Свободный художник

...Когда я пришел в СШ, меня радушно принял ее хозяин БС. Нечасто, но бываю с тех пор у него. БС даже предлагал мне выступить. Но... И эти "но"  исходят сейчас именно от меня. Я знаю, почему.

Из диалога:

- Вы хотите, чтобы вашу пьесу поставили в театре?

- Да... Нет...

- Так да, или нет! Послушайте, мы здесь занимаемся делом. У нас идет серьезная работа. Идите на конкурс.

- Я уже был.

- И что?.. Ну, надо совершенствоваться, работать, думать... Послушайте, у нас много дел. Сейчас идем все в ресторан. Вы с нами?

- Я... я... (Отстал по дороге). 

Другой раз:

- Приходите! Да, конечно, приходите!

Пришел. Сижу... Душа и мысли в другом месте. 

Вечером написал прозаику. Наутро внезапно вернулось состояние, в котором писал, когда не думал о форме, о том, как меня примут. Не понимаю, зачем нужны награды, почести, если..

Еще когда не начинал писать пьесу, а вслед за нею и второй свой сборник стихов, мне нежданно-негаданно дали первую премию на конкурсе искусств. Я сидел в первом ряду в Баженовском зале Царицынского дворца.

Вслед за этим главный режиссер московского театра пригласил меня к себе за кулисы на репетиции спектаклей, знакомиться с труппой... И сейчас отношения с АП, БС, ВМ хорошие. Но…

Наверно, только один я знаю то состояние, которое я так настойчиво хочу открыть людям, зрителю. Со страниц поэтического сборника и... со сцены театра. И сборник уже есть. И театр. Хочу доработать пьесу. В ней все! Не нужно другой крупной формы. ВВ, как ученик школы Б. Щукина, хорошо мне это демонстрирует сейчас. Он это показывает каждый раз со сцены зрителю во всех своих постановках. 

Когда-то музыка и педагогика дарили мне такое же счастье жизни, как литература и театр дарят его теперь. Два года назад (улыбаюсь сейчас, ведь моя художественная деятельность началась совсем-совсем недавно еще), тогда... Тогда я написал "Год спустя". Свое эссе. Я специально записал, сформулировал точно, потому что понимал, это важно. И сколько бы я сейчас не говорил, что нашел, наконец, о чем я писал тогда пьесу, сколько бы не оправдывался, ходил вокруг да около, но имен об этом в ней написано. 

А может, это лукавство?

Думаю, сам прототип героя не смог бы понять правильно, пока бы ему самому не разжевали. Да и я до конца не понимаю. Хочу получить ответ на заданный мне же вопрос:

- А что вы собственно хотите?

И улыбаюсь.

Моя пьеса не о признании и амбициях писателя-музыканта. Нет! Он и так признан. Коллегами. Друзьями. Врагами. Он сам свободно проходит через тернии. Эта пьеса о...

- Да в ней же все и написано! - отвечаю себе же.

А может, у ряда актеров просто отсутствуют мозги? Зато они есть у драматургов. Драматурги не выходят на сцену. Их не знают зрители. Все овации достаются актерам. Но только драматург может сказать то, что странслирует затем зрителю актер со сцены. И эта участь прекрасна! Особенно, когда после спектакля к тебе подойдут зрители и скажут:

- Вы написали это про нас.

Как к музыканту, ко мне не раз так подходили слушатели. И говорили. О себе. Про свое. 

А чтобы это было, нужен текст. Я его написал. Он требует правки. Не технической. Чувственной. Эмпатичной.

Кто я, свободный художник?

Родился в Москве. Взрослел. Учился. Работал. Учителем, инженером, музыкантом. В тридцать три года стал писать. Просто однажды шел на работу и почувствовал, как внутри меня прдлаются готовые фразы будущих текстов, которые я просто обязан записать. Так и пошло. По фразам, а затем и крупным текстам. Нас, учителей, охотно публиковали в учительских журналах. Я стал писать школьную методику. Много методики. Нашел свою тему. Как бы сказали, интеграцию литературы в другие предметы. Биологию, географию., химию, физику, затем в музыку. Нашел то, о чем еще не писали. Вышли две мои книги: "Литературная география в школе и "Литературные произведения на уроках биологии". Печатался сразу в нескольких журналах практически каждый месяц. И так четырнадцать лет. Пока добровольно не пришел в художественную литературу. Объективное тогда крушение журналистики обернулось для меня благом. Сразу получил признание. Первую премию на фестивале "Серебряные ручьи" за первый сборник стихов. За год до этого написал пару рассказов. Выпустил самиздатом "Педагогические очерки" и вслед за ними две повести. Одна из них, "Дорога в лесопарке", очерковая. Другая, "На белом теплоходе", - травелог. Второй сборник стихов, думаю, также стал своеобразной повестью. Я в это время работал над первой и единственной пока своей пьесой "Год из жизни пианиста", по-настоящему крупной уже формой. Будучи истинно свободным художником, я как и прежде, следую зову своего сердца.