Беглянка Глава 9

 Нельзя объяснить вкус соли тому,
 Кто пробовал лишь сахар.
            

              - Алии, вступись за меня, - взмолился Керим.
- Вы вспомнили, как зовут вашу девушку? - подняв брови, спросил врач.
- А. я никогда этого не забывал, и, не забуду, - сказал Керим.
- Доктор, могу я с вами поговорить? - Обратилась Алии к врачу.
- Пожалуйста.

- Керим, ты не волнуйся, я на одну минутку выйду, мне нужна консультация по моему личному вопросу. Они вышли в коридор.
- Доктор, - обратилась Алии к врачу, - не напоминайте Кериму о его амнезии, не надо, он человек впечатлительный, будет от этого страдать.

- Хорошо, я вас понял. Они вернулись в палату. Приехал Сардар, привёз завтрак, приготовленный няней, пока он развлекал племянника, показывая ему цветные шарики, он тянулся к ним ручками, произносил агу, и, улыбался.
- Сардар, - обратился к нему Керим, а, где мой сын?
- Он в машине с няней.

- Я хочу его видеть. Сардар посмотрел на сестру. Она кивнула головой, в знак согласия.
Сардар спустился на лифте на первый этаж, взял малыша у няни и, вернулся в палату. Хаким не спал, смотрел на всех своими глазками, бусинками. Алии поднесла его к Кериму и положила рядом на подушку. Керим протянул к нему руку, Хаким взял его за палец и улыбнулся. У Керима покатились слёзы из глаз.

- Всё, пациент должен отдыхать, встреча с сыном переносится на послеобеденное время, - сказал врач присутствующим.
- Нет, доктор, разрешите ещё немного побыть с сыном, я не расстроился, это слёзы счастья, надеюсь, вы меня понимаете.

- И всё – же, сейчас начнутся процедуры, их пропускать нельзя.
- Сардар, унеси ребенка, - сказала Алии, - я сейчас умою Керима, и покормлю его, затем лекарства и всё остальное. Сардар ушёл, Керим проводил его грустным взглядом.

- Не переживай ты так, никуда от тебя твой сын не денется, вы будите с ним как две вишенки на одном дереве, любоваться друга на друга, - смеясь сказала Алии. После завтрака и процедур, Керима перевели в палату, где кроме него находилось ещё два пациента. Алии поправив одеяло и подушку у Керима, села в углу палаты на кресло и занялась эскизами.

 Пока Керим спал, она рисовала. У неё рождалась в голове такая фантастическая задумка на модели обуви, что она торопилась всё это перенести на бумагу. К вечеру Алии закончила свою работу. Позвонила главе компании,  и сказала, что её работа выполнена, а остальным пусть займётся отдел дизайнеров, если не получиться, вернуть назад и, она придаст цвет. Просто у неё здесь мало для этого времени остаётся, надо уделять внимание больному.

 Эскизы привезли в офис и передали главе компании, Сергею Рокотову, он первым их увидел и пришёл в восторг, такой красоты он даже в подобии не видел, ни в одном модном журнале страны и мира. Это фантастика, женщины модницы, будут выстраиваться в очередь за  обувью, она не задержится на прилавках магазинов. Но он перед этим покажет эскизы  заказчикам, одобрят, сразу отправят в производство,  минуя посредников.  Обувь  сразу с фабрик, отправят в магазины.

Глава обувной компании Сергей Рокотов, был очень рад тому, что ему повезло, Алии приехала именно в его офис, и осчастливила своим талантом всех, от рядового сотрудника, до руководителей компании. Возросла заработная плата, увеличились пособия по уходу за ребёнком, как дополнительная плата к государственному пособию.

 Он решил съездить в больницу и отвезти Алии деньги, полученные из кассы, чтобы у неё осталось больше времени для ребёнка. За Керима, Рокотов даже думать не хотел. Он его, раздражал, был совершенно против приезда Керима к ней, но здесь ничего не поделать, у них общий ребёнок.

Алии ушла поговорить с лечащим врачом, узнать, нужны ли какие лекарства для Керима. В это время в палату вошёл её босс, Керим смотрел на него немигающим взглядом. Он физически чувствовал, что с этим человеком ему не избежать проблем. По его глазам видно, как он, относится его Алии.

- Здравствуйте, - на английском языке поприветствовал  Керима Рокотов, вы русский не знаете, но, насколько мне известно, на английском говорите.
- Совершенно верно, я даже дипломную работу выполнил на английском и защитил диплом, тоже. Сейчас знать несколько иностранных языков, даже престижно, облегчает поездки за границу по делам фирмы.

- Хорошо. У меня вопрос к вам Керим, зачем вы приехали в Россию?
- Керим поднял брови, - не корректный вопрос, разве вы не знаете, что Алии моя женщина, у нас с нею сын.

- И всё? Женщина и ребёнок, а как же любовь, верность, забота…? До сих пор после рождения у Алии Хакимовны сына, заботу проявлял о них я и заведующий клиникой, где родился ребёнок. Спала она в подсобке, где хранили кислородные баллоны, работала нянечкой, чтобы только находиться рядом с сыном. Вам это известно. Объясните, как это произошло, почему?

- Зачем вам знать, вас это не касается, это наше с нею личное дело.
- Но, нет, если бы она была только гражданкой Турции, возможно, но она гражданка и России, а значит, я обязан знать, что произошло, и какие у вас планы в отношении Алии Хакимовны, она моя сотрудница, и я должен всё предвидеть, чтобы вовремя оказать ей помощь.

- Послушай босс, может ты, не будишь, мутить воду. Скажешь мне, что имеешь виды на Алии. Напрасно, она никогда не выйдет замуж за православного. Алии услышала, подходя к двери, последние слова Керима.

- Верно, - сказала она, - но и за мусульманина тоже.
- Почему? - удивлённо спросил Керим.
- Нельзя объяснить человеку вкус соли, если он пробовал лишь сахар Я вообще ни за кого не выйду замуж, моя жизнь, моё будущее будут принадлежать только моему сыну. Я уже почти побывала замужем, летала от счастья высоко, вот только падать было очень больно. Во второй раз такой ошибки не допущу.

- Алии, ты меня всё больше удивляешь, не собираешься возвращаться домой, на родину? Приподняв брови спросил Керим.
- Нет, я буду здесь жить, и работать, допустим, мой дядя, здесь живёт сорок лет, здесь родились и выросли его дети. И это совершенно не значит, что он не любит свой город Стамбул, где родился и вырос. Любит, но по стечению обстоятельств, проживает в России, и ни разу об этом не пожалел. Я это точно знаю, так как моя мама с ним переписывается, хоть и изредка, но знают друг о друге всё, и горести и радости.

 Я буду здесь жить, и работать до совершеннолетия моего сына. А дальше, всё будет зависеть от того, какое он примет решение, ему и подчинюсь. Я могла бы хоть сейчас улететь в Турцию, но, я знаю, что меня там ждёт.  Ты и твои родственники назавтра ко мне явитесь с адвокатами с требованием отдать сына, затем подадите на меня в суд, с целью лишить меня материнства. Я этого не допущу. Мой сын гражданин этой страны, он здесь родился, и его эта страна защитит от таких людей, как ты, кто за неделю до свадьбы предал меня.

 Не пытайся оправдаться, что ты в тот момент,  когда Наре тебя целовала, находился совершенно беспомощным мальчиком, и не смог меня, защитить от этого зрелища. Не говори мне ничего, не думай, что я настолько глупа, чтобы поверить в твою версию. Тебя через три дня выписывают из больницы, врач сказал, что напишет рекомендацию для наших медиков и долечиваться ты, будешь, в Турции.

 Я не буду препятствовать твоему общению сыном, если ты, конечно, этого захочешь. Но, думаю, как только ты женишься, общения твои и порывы отцовства прекратятся, я же тебя знаю, ты думаешь только о себе, о своём имидже, а зачем кому-то знать, что у тебя внебрачный ребёнок. Верно, я говорю? Не пытайся отрицать, иначе ещё ниже упадёшь в моих глазах.

- Зачем ты меня спасла, лучше бы я умер.
-  Я спасла потому, что ты меня отправил без сознания в скорой помощи одну, а сам остался Наре, но запомни, я не отвечаю на боль, причинённую мне тем же, я делаю тебе добро, хочешь знать почему? Потому, что я другой человек, я, лучше тебя. Знаешь, нельзя забыть человека, с кем было хорошо, но это теперь ничего не значит, отношения прежнего к тебе никогда не будет. Да, я не смогу забыть тебя, не получиться, с этим мне теперь жить до конца моих дней, у меня сын, этим всё сказано.

 Сергей Рокотов, босс Алии, стоял в сторонке и слушал диалог двух людей, мужчины и женщины: её, поверившей в искренность чувств и отдавшая ему свою честь, и его, пытавшегося себя обелить, перенеся ответственность за случившееся на свою возлюбленную Наре. Со стороны, это звучит дико, Алии правильно поступает, что на его причинённую им боль, отвечает добром, не оставила умирать у офиса, оказала помощь, и сейчас продолжает за ним ухаживать.

 Он ещё раз убедился, что она не только красива, умна, талантлива, но и милосердна. Ах, какая досада, что она обрекла себя на одиночество, но время лечит, говорят, может и её душевные раны залечатся, и она, снимет с себя «венец вне-брачия».


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ