Жить не по лжи. Ч. 4

       
ПРЕДЫДУЩАЯ ЧАСТЬ http://proza.ru/2026/08/30/1275

                ЖИТЬ НЕ ПО ЛЖИ

      С Дмитрием Юрасовым я познакомился после выпуска телевизионной передачи «Взгляд», куда он был приглашен, как гость.
Разумеется, я понимал, что не один занимаюсь сбором информации о необоснованно репрессированных, но теперь увидел во «Взгляде» человека, собравшего самую большую картотеку в стране.
«Мы обязательно должны встретиться», - решил я и отправился в Москву.
 
      Дверь мне открыл высокого роста молодой парень в белом свитере, на котором красовался пластмассовый значок с изображением Солженицына в зековской робе и чёрной надписью внизу «Жить не по лжи». От Димы я узнал, что его картотека составляет более ста тридцати (!) тысяч персоналий. Темой необоснованных репрессий он увлёкся ещё в школе, а после окончания твёрдо решил устроиться работать в особый архив  Военной Коллегии Верховного Суда СССР. Ему повезло: после тщательных проверок и собеседований его приняли на работу в этот архив, где хранилось более двух с половиной миллионов дел с грифами «совершенно секретно» и «хранить вечно». В течении двух лет работы Дмитрий похищал информацию, доступ к которой не имел никто, за исключением некоторых работников. Естественно, делать какие-либо записи, тем более, выносить записанное  из архива строжайше запрещалось, приходилось запоминать содержимое папок. Это было не просто. Сначала он пытался запоминать несколько дел за один рабочий день. Представьте себе всю сложность, ведь каждое дело содержало огромный объём информации – даты, имена следователей, фамилии доносивших,  «соучастники»... При помощи специальной методики  Дима начал тренировать память и уже через год  мог запоминать более двадцати дел за один рабочий день. Приходил домой, садился за письменный стол  и писал до тех пор, пока головная боль не сжимала  виски так, что темнело в глазах. Сложно представить этот адский труд. От нервного напряжения начало резко падать зрение, пришлось обращаться к врачу. Однако бросать начатое он не собирался, понимая, что рано или поздно всё может закончиться и его поймают. Собственно, так всё и закончилось.

      При увольнении начальник укорил «всё, что ты делал – незаконно, ведь ты давал расписку  –  и нарушил».   На это Дмитрий Юрасов ответил: «То, что вы до сих пор храните в секрете и скрываете правду даже от близких родственников, все это – не только незаконно, но и бесчеловечно. Его уволили, исключили из  Историко-архивного института, где он учился заочно на втором курсе.

      Дима Юрасов познакомил меня с другими людьми, собиравшими подобные картотеки. Одним из них был московский историк Никита Петров, собравший самую полную в стране картотеку работников ВЧК-ОГПУ-НКВД-МГБ.  Затем произошло моё знакомство с другим человеком. Это был сын Народного художника СССР Александра Жукова. Дмитрий Жуков, как и я, много лет собирал картотеку и по объёму она была довольно значительной. В этот же период состоялись мои знакомства и с другими собирателями картотек.

      Участие в передаче «Взгляд» и последовавшие интервью всем известным СМИ, включая зарубежные, сделали Диму Юрасова одним из самых популярных «героев перестройки и гласности». Его публичные выступления собирали тысячи и тысячи слушателей, залы были забиты до отказа. Всё время моего гостевания у Димы нас везде сопровождали журналисты из французской телевизионной компании  «Аntenne 2» К встрече М.С.Горбачева во Франции собирались выпустить двухсерийный фильм «Перестройка в СССР» и Дима стал одним из героев этого фильма.

      Через некоторое время я пригласил Диму к себе, организовав через общество «Знание» ряд публичных выступлений в самых значимых местах города. Теперь уже Дима стал моим гостем и мы целую неделю встречались с десятками тысяч людей. Ажиотаж был такой, что в некоторых залах люди стояли в проходах.
 
      Всю неделю возле моего дома круглосуточно дежурила черная «Волга», домашний телефон был отключен. «Контора» старалась во всю, а в последний день приготовила сюрприз. По дороге в аэропорт нас с Димой «взяли». Подъехав на автобусе к аэропорту, перед нами с визгом тормозов остановились две «Волги». Меня запихнули в одну, а его в другую. До вылета в Москву оставалось не более полутора часов.


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ