться в застёжках и складках.

   -  Ты  дал слово чести. - Она обернулась к нему. - Не выполнишь моего желания видеть тебя раздетым - нарушишь слово чести. Как хочешь, но ты обязан раздеться.
«Влип! - подумал Антир, и ничего не лезло в голову, как обдурить тирана в маске?
Снять с себя плащ, женскую столу труда не составило. Остался в подвязке.

   - Ты глухой? Я приказала тебе раздеться...Значит, до гола!

   Совсем стало интересно Антиру...До гола,  так догола!

   Она окинула его, обнажённого,  взглядом - в выемках маски  блеснули ее глаза как у хищницы. И вдруг она сбросила с себя белые одежды богини, превратившись в обыкновенную похотливую  с обвислой грудью женщину. Схватилась за один из рычагов.

   - Выбирай...или в объятьях тигра в карцере, или...со мной, и я сделаю тебя императором Великой Римской империи, а Аврелиана я отправлю к его  августейшим предкам! Как видишь, я не приказываю...Предлагаю...выбор...

    Дальнейшее произошло за считанные секунды и почти синхронно.

    Гранённый кинжал прилетевший от порога, впился в  плечо «богини», - это Глория, первая влетевшая в храм, заметила на полу кинжал, и...  пригодились фехтовальные уроки!

    Боль заставила Олимпию дернуть  рычаг вверх и вниз - одновременно  боковины клетки раскрылись, поползли вверх, а площадка - в карцер. Антир предчувствовал  подобную развязку, поэтому он с движением клетки к потолку, подскочил и  вцепился за прутья крыши, - она поднимала его выше, а  площадка ползла вниз, открывая глубокий подвал.

   Оттуда вырвалось затяжное рычание и тлетворный запах сырости...