143. Курорт Боровое

Предыдущая глава: 142. "Распределение"

http://proza.ru/2026/08/05/1103


             После весенней пятинедельной педагогической практики в детском саду я получила на руки солидную для меня сумму, но большую часть отложила для переезда в Караганду, ведь  обживаться на новом месте с ограниченными ресурсами — непростая задача. Мама через свой профком (профсоюзный комитет) купила мне путевку в дом отдыха на две недели. Мне предстояло поехать на север Казахстана в славное место  — курорт Боровое, который уже тогда называли "жемчужиной Казахстана".

            Курорт был знаменит ещё со времён Российской империи, но особое развитие и популярность приобрёл в советское время и славился не только в Казахстане, но и во всём Советском Союзе своим целебным воздухом, лечебными грязями, минеральными водами, множеством санаториев, лечебниц, пансионатов, ведомственных дач и домов отдыха, да и просто красивейшими местами с кристально-чистыми озёрами и живописными горами.

            Наш небольшой двухэтажный дом отдыха размещался прямо посреди леса недалеко от озера, а заселили меня в простой четырёхместный номер вместе с пожилой женщиной Марией Сергеевной, простой, приятной, интеллигентной. Мы с ней тут же нашли общий язык и сдружились. Два других места позднее заняли две молодые девушки-казашки из Алма-Аты — симпатичные, тоненькие, вчерашние школьницы.

            Оказалось, что они из богатых влиятельных семей, но, к сожалению, девочки начали демонстрировать по отношению к нам высокомерие с оттенком презрительности и превосходства, разговаривали неохотно, цедили слова сквозь сжатые зубы. Тогда, в советское время, это было вызовом системе и выглядело враждебно и неприлично, националисты в то время искусно прятали свою неприязнь к другим национальностям и особенно к русским. Я понимала, что девочки, по всей видимости, выросли в националистически-настроенной семье и по молодости своей ещё не научились или уже не хотят маскироваться. Мария Сергеевна весь срок пребывания была очень доброжелательна с  ними, пыталась завязывать разговор, я же, почувствовав националистический душок, проявила вредность и прекратила всякое общение с ними, просто демонстративно не замечала их.

              Впрочем, это никак не мешало прекрасному отдыху: вокруг чудесный душистый сосновый бор, обилие зелени, неподалёку невысокие горы. В заезде нашем, в большинстве своём, собрались приятные общительные люди разных национальностей, некоторые из них и с детьми, поэтому всегда было шумно, оживлённо, весело. Одна женщина приехала аж из Ленинграда  — в советское время к москвичам и ленинградцам, как к столичным людям, народ относился с большим почтением и даже с некоторой скрытой завистью. Хочу отметить, что ленинградцы всегда казались мне открытыми, душевными, искренними, в отличие от москвичей — каких-то напыщенных и самодовольных, с преувеличенным чувством собтвенного превосходства.

                Для нас было организовано несколько экскурсий и даже восхождение на гору "Спящий рыцарь". Кормили нас прекрасно, а если отдыхающие набирали в лесу грибы, то весёлые девчата-повара могли их поджарить и побаловать нас таким замечательным деликатесом. На память об этом отдыхе у меня остались несколько чернобелых и цветных фотографий — приходящие фотографы знали своё дело туго и трудолюбиво "окучивали" подобные места.

                Несколько особо сдружившихся отдыхающих, и я в том числе, вместе загорали, и купались в озере, играли в волейбол и бадминтон, активно облазили все близлежащие места, а как-то отправились в поход и вокруг озера Боровое, окружённого поясом из  зарослей и высоких деревьев. Однако через какое-то время маршрут наш был прерван — мы упёрлись в высокий плотный забор, спускавшийся прямо к воде. Сквозь узкие щёлки мы с любопытством разглядели кусочек красивого современного здания с большими окнами, окружённого вплотную подступающими деревьями, но выглядело это место  каким-то глухим, безмолвным, необитаемым — ни людей, ни охраны.

                Мы повернули назад, а позднее, в разговоре с местными, выяснили, что это так называемая "дача Брежнева", куда приезжают сбросить напряжение и усталость  высшие партийные работники из Москвы и других крупных городов. Брежнев тоже изредка приезжает сюда поохотиться и отдохнуть (Брежнев славился  любовью к охоте и своим мастерством охотника, в узком кругу любил рассказывать всякие занимательные истории, случившиеся на охоте). Они ведут здесь долгие беседы, выпивают дорогие спиртные напитки, едят изысканные блюда.

                И даже рассказали одну байку из истории этой дачи. Приехали как-то партийные "тузы" туда, повар по их заказу приготовил какой-то сложный салат. А одному, особо привередливому партократу, всё что-то не так: а, вот, дружок, тут не хватает этого, а теперь добавь вот то — и так несколько раз. Разозлил он повара своими придирками, вот в очередной раз принесли чашу с салатом назад на кухню, повар смачно плюнул туда, размешал добросовестно и отнёс к столу "усовершенствованный" салат. Теперь гости ели и нахваливали, а главный привереда одобрительно-назидательно сказал повару: "Молодец! Вот можешь же, если захочешь!" Но о Брежневе местные отзывались хорошо: скромный, вежливый,  харчами не перебирает — что дали, то и съел, сердечно благодаря за всё приготовленное.

                Уезжала я оттуда с лёгкой грустью: мы все — и взрослые, и дети, и персонал дома отдыха — так сдружились за эти две недели, но понимали, что продолжения отношений не будет, разъедемся назад по всему Казахстану и больше никогда не встретимся. Я взяла с собой денег не так много, подрастратилась, поэтому пришлось занять у доброй Марии Сергеевны, она жила тоже в Целинограде, но только в другой стороне, и я пообещала по приезде тут же отдать ей долг.

Продолжение: 144. "Тревожный киносеанс"

http://proza.ru/2026/09/01/1890