С нуждой скоро покончат

Двое сослуживцев обедали в офисной столовой. Оба взяли солянку сборную, салат «витаминный» и шницель по-министерски. Когда приятели шли к своему столику, один из них, пожилой служака с мучнистым лицом, обратил внимание, что дверь в туалет забита нестругаными сосновыми досками. Это неприятное обстоятельство и послужило поводом для беседы.

— Пётр Яковлевич, — обратился толстяк своему спутнику, юркому чиновнику с выбритой наголо головой, — вы всегда в курсе событий. Подскажите, зачем единственный туалет на этом этаже досками заколотили?
— Иван Петрович, милый мой, а вы разве не слыхали? — понизив голос, заговорил Пётр Яковлевич. — Указ новый выходит: санузлы будут пломбировать везде.
— Как это? — опешил Иван Петрович, опуская ложку. — Где «везде»?
— Повсеместно… На предприятиях, в жилом секторе, в учреждениях культуры.
— Зачем?!
— Для безопасности граждан, — наставительно поднял палец собеседник. — Вдруг злоумышленники канализацию повредят? Я лично считаю: правильно. У нас и без того воняет у каналов, под мостами, народ жалуется.
— Что правильно?! — Иван Петрович икнул. — А ходить-то, пардон, куда прикажете?!
— Знаете что, Иван Петрович! Не об этом думать надо в такой исторический момент! При Хрущёве, между прочим, вообще меньше гадили.
— А вы откуда знаете?!
— Читал в журнале «Огонёк». Время светлое было: в кино ходили, на выставки, в турпоходы… Не до сортиров людям было!
— Постойте… — Иван Петрович побледнел. — А дома? Дома унитазы тоже пломбировать будут?!
— Естественно. Придут из ЖЭКа, фанеркой аккуратно закроют и опечатают. Кстати, предлагают выбор: можно под Хохлому, а можно под Гжель. Вам что больше по душе?
— Вы о чём вообще?!
— Я о художественной росписи. Вносит элемент уюта.
— Да начхать мне на роспись! — взвизгнул Иван Петрович, оглядываясь на буфетчицу. — Справлять нужду куда?! В баночку из-под майонеза?!
— Не надо паники, коллега! Обещали подробные разъяснения дать по телевизору. Говорят, специальный портал электронных услуг откроют…
— Электронных?!
— Ну да. Портал «нужда.ру». Заходишь, берешь талончик… Чего вы на меня кричите? Я же не виноват.
— Извините… — Иван Петрович схватился за карман, где лежал валидол. — Ну а кто, по-вашему, виноват-то?!
— Как кто? — развеселившийся чиновник таинственно мигнул. — Они нас вынудили.
— Кто — они?!
— Ну эти… Финны. Они же гаубицы к границам подтягивают.
— Вы хоть представляете, что в городе твориться будет?! — Иван Петрович замахал руками. — В мусоропроводы гадить начнут! Под кустами рассядутся!
— Это вряд ли! Мусоропроводы заварят наглухо. Это решение уже принято на самом верху.
— Как заварят?! А мусор куда выбрасывать?!
— Говорят, надо сносить к избирательным участкам. Там контейнеры повышенной прочности поставят.
— Что-о?!
— Да не орите вы! Это пока предварительная информация…
— Они что там… с дуба рухнули?!
— Вы ошибаетесь, Иван Петрович, — сурово отрезал собеседник. — Там отнюдь не дураки сидят. Им сверху виднее.
— А вы… вы-то сами как поступите? — прошептал Иван Петрович, озираясь по сторонам. — Вот приспичит вам ночью, и что?
— Не знаю. Не решил пока. Надо официальных указаний дождаться. Может, в холодильнике пока хранить? У меня контейнер есть герметичный.
— Зачем в холодильнике?!
— Запаха меньше.
— А если завтра холодильники опломбируют?!
— Ну, не надо преувеличивать! — поморщился Петр Яковлевич. — Это уже чистейший троллинг. Председатель санитарной комиссии выступал, заверил: холодильники пока не тронут.
— Пока?!
— Ну да. До выборов.
— А потом?!
— Что потом? Я вам что, пророк? Говорят, в «Леруа Мерлен» кадки для цветов завезли, можно временный компост организовать. Только надо в МФЦ декларацию подать и на учет поставить.
— Вы… вы это серьезно?
— Это я вам по дружбе говорю, по секрету. Алевтина Георгиевна из бухгалтерии уже две кадки взяла и пакет торфа.
— Слушайте… — Иван Петрович отодвинул тарелку и сполз по стулу. — Вызовите «скорую»… Мне плохо…
— Что с вами? Вы бледный какой-то…
— Сердце… Сердце прихватило…
— Дышите глубже, голубчик. Валидол есть? Сейчас наберу… Вот ведь нервишки у вас ни к черту! Ничего ведь еще не случилось. Зачем так переживать?
— Что за время такое пошло… — застонал Иван Петрович, дергая себя за воротник.
— Вы о чём? — искренне удивился приятель. — Отличное время! Это в девяностые, извините меня, всем на всё насрать было. А сейчас — с этим покончено навсегда.