Люди Бога ведают

Оглядываясь  в далекие шестидесятые, когда я был примерным мальчиком и, конечно, в Бога не верил, вспоминаю один поворотный  сюжет.

В маленькой деревушке, моей второй родине ( ведь родина вовсе не географическое понятие, не так ли?), я жил с бабушкой и тетей, которая была еще девушкой. В углу комнаты с высокой железной кроватью и  таким же древним столом со скамьей висели три иконы. Почерневшие лики, обрамленные закопченным желтым металлом постоянно меня отвлекали, будто спрашивая:
- Сережа, достаточно ли ты хорош, как считаешь - сколько уже бабочек загубил, рыбу постоянно вытаскиваешь из воды, да и по хозяйству мало помогаешь.
Конечно, я мог Ему ответить, если бы верил в этого Бога. По утрам и вечерам я видел бабушку перед иконами: она совсем немного что-то шептала, будто  все ее желания и так ясны Богу, надо лишь напомнить, что жизнь еще не совсем согнула, спасибо и за это.  Иногда она ставила в иконостас букетик.
- Это божьи слезки, - говорила она, - и, кажется, сама начинала плакать.
Слезками были усыпаны все луга вокруг, видимо, Бог много проливал слез от своей беспомощности, я их собирал и с другими цветами дарил бабушке.
Не знаю, что на меня нашло, но однажды из меня вылетело:
- Да нет никакого Бога, ты же видишь, что он совсем тебе не помогает.
Тут я почувствовал какой-то непонятный удар по голове. Бабушка стояла подальше. Ясно дело, испугался, но жаловаться не стал.

Прошли годы: иные пролетели, некоторые отпечатались в памяти до мельчайших подробностей, а какие- то забылись, будто в то время и не жил. Бог уже спешил ко мне, я часто видел, как он невероятным образом помогает мне в жизни: то с нужным человеком сведет, то пошлет на желанный край света, то убережет от ненужного соблазна. Тут и мама подоспела с медным крестиком.
- Носи, тебе его дали в деревенской церкви, когда крестили в полгода.
Настоящий! Но носил его совсем немного, года три. Его однажды съел больной человек, но я нашел и опять носил, пока крестику не суждено было исчезнуть совершенно непонятным образом. Покупать новый не хотелось, да и моя вера стала перерастать в ведение. Это не одно и тоже. Вера слепа, хотя может быть сильной. Ведение открывает истинный мир, где Бога чувствуешь буквально на каждом шагу. Порой не понимаешь, зачем Он устраивает тебе испытания на грани жизни и смерти, но потом становится все понятно. Он ведь всегда желает тебе добра. К этому привыкаешь, и одиночество вовсе не тяготит.

И тогда ты открываешь в себе ЛЮБОВЬ - ЛЮди БОга ВЕдают. В какой-то степени, становится жаль те годы, когда за любовь принимал лишь естественное влечение, пусть даже не плотское. Просто нравилось свое состояние, когда ради счастливых глаз открывались красноречие и даже готовность на подвиги. Сердце жаждало любви, недополученной в детстве, но чтобы найти взаимность, потребовалось больше двадцати лет. Потому в сорок я только почувствовал настоящую молодость.

Теперь Бог был со мной всегда, я шел за ним, как тот послушный мальчик из детства, только сменивший учителей на одного главного. Отношение к людям не стало одинаковым, но благожелательность появилась для всех. Я еще в пути, а иначе что делать в этом мире?  Изречение "Бог есть Любовь" стало совершенно понятно. Ведь без любви невозможно создать совершенство.

Я благодарю Бога за то, что он помог найти себя, за некоторые способности, помогающие радоваться жизни. А любовь... Пусть вначале она будет маленькой, ее не надо бояться, тогда она начнет расти, наполнив всех нас до каждой клеточки.