Белгород в конце лета 26 года

 Фоном работает телевизор. В передаче «Песни от всей души» поют, пляшут, смеются, произносят тосты, преподносят подарки. Иногда, чтобы отвлечься от нашей военной действительности, мы с мужем смотрим её. И я в который раз удивляюсь — в стране нет войны! Ну, как бы и где-то она есть, но её нет! Даже если на популярную передачу и приглашают кого-то из Белгородской области, то эту тему стыдливо замалчивают. Зачем людям портить веселье? А у нас, знаете, россияне, на границе война идет с 24 февраля 2022 года… И мы давно живём «здесь» и «сейчас», потому что обстрелы и прилёты беспилотников не прекращаются ни днём, ни ночью. Мы живём на минном поле, и каждый день обрывает чью-то жизнь. И, несмотря на такую обстановку, мы практически всей семьей занимаемся волонтёрской деятельностью. Это не для похвалы, не для , как сейчас говорят, пиара, а для полноты картины. Вдобавок, нам с мужем за семьдесят пять… И мы, спасибо Богу или судьбе, всё же дожили до старости, но как же дети и внуки? Есть ли у них будущее? Какое? И эта мысль дополнительно не даёт жить спокойно… Господи, помоги нам!
 Вчера стоял солнечный августовский день. Было тихо, не выла сирена, не слышно мужского голоса о предупреждении налёта БПЛА. Значит мне, хозяйке большой усадьбы в 10 км от Белгорода, можно заняться бесконечными бытовыми делами. С утра голосовая помощница «Алиса» сообщила, что погода будет солнечной, но не жаркой. А потом спросила, чем я собираюсь заниматься. Неужели ей интересно? Я не стала отвечать, сказала «Стоп» и отправилась в сад. Там снова нападали яблоки. Кроме меня, их собирать некому. Дочь Анна работает на двух работах, каждый день без выходных и отпуска. Двадцатилетний внук лежит в больнице, его психика не выдержала нашей действительности, а семнадцатилетняя внучка практически не выходит из своей комнаты. Она не может ничего изменить в своей юной жизни и окунулась в виртуальный и подростковый мир, а также изучению языков. У неё есть успехи, и они нас радуют. Каждый из нас, не только в семье, но и на всей Белгородчине, ищет себе отдушины, но они не всегда помогают...
Так вот, увидев кучу яблок, я вернулась в дом, взяла два ведра. На порожках споткнулась о плитки, которые давно отвалились. Но муж не находит сил и времени их приклеить. Понимаю, что мужчины стареют быстрее, что в такой обстановке ничего уже не хочется, но и каждому терпению приходит конец. Тут и муж Алексей появился. Я не стала напоминать о порожках, я попросила зайти на Авито и найти мастера. Он промолчал и куда-то ушёл, я набрала два ведра яблок и села их резать на пастилу. Часть разложила на подоконнике для сушки. Только вчера отдала трёхлитровую банку в волонтёрскую группу, оказывается, сейчас уходит всё, нужно сушить хотя бы для ребят, раз в семье их не очень-то употребляют. А пастилу любят, придётся потрудиться — помыть, порезать, поставить варить, измельчить, размазать на противни и выставить на солнце. Потом следить, переворачивать… Мороки много. Сижу, режу. Слышу какой-то противный звук электроинструмента. О! Это муж счищает старый клей болгаркой, значит, взялся за ремонт. Не буду его отвлекать. Поставила яблоки на огонь, потом вспомнила, что видела в саду черноплодную рябину. Тут же решила, что использую её для окрашивания яблок. Эврика! Снова пошла в сад, по пути похвалила мужа и попросила надеть от солнца фуражку. Ох уж эти мужчины! Сам не догадался, что солнце уже припекает.
 Пока яблоки варились, села за комп. Открыла ОК, потом ВК. Надоедливая и вездесущая реклама перемежается с личными фото участников и постов наиболее активных пользователей. Надо заметить, что тут, в соцсетях своя непонятная и хаотичная жизнь. Тут тоже стараются не говорить про войну… Она где-то… У меня под главным фото есть призыв помочь приграничному городу, но даже те триста друзей, которые у меня числятся, редко читают посты. Как говорится в пословице: «Не знаешь — крепче спишь!» Но ведь и правда, стать волонтёром никого невозможно заставить. Или даже убедить. Конечно, у меня самые преданные друзья все эти годы присылают из своей пенсии помощь нам, на границу. Их осталось не так много, (остальных пенсионеров никого не осуждаю, что по каким-то причинам бросили помогать!), а вот тем, кто остался, каждой из них мы в своей волонтёрской группе благодарны! Наверное, я бы каждый месяц выставляла имена тех, кто помогает, и сумму помощи. Но, как мне сказали в самом начале волонтёрской деятельности (с ноября 22 года), «Одноклассники» созданы не для этого! Приходится очень осторожно выставлять посты. Тут тоже как по минному полю идёшь, чуть не так и не то, тут же необоснованные обвинения в «самопиаре»… Боже, как я устала! Сколько раз, отдыхая после всяких трудов (а сил-то становится всё меньше!), я говорю себе, что пора заканчивать волонтёрство. Но жалостливая душа тут же подсказывает: «А кто вместо тебя? Ряды желающих помочь и так редеют!». И эта душа, которой наградил зачем-то Бог, снова бросается на амбразуру. Недавно мне пришлось заказать носки на Авито, там дешевле всего, попросила дочь купить на оптовке трусы, ведь я сама не за рулём, а ездить с пересадками из села в город и тянуть на себе тюки с грузом мне уже тяжеловато… И когда между делами в перерыв я заглянула в волонтёрскую группу, то увидела призыв от ребят достать им принтер, ноут, телевизор, холодильник, печку, бумагу… Сгорел блиндаж, всё нужно начинать заново. А ведь нам говорят, что бойцы всем обеспечены… Я тут же спросила у дочки, есть ли у нас принтер. Мне помнится, внуку в Питер покупали, но он остался невостребованным. Дочь дала добро, и я тут же написала в группу. На днях должны забрать. И так доставляем каждую мелочь, а ещё и оплакиваем погибших… Господи, сохрани жизни наших воинов…
Я заодно посмотрела все письма и отложила смартфон.
Ой, как там моя пастила? Конечно, немного пригорела. К этому времени и муж вернулся, попросила его сделать блендером пюре. Дала немного остыть и решила разложить на противни маленькими оладушками. Наверное, так быстрее высохнут. Ну вот, одно большое дело окончено. И тут завыла сирена. «Боже, спаси и помоги!». Ведь дочка поехала в город в больницу к сыну. Она выезжает с рацией, по которой почти без перерыва говорят, куда летят беспилотники, где остановить движение и сразу покинуть машину… Это выдержать трудно! Я, когда по необходимости еду с ней в город, выхожу из машины больная. Она и сын ездят каждый божий день! А мы с мужем в это время места себе дома не находим, ведь у них одна дорога, а у нас куча мыслей, тревог и будто кол в душе сидит… Снова нужно загрузить себя работой. А её в своём доме непочатый край! Вот шпиц Лисик вылез после сирены из тёмного тамбура с обувью, куда он прячется при обстрелах. Посмотрел на меня с тоскою.
- Иди сюда, мой хороший, причешу тебя!
Он послушно подошёл к дивану, я его подняла и посадила, ведь ножки у него короткие, запрыгнуть он сам не может! Он приготовился, чтобы его гладили и вычёсывали. Ой, сколько у него пуха! Надо бы давно всю собранную шерсть помыть, чтобы изготовить мужу пояс, да всё руки не доходят. А что откладывать, пока дочка не приехала, этим и займусь. Помыла шерсть в шампуне, разложила её на солнышке и услышала шум подъезжающей машины. Спасибо, Боже! Анна сказала, что еле стоит на ногах, обед сготовить не сможет. Да мне и не привыкать, главное, всё хорошо, а что-нибудь простенькое приготовлю! После обеда и полежу на своих любимых качелях под черёмухой. Почему же ты, старость, так безжалостна? Умом бы многое сделала, а силы где брать?
Пообедали на скорую руку. За это время несколько раз предупреждали о беспилотниках. Внучка к обеду не вышла, чем-то занимается у себя. Мы с мужем к ним на второй этаж дома не поднимаемся. Если что-то нужно, звоним в колокол. Только молодёжь сейчас почти всегда в наушниках, не слышат… Аня, немного отдохнув, спустилась в свой мини-цех с вышивальными машинами. Брат Денис, наш сын, занимается бронированием автомобилей для фронта, и частенько просит её для бойцов вышить интересные шевроны или сделать какие-нибудь сувениры. В данный момент кроме фуражек с его логотипом «В броне!» она быстро изготовить ничего не сможет. Сын посещает нас редко, он весь погружён в волонтёрство. О нём делали несколько раз передачи на центральном и местном тв, но помощи от МО он так и не получил. Вся деятельность идёт на его энтузиазме и его сподвижниках, которые присылают деньги на металл. После трёх прилётов в его цех с печальным исходом я умоляла сменить деятельность, но он мне сказал: «Ребята там гибнут, а я их предам? Как ты себе это представляешь?». Я его молча обняла и попросила беречь себя…
Отставив грязную посуду, я пошла на качели, прихватив книгу «Часовой памяти», подаренную мне в библиотеке на юбилей. Сборник рассказов и очерков вышел недавно в издательстве «Вече» под редакцией известного белгородского писателя, публициста и волонтёра Бережного Сергея Александровича. Я с ним знакома и знаю, что он сам участвовал в войнах в Сирии, Донбассе и Украине, всё время ездит за ленточку с гуманитарным грузом и пишет так, что без слёз читать нельзя. Прочитав его рассказы «Глубинщики» и «Казус», я в очередной раз убедилась, что нашим мужчинам на фронте очень и очень трудно… Почему же многие россияне этого не понимают и не помогают фронту? Только никого не заставишь быть волонтёром… Всё идёт из души… Я преклоняюсь перед вами, наши воины и перед Сергеем Александровичем. Я поняла, что прочитать всю книгу я не смогу, у меня нет на это душевных сил… Ну, скажите, как такое читать: «Враги стучались в двери и говорили, что русские пришли. Люди открывали, а их с улыбкой убивали. Всех, включая лежачих стариков и детей. Стреляли походя — идёт женщина по улице, жмётся к заборам : «Что, русских ждёшь?» - и выстрел в голову. ПОХОДЯ. А для неё вся Вселенная свернулась. И для её детей. И хоть вой в небо, уже не вернёшь...»
Не осуждайте меня, пожилую женщину, живущую под обстрелами, что не могу дочитать…
 Я отложила книгу, и тут меня позвали, сказав, что приехал сын. Вернулась в дом, «Борода» (так его зовут ребята) стоит на пороге, худой, в вечной камуфляжной одежде и берцах, обвешанный двумя несмолкающими рациями.
- Сынок, снова даже чаю не попьёшь?
- Ладно, посижу минутку.
Суечусь, спрашиваю, что будет есть и пить.
- Мам, ничего особо не хочу. Да, можно чаю. И этих двух блинчиков мне хватит.
Разговор о том, что творится в городе, в стране, на фронте, в его цеху… Ничего утешительного.
- Ты хоть дома бываешь?
- Иногда.
А рации не умолкают. И телефон тоже. Господи, почему нашим детям досталась такая жизнь? Ведь когда они появились на свет, мы строили коммунизм… А что построили? Снова вопросы без ответа.
- Ладно, я поехал. Берегите себя.
Перекрестила на дорогу. Вижу, что дочери совсем плохо.
- Иди, загони машину и полежи. Отдыхать больше нужно.
Она посмотрела на меня так, будто я с луны свалилась.
- Когда? И как?
Я тоже не ответила и пошла проверять пастилу. А заодно перевернуть шерсть и пойти посмотреть, что там с помидорами. Под ноги кинулся пришлый чёрный кот с белой грудкой и лапами. Он столовается у нас с Нового года и уже считает нас хозяевами. Да только в дом его не пускает шпиц и два домашних кота. Уличная наша кошка Фифа его приняла, и они вдвоём спят на моих качелях. Я погладила кота, которому дали прозвище Бегемот, он от удовольствия лёг на землю и подставил мне тощий животик. Столько ест, а никак не поправится! И тут снова сирена. Срочно в дом! Пусть он, наш дом, выстроенный с любовью и надеждой, нас хранит!
После чая ужинать не стали, включили с мужем «Песни от всей души». Здравствуй, другая жизнь, другая Россия! Весело, задорно. Нет войны, ну нет её!
Сирену я не услышала. А вот грохот прямо над домом раздался такой силы, что мы соскочили с дивана и помчались в коридор без окон. Сколько было взрывов, я не считала. Внучка спустилась в подвал, шпиц забился в своё тёмное и безопасное местечко, а мы с мужем сидели в коридоре и молчали… Что тут скажешь? Ведь это не в первый раз… Совсем недавно,в дождливую ночь на 9 августа, половина города была разрушена, и многие дома так и стоят без стёкол. Старинная кирпичная школа в центре не примет в свои объятия учеников… Спасибо, что завалы в центре города разобрали и горы мусора вывезли. Сколько нам ещё терпеть?
Через некоторое время муж сел за комп. Хорошо, что у нас есть свет и интернет!
- Повреждений много, - сказал Алексей -, ТЭЦ, коммерческие объекты, телевышка… Снова погибшие и раненые…
А потом пришла дочка и словно выдохнула:
- Бог меня спас. Недаром он уложил меня в кровать. Наш склад Озон, куда я должна была сегодня поехать, разбомбили… Всё, больше не могу. Давайте что-нибудь выпьем для снятия стресса, что ли?
А по телевизору продолжались песни и пляски. Мы просто забыли его выключить, не до него… И вдруг я разозлилась на эту проклятую войну, на эти пляски на костях, на эту несправедливую жизнь, которая сейчас ничего не стоит. Я сфотографировала почти конец передачи и поставила пост в Одноклассниках «Спасите наши души!». На утро сто просмотров и несколько откликов. Война где-то идёт, не у нас… Когда же проснёмся и поймём, что нужно всем миром объединиться? КОГДА?
 Перед сном я обзвонила своих пожилых подруг, у всех ли всё в порядке. Мы всегда так делаем после обстрелов. Спасибо, Господи, живы.
А потом мой организм не выдержал. И я, женщина, которая почти не плачет, разрыдалась.
 31 августа, 2026 года