Когда воют волки,..

Вчера , в  один из последних летних дней, меня потянуло к Святому озеру.

Дорога вела под горку по камешкам и булыжникам ледникового периода. Вдоль дороги сухими султанами качались высокие стебли иван-чая. Они уже отпустили на волю своих сыновей.

Шла по бревенчатому настилу там, где дорогу пришлось поднимать.
 И не было бы этой дороги, если бы не готовился проект  с форелью.
В этом таёжном краю было испытание страусами и элитными лошадями, испытание форелью, готовится испытание охотничьими угодьями.

 Со дна озера били ледяные ключи в заросли водорослей прибрежных, в том месте где-ещё до меня перевернулась лодка с Иваном, его женой и маленьким сыном. А сам он утонул, спасая их.
Не было ему и тридцати лет.

 Но озеро по-прежнему светилось серебряными облаками в ясные дни. Это огромное зеркало отражало небесный мир.

  Однажды не по своей воле я испытала в лодке его страшную силу во время грозы.
Гроза уже надвигалась.
 
Но местная женщина хотела меня удивить своей смелостью. Она отвязала верёвку, села на вёсла и мне предложила прокатиться.

Лодка медленно шла к противоположному берегу. Было прохладно. На мне тёплая мохнатая куртка красного цвета. Плавать не умею. Ширина озера пятьсот метров, а длина около двух километров.

Когда подплыли к противоположному берегу, небо стало темнеть, и грянул гром.

 - Давай привяжем здесь лодку и вернёмся пешком, предложила я.
- Нет. Муж заругает.

 Куда деваться? Под раскаты грома и сверкание молний шла лодка к другому берегу. Ливень был такой силы, что куртка намокла , а белая футболка под ней стала красного цвета.
Казалось, что молнии падают с неба в озеро.

Вот такие воспоминания жили во мне.
 А сегодня  я сделала несколько снимков и пошла обратно. Только вышла на основную дорогу, оглянулась на ширь лесов, в которых томилась брусника и черника,и вдруг
 к удивлению своему, явственно услышала волчий вой среди белого дня со стороны Лысой горки.

- Конечно, стало не по себе.
В горку   шла маршевым шагом, распевая громко жизнеутверждающие строки
« Я люблю тебя, Жизнь!
«Там,  вдали за рекой…»

И если бы кто увидел или услышал меня, то удивился бы, что я так патриотично распеваю.

Больше воя не было.
Сияло солнце .
Ни облачка на небе. Машут мне вслед султаны кипрея. Высоко тянутся в небо тёмно-зелёные ели. До металлического блеска сверкают высохшие травы.

Наконец я на развилке дорог  у  Гришковской, умершей деревеньки.
 Села на замшелый вековой валун ледниковый под высокой матерью-елью. Отдохнула и вспомнила все свои  встречи с волками.
 
Много лет тому назад вечером вскрикнул одиннадцатилетний сын:
- Мама! Волк!
Я выглянула в окно. Волк тащит на загривке мохнатую чёрную собачонку.
 Мы с мужем  выбежали на крыльцо. Он схватил  здоровый батог, бросил его   вслед волку, который мимо нас по огороду , по снегу уходил с добычей.

  Батог до сих пор стоит на веранде.
Батогом здесь называют большую палку. Она одновременно является и условным замком.
Если поставить его у закрытой двери, это означает, что хозяина дома нет Никто из местных под батог не войдёт.


Вечерняя моя дорога в район, когда позвали за процентами от зарплаты для коллектива. Девяностые годы. Я пошла пешком. Машин не было. Дорога лесная.
Шла и падала в темноте, спотыкаясь.
Ни фонарика, ни спичек.

А  волки  всю дорогу шли за мной, сопровождали. Я не знала, не догадывалась.
И завыли только тогда слева, когда раньше меня услышали шум машины, что шла с лесом от Перд-озера.

Историй подобных в памяти хранится как в сундучке.
Но моя подруга сказала, что волки  летом не воют.

Вот и вспомнила я и прочитала, что воют волки, когда упускают добычу, когда в конце лета обучают волчат охотиться…
Мы ходим с ними по одним дорогам.
Идём по их следам. Волчий след больше собачьего и передние пальцы выступают вперёд.
Собачий след округлённый.
Не верьте в добрых и благородных волков.

Прежде всего они -  беспощадные хищники. Всех собак уничтожили, залезали под дома, в хлев через окно, даже днём шли по дороге.

Фото Татьяны Поросковой(Жуковой)
Озеро Святое
Вологодская область.