Игры на закате богов. Глава 1

Количество событий, которые внезапно оказываются связаны, удивит кого угодно, особенно если оформить их в виде списка и поместить в свиток. Его хватит, чтобы обмотать земной шар – ещё и на бантик останется! Хотя число вещей, которые не имеют друг к другу никакого отношения, впечатлит гораздо сильнее.

Так или иначе, один довольный субъект вселенной, состоящий на 99% из старика, а на 1% – из свежеприготовленной шаурмы, даже не подозревает, что, потратив пару сотен, сделал вклад в будущее планеты. Правда, очень скоро, когда важный вклад начнёт пробивать дорогу с другой стороны, это принесёт ему мало радости.

***

На следующий день, когда все взрослые уже успели с удовольствием приступить к своей работе, навстречу ещё тёплому сентябрьскому воздуху распахнулась дверь, и из дискового магазина вылетели два подростка в потных рубашках.

– Вот это да-а! – протянул рыжий. – Игфуля – топ! Всё, как в фекламе было!

А реклама обещала дать игрокам «Гипербореи» безграничные возможности.

– А я неплохо тебя отделал, да? – самодовольно сказал Дима – его темноволосый одноклассник.

– В следующий фаз и тебе достанется, не пефеживай! – ответил Миша.

По какой-то причине, чем позже начинаются уроки, тем чаще школьникам приходится являться в школу с очень виноватым лицом. Красный сигнал светофора, загоревшийся перед носами этой двоицы, предвещал, что их мины на пороге alma mater станут кислее лимонного пирога, в который добавили только лимон.

– Две минуты ждать! Может, перебежим? – предложил Миша, почёсывая кисточки, торчавшие из затылка.

Дима посмотрел на светофор: ему показалось, что красный человечек осуждающе глядит на него незримыми глазами.

– Машин нет, – настаивал Миша. – Бежим!

Он уже сделал шаг на шестиполосную дорогу, когда с небес перед ним свалилась чайка и, шмякнувшись об асфальт, с резким «гха» стала неуклюже набирать высоту.

– Э-э-э, – глубокомысленно заметил Дима и снова бросил взгляд на светофор: человечек совершенно обыкновенно ожидал своего зелёного сменщика.

Тем временем на тротуар вскарабкался синий шарик с огромными глазами. Выплёвывая птичий пух, он вопросительно уставился на старшего коллегу.

– Неплохо пилотируешь, Стажёр, – начал тот, поглаживая серебристую бороду. – Но мы ничего не добились: они всё ещё могут побежать. – Его солнцезащитные очки спустились туда, где обычно бывает нос. – Ты же читал курс «Выживание в канализации»?

***

– Привет, Гога! – Человек в тёмно-бордовой форме испытал неподдельную радость, увидев за прилавком крохотной шаурмичной её бессменного повара.

– О-о-о, привет, дорогой! – Глаза, окружённые растительностью, улыбались сильнее рта. Его, собственно, и не было видно. – Тебе как обычно?

– Нет, Гога. – Улыбка на четверть спала с лица мужчины.

– Неужели холестерин?

– Не-е-ет. Нет. – Гость замер на несколько секунд. – Я тебя закрываю.
Гогин рот всё-таки вылез на свет, изобразив «о».

– Та слепая заметила, что я недодаю сдачу?
Добродушие на лице мужчины сбавило обороты до половины.

– Может, всё дело в том милом семействе крыс?
Улыбка снизилась до критических 25% процентов.

– А-а-а, – протянула заросшая голова. – Кто-то отравился?

– Да! – Гость заметно повеселел от того, что его приятель проявил сообразительность. – В районе сейчас туалетная бумага на вес золота.

– Понятно. – Неудачливый повар почесал затылок. – Значит, сегодня без фирменной «Шавы-лавы»?

– Увы, Гога.

Даже воздух ощутил эту неловкость. Тишина с прискорбием сняла шляпу и тут же растворилась, когда за стеной раздался писк: несмотря на закрытие шаурмичной, у десяти розовых детёнышей всё только начиналось.

– А ведь это первый день за много лет, когда ты уходишь от меня голодным.

Мужчина в форме задумался.

– А знаешь… сделай парочку.

***

Миша уже преодолел половину полосы, когда Дима только ступил на дорогу. Неожиданно задрожала земля, и люк, обычно глядевший на всё снизу вверх, взмыл в воздух. Наконец-то ему выпал шанс рассмотреть весь проспект, залитый сиянием редкого для Петербурга гостя. Бог Гелиос обычно огибал северную столицу, отчего естественное освещение в городе было в дефиците. Однако иногда колесница солнечного бога срезала путь через мрачный Питер, особенно после вечеринок у Диониса: к сожалению, на небесном тракте забыли поставить туалетные кабинки, и Гелиосу приходилось терпеть всю смену.

Как оказалось, солнце притягивало взгляды не только канализационных люков: какой-то парень в сером балахоне, опустив руки перед величием этой звезды, рассматривал её полными блаженства глазами. Тем временем столб мутной воды залепил глаза мальчишек чем-то бурым, поэтому они не увидели, как из-за угла красивой дугой выскочили три спортивные машины и с визгом пронеслись мимо – как раз там, где должны были находиться восьмиклассники, если бы перебегали дорогу.

– Вот так это делается, Стажёр! – сказал бородатый шарик, похлопывая коллегу, когда за их спинами звякнул чугунный диск. – Парням больше ничего не угрожает, так что двинули дальше.

– С ветерком, босс? – В глазах Стажёра засияла надежда.

– С ветерком, – кивнул Бородач, и его коллега тут же полез на упитанную крысу.
Когда мутный столб прекратил бить вверх, Дима, изучая, что стекает с его волос, задумался:

– Ты ведь тоже чуешь шаурму дяди Гоги?

***

Тихие появления не входили в замысел двери, поэтому Дима с Мишей обратили на себя внимание тридцати одной пары глаз.

– Здравствуйте…

– Извините за опоздание…

С каждым новым шагом паркет играл на их натянутых нервах скрипучую мелодию стыда.

– Что мы делаем? – спросил Дима у соседки, сев и заметив, что класс что-то пишет.

– Проверочную по датам, – ответила Настя.

Она принюхалась.

– Вы что, просидели три урока в шаве?

– Вообще-то… – начал Дима, – да. – Он решил, что лучше такая ложь, чем горькая правда. Хотя правда оказалась отнюдь не горькой. В любом случае он не хотел, чтобы его компетентность в том, что касается вкусовых ощущений, всплыла на поверхность.

– Дима! – Миша похлопал друга по спине. – Что делать?

В ответ Дима прошипел слова одноклассницы, а потом заметил в своей осведомлённости зияющую дыру.

– Настя, а по какому периоду?

– По правлению… – начала восьмиклассница.

– ДМИТРИЙ, МИХАИЛ, АНАСТАСИЯ, – Афродита Франковна умела говорить только заглавными буквами, – МИНУС БАЛЛ И РЕФЕРАТ НА ДОМ.

– Вот и всё, – подумал Дима, – сегодня не поиграем.
Миша подумал о том же, но приправил свои мысли парой образов из раздела анатомии.

– Помогла, блин, – прошипела Настя, придавив пальцем дрожащее веко, и затем обратилась к учительнице: – Я всего лишь сказала им, что делать!

– Действительно, за что, Аффодита Ффанковна?

Картавый ученик Афродиты Франковны постоянно давил на её больную мозоль, оставленную брюнетом, чьей главной страстью была фанк-музыка. Озлобленность педагога на мир (в частности, на мир тех, кто чаще других пользовался ширинкой) привела к тому, что из учительницы выветривалась Афродита и всё сильнее проявлялась Франковна.

– СОГЛАСНА: ЭТО НЕ СПРАВЕДЛИВО. ПО ДВА РЕФЕРАТА.

***

ПОСЛЕСЛОВИЕ. Этот ловкий шарик вырвался за границы произведения и комментирует всё, что происходит с ним в романе.

Ссылка на "БЛОГ БОРОДАЧА": vk.ru/igri_na_zakate_bogov