Учёт числ. объектов животн. мира в совр. России

 Как известно, основную ответственность за единую для Российской Федерации систему государственного учета объектов животного мира несет такой федеральный орган исполнительной власти, как Министерство природных ресурсов и экологии РФ (Минприроды России). Обязанности по ведению данного учета возложены и на государственные, и на частные организации. На особо охраняемых природных территориях федерального значения (в заповедниках и в национальных парках) учет ведут федеральные государственные бюджетные природоохранные учреждения. На остальных территориях учет осуществляют органы исполнительной власти субъектов РФ, которым переданы полномочия в области охраны и использования животного мира. Юридические лица и индивидуальные предприниматели, так называемые арендаторы, получившие право пользования объектами животного мира, также обязаны ежегодно проводить учет используемых ими объектов животного мира и представлять полученные данные в соответствующий государственный орган. В свое время были разработаны различные методы подсчета животных: в местах искусственных концентраций, путем шумового прогона, с использованием воздушных судов, а также зимний маршрутный учет (ЗМУ), который до сих пор, на мой взгляд, является основным и комплексным, так как позволяет одновременно определить численность сразу нескольких видов животных. Обязательным условием для использования данного метода является наличие в угодьях снежного покрова в период проведения полевых работ с 15 января по 15 марта. Поэтому для некоторых территорий он не подходит, что, в свою очередь, является весомым его минусом.

 Умышленное искажение информации о численности объектов животного мира уже давно, к сожалению, стало весьма привычным для нашей страны явлением. Зачастую зимние маршрутные учеты большинством охотничьих организаций проводятся лишь фиктивно, только на бумаге. О каком рациональном использовании можно вообще сегодня говорить? В фальсификации данных учета животных погрязли все: как частные, так и государственные охотничьи организации. Не отстают в этом, как ни прискорбно, и природоохранные структуры и учреждения. Завышение реальных показателей численности таких востребованных охотничьих видов, как лось, косуля, кабан, особенно выгодное для коммерческих охотничьих организаций, приводит к необоснованному увеличению квот добычи охотничьих ресурсов. И, как итог — перепромысел и сокращение численности популяций, что соответственно является серьезным экологическим преступлением. А ведь согласно статье 55 Федерального закона «О животном мире» от 24 апреля 1995 года №52-ФЗ, лица, виновные в нарушении законодательства в области охраны и использования животного мира и среды их обитания, несут административную и уголовную ответственность и обязаны возместить причиненный ущерб. Жаль, что законодательство Российской Федерации пресекает такие нарушения лишь в теории.

 Для большинства охотпользователей, к примеру, нашего Смоленского региона, основным объектом охоты долгое время был такой крайне популярный и относительно доступный вид, как кабан. Но активные вспышки разбушевавшейся в конце 2000-х годов африканской чумы свиней серьезно подорвали численность дикого кабана во многих субъектах РФ. Это неизбежно привело к поиску альтернативы, и охотничий интерес переключился на лося. Естественно, что сразу же значительно возрос и промысловый пресс на лосиную популяцию. И это, разумеется, отразилось на ее численности, которая начала потихоньку падать. У нас в Велижском районе уже на протяжении нескольких лет наблюдается довольно-таки заметное снижение численности лося. Зимние лосиные стойбы в 6-7 голов стали большой редкостью, хотя буквально 10-15 лет назад это было нормой. Конечно же, причины этого снижения могут быть весьма различны. Это и охота, и хищники, и болезни, и климат, и пр. Но все же основной из этих причин, по моему мнению, является именно охота, а конкретнее — непомерный объем лицензионных отстрелов лосей, произведенный на основании завышенных данных о численности этих животных. Популяция лося в СССР, например, в 1970 году насчитывала около 700 тыс. голов. При этом численность лисицы в благоприятные для размножения годы могла достигать 1-1,5 млн. особей. Причем лисица в то время оживленно и продуктивно добывалась охотниками, так как ее шкурки были достаточно ходовым товаром на рынке пушнины. В современной же России, по данным учета 2024 года, при численности лисицы примерно в 445 тыс. особей численность лося составляет уже свыше 1,3 млн. голов. Сдается мне, что просматривается очевидное завышение численности приносящих хоть какой-то доход копытных животных и занижение численности хищных видов, в настоящее время не представляющих для охотников никакого интереса. Сегодня всем нужен лось, который всегда являлся объектом особого внимания. Только вот нормы допустимого изъятия охотничьих ресурсов должны обязательно опираться на реальные подтвержденные данные о численности объектов животного мира, а не на цифры, придуманные «с потолка» большинством охотпользователей.

 И если с завышением численности копытных как раз таки все понятно: выше численность — больше лицензий. То причина завышения численных показателей отдельных пушных видов хищных млекопитающих, населяющих особо охраняемые природные территории федерального значения, мне абсолютно не ясна и вызывает вопросы. Как-то, за прочтением одного из научных отчетов национального парка «Смоленское Поозерье» за 2021 год, носившего звучное название «Летопись природы» (книга 16), я наткнулся на весьма забавную для себя информацию. Меня очень удивил, если не сказать ошеломил представленный в этом отчетном документе популяционный показатель плотности речной выдры для такой, к примеру, реки национального парка, как Сермятка. В 2021 году он составил 35 особей. Причем протяженность той речушки составляет всего лишь 38 километров. Из всего этого следует, что на десяти километрах береговой линии данного водотока показатель численности речной выдры составляет 9,2 особи. Интересно то, что такой высокой населенностью этим животным не могут похвастаться даже богатейшие на рыбные ресурсы реки и озера Дальнего Востока. В настоящее время выдра включена в региональные Красные книги ряда субъектов РФ. С выходом в свет первого издания Красной книги Смоленской области в 1997 году она была внесена в список этого официального документа и по сегодняшний день там же и находится как вид, численность которого еще относительно высока, но сокращается катастрофически быстро, что в недалеком будущем может поставить его под угрозу исчезновения (II категория статуса редкости). Уже более двадцати лет я занимаюсь наблюдением за этим видом и изучением его повадок и образа жизни. За все это время пройдена не одна тысяча километров речных долин. На одних водоемах я осуществлял лишь маршрутные рекогносцировочные обследования с целью быстрого и системного анализа самой территории и получения данных о численности этих животных и условиях их обитания. На других же — стационарно, по несколько лет, занимался полноценными полевыми исследованиями. А на некоторых водоемах, ради изучения особенностей питания, проводил и пробные отловы. Мне довелось посетить не одну реку Смоленщины, но такой плотности заселения, честно признаюсь, я не встречал нигде. Что же это за такая «молочная река с кисельными берегами», на которой одновременно способны мирно сосуществовать столько особей речной выдры? Все это до сих пор остается для меня большой загадкой. Можно ли верить этой информации? Зато у данной природоохранной организации неплохо получается вести экологический туристический бизнес, ведь это приносит прибыль, а с науки что возьмешь. Изучением данного вида я занимаюсь до сих пор и очень люблю свое увлечение. Рассмотрим численность речной выдры на примере еще одной очень схожей реки Смоленской области с названием Сертейка, протяженностью 36 км, всегда славившейся обилием этого пушного зверя. В конце 90-х годов двадцатого столетия средний показатель численности выдры с еще бурным пушным промыслом на этой реке не поднимался выше 2,2 особи на 10 км береговой линии водотока (даже с учетом сеголетнего молодняка). В связи с падением спроса и снижением закупочной стоимости на пушнину упали в цене и выдровые шкурки, что привело к ощутимому ослаблению охотничьего пресса. В настоящее время, в отсутствие охотничьей деятельности, он составляет в среднем 2,5-3,3 особи. Популяционный же показатель для реки Сермятка в 9,2 особи, на мой взгляд, уже явный перебор. Обычно в летний сезон протяженность индивидуальных и семейных участков речных выдр составляет примерно 5-10 км. Все зависит от кормовых условий того водоема, где обитает животное. В период же зимней бескормицы охотничьи угодья выдры могут значительно расширяться и достигать уже 15-20 км по руслу водотока.

 Но бывают случаи, когда численность некоторых животных, чаще хищных, наоборот, значительно занижается. Вот еще немного статистики по численности популяции, например, лесной куницы в Смоленской области на 2024 год. Вопреки снижению спроса на натуральный мех, шкурки этого зверька остаются востребованными на рынке пушнины и в настоящее время. По моим сведениям, приблизительный годовой объем шкурок лесной куницы, реализованных местными охотниками в указанный осенне-зимний охотничий сезон, составил около 3500-4000 единиц. Большинство частных смоленских заготовителей пушнины давно уже являются моими старыми и хорошими знакомыми. В беседе с двумя основными местными оптовиками удалось выяснить, что один из них в тот год закупил у населения 350 шкурок лесной куницы, другой — 500, так как предложил охотникам повыше цену. То бишь только два региональных пушных заготовителя скупили у здешних охотников 850 шкурок. А их по области совсем не два — с десяток уж точно наберется. Причем, с их слов, такой закупочный сезон считался не просто плохим — совсем никудышным. Были времена, когда только на одного заготовителя приходилось 600-700 приобретенных шкурок лесной куницы. По официальным же данным Министерства лесного хозяйства и охраны объектов животного мира Смоленской области численность лесной куницы на 2024 год составила 3671 особь, что, как мне кажется, совсем не соответствует реальной действительности.

 Намеренная и уже укоренившаяся фальсификация данных о численности объектов животного мира является крайне негативной и весьма тревожной тенденцией в сфере современной российской охраны природы и вызывает серьезное беспокойство. Куда только в нашей стране смотрит природоохранная прокуратура — непонятно. Ведь именно это специализированное подразделение в системе прокуратуры Российской Федерации осуществляет надзор за соблюдением экологического законодательства. Мы все время пытаемся найти и внедрить какие-то новые инновационные методы учета диких животных, позволяющие повысить точность, снизить трудозатраты и минимизировать человеческое вмешательство. И это здорово. Современные цифровые технологии уже давно активно в этом помогают нам. «Да только воз и ныне там». Может быть, дело вовсе не в методах? А в том, чтобы просто начать всем наконец-таки выполнять свою работу на совесть. Но для этого вначале ее нужно по-настоящему полюбить, чтобы выполнять свои должностные обязанности не ради фиктивной отчетности, а ради будущего наших грядущих поколений.