Черные псы Адрано

Захотелось написать простой боевичок из «эпохи гангстеров», которыми мы так зачитывались в 90-е годы — наивный, динамичный и немного смешной. С крутыми парнями, отпетыми негодяями, роковыми красавицами и пальбой из «томми-ганов». Все примитивные речевые штампы я ввёл специально, хотя даже ИИ меня за них раскритиковал и заподозрил, что это написал ИИ :-)). Что вышло судите сами.

***

Этот июльский вечер 1926 года выдался в Лос-Анджелесе каким-то сырым и душным.

В богато обставленном офисе детективного агентства «Эдельвейс» пахло крепким табаком и дорогой кожей. За массивным столом сидел директор агентства Шон О’Коннор — суровый ирландец с лицом, напоминавшим слегка обработанный кусок красной глины. Его бутылочно-зеленые глаза смотрели мрачно, как винтовочные дула из бойниц.

Напротив него, небрежно откинувшись на спинки стульев, расположились трое его лучших агентов.

— Дельце дрянь, парни, — прорычал О’Коннор. — Похитили Энрико Моретти. Отельный магнат — богат, как Крез, кем бы не был этот Крез... Моретти должен был выехать на машине в свой офис, но его личный шофёр-телохранитель твердит другое. Якобы шеф отправил его с каким-то поручением, а сам вышел из машины, пошёл пешком, и с тех пор как в воду канул.

— К нам обратилась женушка пропавшего, Джулия, — продолжал директор. —  Она не верит местным копам, и правильно делает: там каждый второй кому-то продался, а остальные просто ещё не сошлись в цене. Но скверно другое: по причинам, в которые я не намерен вдаваться, в розысках папы Энрико кровно заинтересован наш ключевой акционер.

— Поэтому, — он резко постучал массивной, покрытой рыжеватыми волосками ладонью по лежавшей перед ним папке коричневой кожи. — Его любой ценой! Любой, к хренам собачьим, ценой! — необходимо найти в кратчайшие сроки. Целым и невредимым! За «зелёными» клиентка не постоит, и вам в случае удачи тоже отломится очень и очень хорошо. Кроме того, любая «капуста», которая «прилипнет» к вашим рукам в процессе расследования — ваша. 

Босс нервно выбил пепел из трубки мимо пепельницы и посмотрел на одного из тройки — высокого шатена, рассеянно вертевшего в длинных пальцах дорогой «паркер».

— Все фото и материалы в этой папке. Старшим будешь ты, Док.

Согласно принятым в «Эдельвейсе» правилам, оперативных агентов можно было называть только по установленным позывным.

Доку не было и тридцати. Стройный, с безупречными манерами, он носил свой прекрасно сшитый костюм и идеальный косой пробор так, словно и родился с ними. Но за артистическим лоском отчётливо просматривался опасный человек с железной волей, чьи серые глаза в любой ситуации оставались холодными, как лёд в стакане виски.

Рядом с ним, ковыряясь зубочисткой в своих крупных, желтых зубах, развалился на стуле агент по кличке Аллигатор, или просто Ал — низкий, коренастый, невероятно сильный тип с перебитым носом. Третьим был Лоер* — бывший адвокат, по каким-то неизвестным причинам пожизненно отстранённый от практики — бархатно-тихий, худой блондин, умевший незаметно растворяться в любой толпе.

— Я всё время буду на телефоне, не выходя даже в сортир, пока мы не разберёмся с этим делом, — О’Коннор засунул руку в ящик стола, где что-то стеклянно звякнуло. — Все наши лучшие ребята уже вызваны сюда и будут находиться в секундной готовности. Даю вам максимум самостоятельности, и вы можете рассчитывать на любое содействие с моей стороны. Вперёд. Найдите его даже из-под земли! Я не понимаю, почему вы всё ещё здесь?!

***

Особняк Моретти утопал в роскоши и задыхался от страха. В парадном холле детективов встретила сама хозяйка дома, Джулия — полная, простоватая итальянка лет сорока с замершим от горя взглядом.

— Ему угрожали, — сообщила она им. — Он мне ничего не сказал, но я случайно услышала разговор по телефону. Он был очень напуган, и с тех пор стал сам не свой... Это случилось позавчера. А сегодня утром... Пропал... — Она не кричала и не плакала, и именно поэтому, а также по её буквально почерневшему от горя лицу было очевидно, каким ударом стало для неё произошедшее.

Док кивнул. Его красивое с породистым орлиным носом лицо ничего не выражало.

— Где шофёр? — сухо спросил он.

Поблизости, скорбно потупив волоокий взгляд, переминался с ноги на ногу крепкий и смазливый малый в хорошем костюме. Это и был Марио Рино — доверенный шофёр и телохранитель похищенного.

— Вы с нами, — приказал ему Док, и добавил, глядя на Джулию. — Предоставьте нам отдельную комнату. И никого туда не впускать.

Сыщики увели Марио в пустой кабинет. Док запер дверь, и внезапно толкнув шофёра к стене, жестом фокусника обезоружил его, выхватив из-за пазухи его пиджака револьвер и сунув к себе в карман. Сам он встал напротив Марио, его ледяные глаза уперлись в побледневшее лицо итальянца.

— Нам очень некогда, — спокойно сказал агент. — Получив угрозы, Моретти не стал бы ходить пешком, да ещё и один. Значит, это вы его сдали. Где он?

— Я не знаю! — с певучим итальянским акцентом затараторил Рино. — Что вы тут себе позволяете?! Хозяйке известно, как шеф мне доверял, ведь я его родственник! Он сам ушел! Откуда мне знать, почему он так решил?! А ну, немедленно...

Док не спеша достал свой никелированный «смит и вессон». Взведя курок, он наставил ствол оружия в колено шофёра.

— Я сказал, что нам некогда, — с ледяной вежливостью бросил сыщик. — Но вы не захотели меня услышать. Через пару секунд вы калека.

Шофер побледнел, его колени затряслись.

— Стой! — закричал Марио. — Я скажу! Мне пришлось, я залез в долги! Мне заплатили! Четыре тысячи долларов!

— Кто?

— «Черные псы Адрано»! — зарыдал шофер. — Долбаные сицилийские отморозки: приехали недавно, и уже всех тут поставили на уши! Даже старые банды их боятся! С ними не поспоришь, и я сдал шефа. Его увезли в подвал в их ресторане «Мессина». Вытянут всё, что у него есть, и убьют!

Ал обыскал Марио, пройдясь по нему своими тяжёлыми ладонями, словно паровым катком. Во внутреннем кармане пиджака нашлась пухлая пачка купюр — те самые четыре тысячи. Агент быстро отсчитал тысячу себе, вторую отдал Лоеру, а оставшиеся две передал Доку: ему, как старшему группы, полагалась двойная доля от таких «побочных» доходов. Потом достал наручники и приковал предателя к чугунной батарее.

Выйдя в холл, Док велел всем домочадцам Моретти удалиться и несколько минут совещался по телефону с шефом, после чего бросил своим:

— К «Мессине». Остальные прибудут туда же.

***

Ресторан «Мессина» располагался на бедной окраине города, практически на границе с «цветным» кварталом. На фоне окружающей простоты грязноватых, запущенных улиц он выглядел роскошным замком, наполнявшим округу ярким светом и громкой музыкой. Нескольких караульных бандитов — мрачных типов с выпирающими карманами пиджаков — сыщики засекли сразу.

— У них закрытая вечеринка для своих, — сообщил Лоер после того, как издалека незаметно осмотрел место действия. — Внутри вооружённая орава. Все двери и ставни заперты, и похоже, они стальные. Даже если тихо уберём караульных, нам не пробиться. А если брать этот сарай штурмом в лоб, то они успеют «позаботиться» о Моретти.

Внезапно блеснули фары, и на соседней темной улице затормозил ярко-жёлтый «yellow kab». Из него вышел стройный мужчина с чехлом для смокинга в руке и направился в сторону ресторана. Агенты «Эдельвейса» быстро подбежали к нему и с пистолетом у бока посадили в свой «бьюик».

— Кто такой? — спросил Ал, приставив тонкий, острый стилет к шее незнакомца.

— Я… я Ронни Левински, певец! — задрожал тот. — Меня наняли петь сегодня в «Мессине»! Они велели мне не подъезжать к ресторану на машине, и если вы — их парни, то...

— В лицо вас там знают? — спросил Док.

— Нет! Меня выписали из Фриско!

Док задумался, а потом принял какое-то решение.

— Дайте-ка, я гляну на его шмотки. — Он вылез из автомобиля и снаружи прикинул на себя концертный смокинг артиста. — О’кей, в самый раз.

— Ты спятил, Док, — прошипел Лоер. — Тебя сразу раскусят! Как ты петь-то собираешься?

— Спою, если надо будет, — улыбнулся Док. — Я этому учился, а в своё время мне даже довелось изображать в Турции американского певца. Но сначала надо поговорить с шефом. Где здесь ближайший телефон?

***

При входе в ресторан гангстеры грубо и тщательно обыскали приезжего «артиста».

— Проходи, соловей, — буркнул седоватый бандит с бульдожьей физиономией, не найдя у него не только оружия, но даже перочинного ножика или булавки.

Внутри царил хаос. Пьяные бандиты много и шумно ели, что-то в полный голос обсуждая по-итальянски, невпопад распевая песни и лапая хохочущих девиц. Табачный дым висел тяжёлыми пластами, рекой лился контрабандный бурбон, на столах там и тут был небрежно рассыпан «белый порошок». Оркестр без перерыва играл то зажигательные джазовые мелодии, то народные итальянские песни.

Док быстро переоделся в гримерке, куда его провёл невозмутимый, смуглый метрдотель, после чего сразу вышел на сцену, уверено переговорил с музыкантами, поприветствовал присутствующих и энергично запел «Sweet Georgia Brown». Его бархатный, глубокий голос заполнил зал, а сам он держался с безупречным изяществом профессионального артиста. Несколько менее пьяных бандитов зааплодировали.

В перерыве к нему подошла ослепительная рыжеволосая девушка в блестящем платье эстрадной певицы.

— Привет, самозванец, — тихо сказала она. — Я здешняя «канарейка». И я знала Ронни во Фриско. Ты не он.

Не проявляя эмоций, Док обнял певицу за талию и склонился к её благоухающим парфюмом волосам.

— Слушай меня, красотка, — шепнул он ей. — Этим парням осталось жить не больше часа. Ставить на них — что рыть себе могилу. А мы стреляем без промаха, но и платим не скупясь. Поэтому прыгай на нашу сторону. Как тебя зовут?

— Кэт, — она улыбнулась. — А ты умеешь не только петь, но и договориться с девушкой. Я давно намылилась из этого гадюжника, но здешние ублюдки скорее пристукнут меня, чем отпустят. О’кей, я в деле.

Кэт придвинулась ещё ближе и незаметно сунула ему в руку маленький дамский «браунинг», шепнув: «Подержи-ка мою пудреницу».

Немного выпив и о чем-то поговорив за отдельным столиком для артистов, они через несколько минут вышли на сцену вместе, эффектно спели дуэтом «April Showers» и сделали несколько изящных танцевальных па. Пьяные зрители взревели от восторга, когда в танце Кэт игриво приподняла своё платье выше колен; кто-то выстрелил в потолок. Посыпалась штукатурка.

Док незаметно взглянул на часы и тихо сказал Кэт:

— Отвлеки малого, что следит за входом. А потом забивайся в любую щель: здесь будет жарче, чем на Везувии.

С бокалом в руке Кэт подошла к караульному, с пьяным кокетством обняла его за плечи, но вдруг её нога подвернулась, и она пролила вино прямо на гангстера. Тот ругнулся и принялся вытирать носовым платком свои отутюженные полосатые брюки.

Док тенью скользнул к двери и начал быстро поворачивать торчавший из замка ключ.

Кэт шмыгнула в помещение гардеробщика и там бросилась на пол, вжавшись в полированный паркет.

Гангстер резко поднял голову и мгновенно выхватил пистолет, но Док опередил его, влепив ему между глаз пулю из маленького блестящего «браунинга».

В тот же миг в распахнувшуюся дверь ворвались человек десять детективов «Эдельвейса», сходу открыв прицельный огонь из «томми-ганов». Агенты работали по заранее намеченному плану — точно и безжалостно. Зал наполнился ужасающими воплями, грохотом и дымом.

Застигнутые врасплох, одурманенные алкоголем и на*котиками гангстеры расставались с жизнью один за другим. Тех из них, кто пытался спрятаться или притвориться мёртвым, мгновенно вычисляли и хладнокровно приканчивали на месте. На верхнем этаже, где несколько бандитов успели уединиться с девицами, то и дело вспыхивали короткие перестрелки, а один раз рванула граната. Через две-три минуты с бандой «Чёрные псы Адрано» было полностью покончено.

***

Повсюду лежали тела, пороховой дым щипал глаза, под ногами перекатывались стреляные гильзы. На столах и на полу паста, вино и к*каин смешивались с кровью.

Несколько девиц, которых люди из «Эдельвейса» старались не задеть во время стрельбы, молча лежали на полу, закрыв головы руками: они хорошо понимали, что нужно вести себя тихо и ничего не видеть.

Официантов, поваров и остальной персонал расставили вдоль стен с поднятыми руками. Когда на пальце у метрдотеля заметили перстень банды, Ал сразу же застрелил его. Та же участь постигла и шеф-повара, также оказавшегося членом «семьи».
 
Лоер подошел к Доку и передал ему его собственный «смит и вессон», который он оставил перед тем, как идти в ресторан.

— Одна птичка пропела мне, что «гостей» держат там, — сказал ему Док, кивая на уводившие вниз ступеньки в дальнем конце зала.

У двери в подвал они обнаружили лежащего рядом с опрокинутой табуреткой гангстера-охранника, теперь больше похожего на дуршлаг для спагетти, и быстро нашли в его карманах нужный ключ.

Лучи мощных фонарей выхватили в полумраке зловонного подвала восемь-десять сидевших на полу, прикованных к трубам пленников. Среди этих окровавленных, едва прикрытых изодранной одеждой людей был мальчик лет восьми и три женщины разных возрастов. Судя по виду последних, они подверглись наиболее гнусным издевательствам.

Отыскав взглядом Энрико Моретти, Док, брезгливо посматривая под ноги, не спеша направился к нему.

— Кто… кто вы? — заикаясь, спросил магнат.

Сыщик опустил ствол пистолета и усмехнулся.

— Нас прислала за вами ваша жена, мистер Моретти. Она заждалась вас к ужину.

***

Свежий ночной воздух казался сладким. Док наконец-то вышел на улицу.

Кэт ждала его, облокотившись на чей-то сверкающий чистотой, роскошный «кадиллак», и куря тонкую чёрную сигарету.

— Мои боссы «ушли на запад», и я свободна, как ветер, — сказала она с улыбкой на ярко накрашенных губах. — Так что там с моей наградой, красавчик?

Док достал из кармана пачку взятых у Марио долларов и вложил в ладонь девушки, а потом ласково потрепал её по щеке.

— Всё по-честному, конфетка.

Он поправил шляпу, развернулся, и не оглядываясь ушел в темноту городских улиц.
_______________

* Законник