Про платье для куклы

Бабушка Анна сидела за швейной машинкой и что-то шила. Рядом стояла внучка Даша (5 лет) и внимательно наблюдала.
— Бабушка, а что ты шьёшь? — спросила Даша.
— Платье для твоей куклы, — сказала Анна, не отрываясь от работы.
Даша обрадовалась:
— Для моей куклы? Для Кати?!
— Для Кати, — кивнула Анна. — Я видела, что у неё платье порвалось. Вот, решила сшить новое.
Даша подошла ближе и посмотрела на ткань, которая лежала на столе. Ткань была красивая — розовая, в белый горошек.
— Кате понравится, — сказала Даша. — Она любит розовое.
— Вот и отлично, — улыбнулась Анна. — Сейчас дошью — и будет готово.
Даша присела на стульчик рядом и стала смотреть, как бабушка шьёт. Машинка жужжала, иголка бегала вверх-вниз, строчка ложилась ровно-ровно.
— Бабушка, а ты давно шьёшь? — спросила Даша.
— Давно, — сказала Анна. — С детства.
— А ты сразу научилась?
Анна остановила машинку, подняла голову и посмотрела на Дашу:
— Сразу? Нет, конечно. Я тебе расскажу, как я первый раз шила кукле платье.
________________________________________
Это было давно. Мне было тогда лет шесть. Мы жили в городе, в маленькой квартире. У меня была кукла — звали её Наташа. Не очень красивая, честно говоря: лицо облупилось, волосы свалялись, руки-ноги болтались. Но я её очень любила.
У Наташи было платье. Красное, с белым воротничком. Я его носила, стирала, гладила. Но однажды платье порвалось. Я его надела на Наташу, а оно — хрясь! — и разорвалось по шву.
Я расстроилась. Что делать? Платье порвалось, а другого нет.
И тут я решила: я сама сошью Наташе новое платье!
У мамы был шкаф с тканями. Там лежали обрезки, лоскутки, кусочки — разные. Я выбрала кусочек зелёной ткани. Красивая, яркая, как трава.
Ещё мне нужны были ножницы, нитки и иголка. Ножницы я нашла на столе. Нитки — в маминой коробке. Иголку — в подушечке.
Но тут была проблема: мама не разрешала мне брать иголку. Она говорила: «Иголка острая, ты уколешься». Но я была хитрая. Я подождала, пока мама уйдёт в магазин, и взяла иголку. Осторожно, за нитку.
И села шить.
Сначала я вырезала из ткани платье. Я взяла Наташино порванное платье, приложила к ткани и обвела карандашом. Похоже на платье! Потом я вырезала. Получилась какая-то тряпочка с дырками — я плохо вырезала. Но ничего, думаю, швы всё исправят.
Потом я стала сшивать. Я взяла иголку, вдела нитку... а нитка не лезет! Я пыталась попасть в ушко, но у меня не получалось. Я плюнула на кончик нитки, как мама делает. Не помогло. Я облизала нитку. Не помогло. Я прищурилась. Не помогло.
Наконец, после долгих мучений, я вдела нитку. Ура!
И стала шить. Я шила, как умела. А умела я не очень. Я просто тыкала иголкой в ткань и надеялась, что получится красиво.
Строчка у меня была кривая-кривая. Стежки большие, кривые, неровные. Я сшила один бок платья — получилось некрасиво. Я сшила второй бок — получилось ещё хуже. Рукава я пришила... криво. Один рукав был длиннее другого. Подол — вообще волнами.
Я посмотрела на свою работу и загрустила. Это было не платье. Это было что-то ужасное. Зелёная тряпочка с кривыми швами, с разными рукавами и волнистым подолом.
Я попыталась надеть его на Наташу. Не налезало. Слишком маленькое. Я попыталась растянуть. Оно порвалось. Я заплакала.
В этот момент пришла мама. Она увидела меня с иголкой в руках, с плачущей куклой, с зелёной тряпочкой — и всё поняла.
— Люба, — сказала она (меня тогда звали Люба, а не Анна, но это неважно). — Ты взяла иголку?
Я кивнула и заплакала ещё громче.
— Не плачь, — сказала мама. — Покажи, что у тебя получилось.
Я показала ей зелёную тряпочку. Мама посмотрела на неё, повертела в руках и сказала:
— Ну что ж. Это не платье. Но это что-то.
— Что? — спросила я сквозь слёзы.
— Это... — мама задумалась. — Это... одеяло для куклы! Или... накидка! Или... — она посмотрела на тряпочку ещё раз. — Или... чепчик! Вот, если сложить вот так и пришить сюда...
Мама взяла мою тряпочку, сложила её как-то хитро, взяла иголку и за пять минут превратила её в... маленький зелёный такой чепчик для куклы. Смешной, но чепчик.
— Вот, — сказала мама. — Теперь у Наташи есть новый головной убор. А платье мы сошьём вместе.
И мы сели шить вместе. Мама показала, как держать иголку, как делать ровные стежки, как пришивать рукава. У меня получалось криво, но мама меня не ругала. Она говорила:
— Ничего. Первый блин комом. Вот увидишь, через год ты будешь шить лучше меня.
И я шила. Целый час мы шили платье для Наташи. Оно получилось красивое — зелёное, с белым воротничком. Я надела его на Наташу. Оно село идеально!
Я смотрела на куклу в новом платье и не могла налюбоваться. А мама смотрела на меня и улыбалась.
— Запомни, — сказала она. — Если что-то не получилось — не значит, что нужно бросать. Просто нужно попробовать ещё раз. Или изменить план.
И я запомнила.
С тех пор я шила много. Я шила платья, юбки, кофточки. Я шила куклам, а потом и себе. Я стала портнихой. Я шила людям — невестам, мамам, бабушкам. Я шила красиво. Я шила так, что люди говорили: «Это платье сшила Анна Павловна! Лучшая портниха в городе!»
И каждый раз, когда я сажусь за машинку, я вспоминаю ту зелёную тряпочку, которая превратилась в чепчик, — и улыбаюсь. Потому что если бы не она, я бы никогда не научилась шить по-настоящему.
________________________________________
Бабушка Анна замолчала и посмотрела на Дашу. Даша сидела, открыв рот, и слушала.
— А что стало с Наташей? — спросила Даша.
— Наташа живёт до сих пор, — улыбнулась Анна. — Она лежит у меня в шкафу, в коробке. И зелёный чепчик на ней — тоже лежит. Я его сохранила. На память.
Даша засмеялась:
— А можно мне посмотреть?
— Можно, — сказала Анна. — Только сначала дошьём платье для Кати.
Она снова включила машинку и продолжила шить. Через десять минут платье было готово.
— Вот, — сказала Анна, протягивая Даше готовое платье. — Красивое?
Даша взяла платье, посмотрела на него. Потом надела его на куклу Катю. Оно село идеально! Розовое, в белый горошек, с пышной юбочкой.
— Красивое! — сказала Даша. — Спасибо, бабушка!
— А давай мы с тобой теперь что-нибудь сошьём вместе? — предложила Анна. — Может быть, юбочку для Кати? Или сумочку?
— Давай! — обрадовалась Даша. — А я буду шить как ты!
Анна улыбнулась:
— Будешь. Обязательно будешь. Только сначала я тебе покажу, как держать иголку. А то получится, как у меня когда-то — зелёная тряпочка вместо платья.
Даша засмеялась. И они сели шить вместе. Маленькая сумочку для куклы, а бабушка — помогала.
Потому что первый блин — всегда комом. Но если не бросать — ком превратится в чепчик, чепчик — в платье, а платье — в настоящее мастерство.