Столичная правда

Столичная правда

Назар Шохин

Стало ясно, почему для гостя из столицы выделили здание дореволюционного интерната – небольшую темную комнату почти у чердака.
Визитер оказался главным редактором солидной газеты, уволившимся накануне по собственному желанию. Человек с обширными связями пугал местную власть: отказывать ему было небезопасно, но и помогать – тоже.

В комнате собралось человек двадцать пять – провинциальные труженики пера. Избалованные вниманием журналисты обычно игнорировали подобные тусовки, если у дверей не манил аромат работающей кофеварки и тарелки со сладостями.

– Все мы помним, как в 1985 году в СССР рушилась цензура, – начал лектор после приветствия. – Эйфория тогда казалась бесконечной... Молодые же, к сожалению, и понятия не имеют о той свободе.

Старшее поколение еще помнило скандальные публикации горбачевских газет и перепалки редакторов с партийными чиновниками. А вот молодежь, начавшую жизнь уже при рынке, эта история десятилетней давности почти не интересовала.

Десять минут спустя стало всё-таки ясно, зачем пожаловал гость.
– Вы поглядите, у вас тут, в глубинке, всё еще сидят свирепые «непущалы», а ваши редакторы живут с вечной оглядкой, осторожностью, перестраховкой и даже страхом.
Аудитория забеспокоилась, новички заулыбались в предвкушении разоблачений. Все поняли: рутины в дальнейших рассуждениях не будет, и они услышат больше, чем написано в учебниках.

– Ведь до чего доходит идиотизм нашей цензуры?! Медиапродукцию с участием покинувших страну писателей, поэтов, певцов, музыкантов, художников демонстрируют, а фамилии их из титров аккуратно вырезают. Как будто уехавших знаменитостей можно с кем-то перепутать.
Впрочем, в этот раз и у него самого с выездом возникла напряженка. По иронии судьбы страну сейчас насовсем покидали именно такие люди – с дипломами и именами.

– Цензура, друзья мои, – заключил лектор, – похабит талантливые тексты. И на кого падает око цензора, что остается дарованиям? Одно – выживать, показывать властям кукиш в кармане и… бороться за отмену надзора.
Новички разом посерьезнели. А два ветерана, переглянувшись, спешно поднялись со своих мест и вышли вон.

Вопросы к ташкентцу не заставили себя ждать. Он оказался превосходным рассказчиком: сыпал примерами борьбы с учредителями, травил байки о тупости и трусости чиновников, восхищался храбростью журналистов и засыпал слушателей деталями, сорвав в финале бурные аплодисменты.
– В свое новое частное радио и частное информационное агентство, друзья, я бы без разговоров взял троих из задавших мне смелые вопросы, – попрощался довольный гость. – Рад был познакомиться. До встреч!

На обратном пути в аэропорт мы разглядывали окна и крыши – город зарос спутниковыми антеннами – «тарелками», из которых местные жители жадно впитывали заграничный эфир. Плодиться им здесь оставалось недолго – до цифрового взрыва, прихода Интернета и окончательного падения цензуры в 2002 году.

Илл.: dreamstime.com