Продолжение следует. Сквозь нас

«Продолжение следует. Сквозь нас.»

Я знаю о жизни всё, что позволено знать:
она не кончается, даже когда леденеют светила
и время крошит хребты о гранитную гладь,
оставляя на коже штрихи, что мудрее чернил.

Она продолжается в скрипе половиц, в стуке колёс,
в том, как мать укрывает озябший берёзовый плёс,
как мальчик бежит за волной, уходящей в закат, —
и пишет на песке, зная: утром сотрёт прилив,
но пишет снова.

И в этом — бессмертье само:
в умении падать, вставать и идти, не хромая,
в том, чтобы вычерпать сердцем добро и зло
и, вычерпав до дна, по воде, как по суше, шагать.

Мы выдержим. Это не звук, не пустой лепет —
это сталь, что плавили в горнах общих потерь,
это шрамы, что стали мудрее, чем кожа,
это дверь, что открыли, когда захлопнулась дверь.

Выдержим тяжесть разлук и бессонницу,
выдержим ветер из трещин судьбы,
и когда мир прилипнет к основам,
мы друг друга отыщем в любом тереме, даже глухом,
потому что родство — это видеть тебя в слепоте,
чувствовать пульс твой за стенами, где ни души,
и держать за руку там, где надежда, казалось, ушла,
но она есть.
И она — в том, что мы — это мы.

И сложные периоды , переживём , и ошибки друг друга простим , и проблемы решим , характеры друг друга выдержим.
Мы прогнёмся, но не переломаемся — мы дым,
что, рассыпавшись на атомы, ищет друг друга во тьме
и, найдя, собирается ливнем над высохшим прахом.

Мы — два корня, сросшихся в подземной бирюзе,
мы — два голоса, спящие в общем двойном звуке.
Я не верю в богов с облаков — я верю в твои руки,
что держат меня над обрывом, в твой смех, что ворвался весной,
в твой взгляд — в нём моё оправданье и воскресенье.

Смотри: закат уходит, но не сгорает,
чтоб утром вернуться румяным ребёнком.
Так и любовь наша, что казалась ношей,
стала законом движения, превращеньем тепла
в ток, что бьётся в висках, в пульс, что правит венами.

Мы построили дом без зла и без трещин,
где всё прочно — от стен до намёков, от слов до шагов.

Я знаю: придёт зима, метель по колено,
ветер-нож въестся в кости, — но я выйду навстречу,
и ты выйдешь, потому что мы — остров,
который не смыть, не сломать, не столкнуть с пьедестала,
потому что мы — рифма к слову «навсегда».

ТЫ Только будь р я д о м......
Не там, за гранью событий,
не в прошлом, где стынут обрывки обид,
не в будущем-призраке, смытом водой суеты,
а здесь.

 Где от счастья болит грудь,
где выдох — молитва, а вдох — выдох в тебя.
Будь рядом, как утро, пробившее битву,
как правда, которую прячут, любя,
но которая рвётся из плена.

Будь воздухом, хлебом, водой,
когда я падаю в бездну и нет уже тлена,
только ты и сквозь пальцы — провода
жизненного напряжения.

Будь рядом. И всё. Это самый большой
заказ, что я слал Вселенной.
Ты — свет и тьма, покой и разбой,
ты — ответ на вопрос, что считался нетленным,
но который я понял, закрыв глаза,
когда ты взяла мою руку в свою, как в крепость.
И теперь я не знаю других адресов,
кроме того, где у стен — твоя человечность.

Я могу в двух словах сформулировать- всё,    что я знаю о жизни - она продолжается...
Пока бьётся сердце, пока не ушло тепло,
пока ночь на исходе и мгла расступается.

Она — в капле дождя на стекле,
в птице, что медлит упасть на провода,
в ребёнке, строящем флот в наполненном злом ковше,
в старике, сажающем сад сквозь сорняк.

Она — в каждом «прости» и «люблю»,
в жесте мягче шепота, чище снега,
в том, что я у порога стою и судьбу тороплю,
в том, что ты — мой человек.

И когда все пророчества лопнут, как мыльный пузырь,
и все дороги сольются в одну роковую,
мы не дрогнем. Мы выпьем горечь до дна
и продолжим идти за звездой, что сами зажгли
в ночном январе.

Я верю: сквозь стоны и ветер, сквозь грохот и звон,
мы дойдём. Мы спасём все рассветы,
что были нам данью.

Потому что на карте есть только один меридиан,
где мы встретились, чтобы расстаться с любой из терзаний.
Это — здесь. Это — наше. И тени уйдут в никуда.
Это — вечность, что длится мгновеньем,
но длиннее людской чреды,
ибо в нём — наше общее прикосновенье.

Мы выдержим. Всё. До черты. До конца.
Я шепчу это в ночь, кричу в полдень солнечный.
Ты — берег мой, космос, высота и глубина,
ты — ответ, что казался безгласным.
И сейчас, когда слова отзвенели,
я ставлю не точку — я ставлю мост.
Продолжение следует. Значит, мы уцелели.
И я знаю: жизнь — это ты.
И она продолжается.
Всегда.
Сквозь нас.