Эхо и тишина между словами

Дима и Лена давно говорили на разных языках: он — короткими, сухими фразами («всё нормально»), она — длинными, полными тревоги («а точно всё хорошо?»). Им казалось, что они не понимают друг друга, а на деле они просто боялись услышать правду: что оба боятся потерять.

Однажды Лена не стала переспрашивать «ты точно не злишься?». Вместо этого она сказала:

— Когда ты говоришь «всё нормально», я слышу не «всё хорошо», а «я не хочу об этом». И мне от этого страшно.

Дима помолчал. Потом тихо ответил:

— Да. Иногда я говорю «нормально», потому что не знаю, как рассказать, что внутри всё сжалось. И боюсь, что если расскажу, станет только тяжелее.

Лена не стала тут же «чинить» его состояние. Она просто кивнула:

— Спасибо, что сказал. Если хочешь, можем не разбирать. Просто посидим.

И они посидели. Без попыток всё исправить. И тишина между ними перестала быть глухой стеной. Она стала местом, где можно выдохнуть.

Голос внутри Лены, который всегда кричал: «Он меня не слышит!», на этот раз прошептал: «Сегодня он честно сказал, что ему тяжело. И ты не стала его судить. Это уже много».