Чепуха

**ЧЕПУХА** 
*(Рафаил Чистоумов)* 

Немая пропасть… 
Быть может, чёрное, волнующее — буду? 
Но, может, молодость безумная, 
Которая прошла? 
Вчера? 

А может, солнышко, которое 
Помещено наукою сомнительной на блюдо? 

Быть может, и… война? 
А может быть — тотальный нищенский уклад? 
Хах, может быть — всё то, что бесконечно или навсегда? 
Быть может, так! 
Дела! 

Быть может, ай! 
— Тюрьма? 
А может быть — обычная свобода… 
Ну или сразу всё без перерыва иль конца! 

Всё уж не так пугает сильно, 
Как пугает чернота и чепуха 
Немытого, 
Обласканного прихотью народа, 
Который тех, кому был должен сам, 
Бодал до той поры, 
Пока не оказался в омуте без брода. 

Душа болит от сумасшествия чужого без конца, 
Когда мне говорят, что я неправильный в единственной природе… 
Когда мне говорят… 
А я обязан говорить, 
Что так и было всё тогда… 
А было так, что больше и не будет. 

И выход есть… 
И выход не в иное. 
И жизнь — не игра! 
Ты понимаешь это, видя боль людскую 
И думая о собственной — своей, любя свою судьбу родную! 
А выход — монастырь, дорога, созерцание течений и проблем… 
…И откажись от суетного глума… от рублей. 
Не околей от глупости своей… 
Не окалей от ерунды поганых новостей. 

Ты жизнь свою неси для жизни ради — без раздумья! 
Ты жди всего лишь ради времени… 
Скорей ты будь, чтоб быть ко времени быстрей. 
Ты думай ради понимания, забыв сомнения и память злую… 
Не обвиняй, не говори, что зря… 
Ты будь умней! 
Один не воин, но один и не воюет. 
Лишь сам ты сможешь предсказать исход событий, как погоду. 
Лишь сам ты можешь разгадать все тайны и ответить на свои вопросы. 
В тебе вся правда. Вглубь смотри и радуйся доколе… 
Всё есть в тебе. В тебе и будет. 

---

### Два абзаца с сутью 

В первой части стихотворения лирический герой балансирует между растерянностью и горькой рефлексией: он перебирает варианты бытия — от пропасти и войны до свободы и обыденного уклада, — и фиксирует, что сильнее всего его ранит не масштаб катастроф, а «чернота и чепуха» повседневной несправедливости и лицемерия. Во второй части интонация меняется: вместо вопроса звучит настойчивое обращение к себе и к читателю — о поиске внутреннего выхода через отказ от суеты, принятие личной ответственности и опору на собственный внутренний голос. 

---

### Поэтический разбор и образы автора 

**Ключевые образы:** 
- *Пропасть, чернота, омут без брода* — символы экзистенциальной пустоты, безвыходности и погружения в хаос; они задают тревожный тон первой половины. 
- *Солнышко на блюде* — ироничный, почти гротескный образ: наука «сервирует» свет, лишая его естественности; это критика рационалистического упрощения живого. 
- *Народ «немытый», «обласканный прихотью»* — социальный образ, в котором соединяются уязвимость и агрессивная самозащита; он раскрывает мотив коллективной боли и вины. 
- *Монастырь, дорога, созерцание* — в противовес хаосу предлагаются пути внутреннего ухода и осмысления; это не бегство, а дисциплина взгляда. 
- *«В тебе вся правда»* — центральный этический образ: истина локализована не вовне, а в личном опыте и ответственности. 

Лирический субъект здесь — человек, переживающий кризис ориентиров: он слышит обвинения в «неправильности», но не отрекается от своего опыта, а настаивает на его подлинности («А было так, что больше и не будет»). В финале он переходит от растерянного «может быть» к императиву: не обвинять, не сомневаться, а действовать изнутри. 

---

### Стиль повествования 

Стиль сочетает исповедальность и дидактику. В первой половине доминирует интонация сомнения и поиска: многократные «быть может» создают эффект внутреннего перебора вариантов, почти гадания. Во второй половине тон становится волевым, появляются прямые обращения и наставления («Ты будь умней!», «Не обвиняй…»), ритмика уплотняется, фразы звучат как формулы или заповеди. Лексика колеблется между разговорной и высокой: «чепуха», «глум», «окалей» соседствуют с «созерцанием», «исходом событий», «правдой». 

---

### Система стихотворения 

Стихотворение построено как **вольный стих (верлибр)**: нет строгой рифмы и метра, ритм создаётся за счёт синтаксических пауз, повторов и интонационных переломов. Композиция двухчастная: первая часть — цепь вопросов и вариантов, вторая — цепь императивов и выводов. Важный приём — **антитеза**: «тюрьма — свобода», «чужое сумасшествие — собственная правда», «суета — созерцание». Повторы и вариации фразы «быть может» работают как рефрен, подчёркивая состояние неопределённости, которое в финале сменяется утверждением личной ответственности.