Старая крыша

 – Ба, мы все сделаем по высшему разряду, – юная дева провожала родственницу из дома, – Усадьба будет сверкать новым веянием модернизма.

 – Внученька, если тебе так хочется, то делай. Я не очень разбираюсь в ваших измах, – бабушка в тяжелом одеянии, склоняющем ее к земле, еле передвигала ногами. Она любила своих детей и внуков, поэтому позволяла многое. Но, как говорится, дашь палец, всю руку откусят.

 – Только нужно будет вложить крупненькую сумму, – она притворно стеснялась говорить о деньгах, – Но зато представь, что вся семья сможет здесь жить. Садик почистим для мелких, устроим им игровую площадку. Можно будет даже сдавать комнаты, как пансионат. Вернешь большую часть вложенного.

 – Хорошо, внученька. Можешь взять с моего банковского счета, – бабушка с любовью улыбалась девушке, пока та с горящими глазами рассматривала сумму в только протянутой ей банковской книжке.

 – Это отлично, мы начнем завтра же! Можешь пока пожить где-нибудь. В моей старой квартирке, например, – она радостно сопроводила пожилую женщину в пыльную и давно забытую квартиру своей юности.

 Через несколько дней работа пошла полным ходом. Садовники срезали заросшие деревья. Строители разрушали уникальный стиль дома. Они скрывали настоящее дерево за искусственными панельками. Дом словно под копирку превращался в нынешние безвкусные здания. Единственное, что вызвало больше всего проблем – это античные колонны. Каменные сооружения делались на совесть. Ни ветер, ни ураганы не могли их сломить. Строители долго работали над их уничтожением.

 Бабушка каждый день приходила посмотреть на прогресс работы. Каждый раз ее сердце сжималось в груди от боли. Она вспоминала свои первые шаги в этом саду. Вспоминала, как впервые привела кавалера на семейный ужин. Как ее родители весело обновляли рамы окон. Сейчас она была слишком стара, чтобы ухаживать за домом. Он сильно обветшал и отсырел. Семья давно разъехалась, оставив ее совсем одну с требующим ухода жилищем.

 Через несколько недель дом было не узнать. Вся уникальность строения была стерта. От семейных воспоминаний ничего не осталось. Появились дополнительные двери, разделение больших комнат. Внучка провела бабушку в ее крохотную ныне комнату. Окно в ней выходило в остатки сада. Бабушка присела на твердую кровать. Внучка все восхищалась количеством комнат для сдачи. Столько желающих уже есть заселиться!

 – А как же наша семья? Я думала, все вернуться в родной дом? – хозяйка усадьбы удивлялась потоку мыслей своей кровинушки.

 – А, ну так брат мой за границу поехал, сестренка учиться далековато отсюда, а я просто не хочу. Родители тоже не очень любят это место. Оно далеко от центра города. Добираться тяжело. Да и никаких развлечений, – внучка тараторила множество оправданий, но не чувствовала никаких угрызений совести в раннем обмане, – Ну ладно, я схожу за документами на пансионат. Ты же подпишешь, правда?

 Бабушка кратко кивнула, и юная девушка исчезла. Хозяйка усадьбы осталась в совсем ином доме. Она пошла осматривать свои бывшие комнаты. Все фотографии и скульптуры исчезли, древнегреческий стиль интеллигенции уступил место бездушным и безвкусным декорациям. Бабушка вышла на место исчезнувших ныне коринфских колонн. Они были словно ее защитниками-великанами. Холодный камень остужал в жаркий день, успокаивал и становился безмолвным слушателем. Теперь его не было.

 Крах! Послышался грохот на всю округу. Птицы встрепенулись из своих укрытий. Пыль поднялась в воздух. Старая крыша обвалилась. У нее больше не было поддержки. Не было тех, ради кого стоило держаться.

Вдохновлено Василий Поленов «Бабушкин сад»

May 15.23