Вчера уже было не так холодно, как предыдущие пару дней. Но весь день небо было затянуто плотным слоем серых туч и, казалось, хоть и шёл ещё номинально последний день лета, 31-е августа, но осень уже досрочно вступила в свои права и без боя отдавать их не собирается. Однако, после обеда, даже ближе к вечеру, вдруг, как-то незаметно тучи рассеялись и брызнуло такое яркое солнце, что казалось, оно кричит в лицо рано поверившей в свою победу осени: «Шалишь! Пока ещё я здесь хозяйка, и сегодня ещё мой день. Пусть, даже, и последний». И пока солнце не спряталось к ночи за горизонтом, ни одна туча уже не посмела его закрыть.
А сегодня, в первый день осени, солнце с самого утра залило «золотом» окрестности, давая понять осени, что опять вышел у неё «облом». И так неожиданно вернувшееся к вечеру, в свой последний законный день, настоящее лето успело передать эстафету лету «бабьему», не пустив осень и на порог даже в её, по сути, уже наступившие сроки. После 9 часов утра, наползла всё же откуда-то серая дымка. И почти полностью укутала солнышко. Как бледное пятно просвечивало оно едва-едва сквозь это «покрывало». Но вот, часам к 11, Вырвавшись, наконец, из серых тенёт «подручных осени», солнце опять засияло в полную мощь. А дымка, скукожившись, тихо сползла вниз и спряталась за горизонтом. К этому времени уже и Роман Вильфанд официально объявил, что наступило, хоть и очень раннее, но по всем правилам «бабье лето».
… Всё же и у пенсионного возраста есть свои достоинства, хоть их и немного. Рабочий день, а я - на даче. На улице - просто прелесть! Настоящее лето. Вильфанд грозился, что ещё 2-3 дня и такого уже не будет... До следующего года. Обидно было бы просидеть в офисе последние тёплые деньки года. А работать в такую погоду в саду – истинное удовольствие. Солнце уже не жжёт по-летнему, а лишь нежно ласкает кожу. Достаю из сарая цепную аккумуляторную пилу, измельчитель веток и принимаюсь за работу. Вчера спилил две, засохшие вдруг ещё по весне яблони. Да вымахавшую выше дома ёлку.
Сорок лет назад она, откуда ни возьмись, проросла на участке. Дятел ли зимой притащил из леса шишку и разделывая на моём участке, обронил семечко, ветром ли занесло его в феврале, кто знает? Тогда дети, увидев проклюнувшийся из земли малюсенький, слабенький росточек, категорически запретили мне его уничтожать. Но теперь эта «лесная красавица» угрожала обрушиться всей своей массой на хозяйственные постройки не только моего, но и соседских участков при каждом сильном ветре. А они в последние годы случаются всё чаще. Вот и пришлось, как в детской песенке, спилить ёлочку под самый корешок. Только не под Новый год, а под осень. И теперь мне предстояло завершить работу. Стволы и яблонь, и ели были уже мной распилены на чурбаки. Но предстояло ещё распилить крупные сучья. Сгодятся растапливать печь в холодную погоду. Средние ветки нужно измельчить в «веткошредере». А совсем мелкие веточки вместе с мелким еловым лапником сжечь в металлической бочке.
...Конечно, местный МЧС предупреждал. И о грозе, и о ливне, и о порывистом ветре. Но кто ж ему теперь верит-то?! Он каждый божий день почти о чём-то предупреждает. А многое ль из его предупреждений сбывается? Но она всё-таки пришла. И пришла стремительно. Ещё минут десять назад за юго-западным горизонтом только слышался глухой рокот: то ли дальняя гроза, то ли ставшая уже привычной работа ПВО вдалеке. Но, прошло ещё пять минут и уже ясно: это не ПВО, это именно гроза. И уже не столь отдалённая. Да и из-за крыш соседних домов, всё с той же юго-западной стороны, уже быстро надвигалась, клубясь, местами свинцово-серая, а местами практически чёрная, грозовая туча. Вот тебе и попилил сучья для растопки печи! Вот и приготовил мульчу из мелких веток засохших яблонь. Вот и пожёг вечером в бочке мелкий лапник со спиленной ёлки...
Приходится нехотя убирать в сарай садовую технику и инвентарь. А туча уже над головой. Резко стемнело вокруг. И уже не отдалённые зарницы, а самые, что ни на есть, молнии вспышками прорезают сгустившийся сумрак. Едва успеваю закрыть сарай, как с фронтом грозовой тучи налетает первый шквал ветра. Но так же быстро, как налетел и стихает, едва я переступаю порог дома. И вот уже крупные, первые капли выводят свою, пока ещё не очень частую, барабанную дробь по оконному стеклу и подоконнику.
С тоской думаю, что сейчас, наверняка, после, примерно, получаса громыхания Калугаэнерго вырубит электричество и придётся в темноте и скуке провести весь остаток вечера. Но вот, не более, чем через четверть часа, сверкание молний становится всё слабее и всё реже. И раскаты грома звучат всё глуше и отдалённее. И свет пока не гаснет. Неужели пронесло?! Похоже, и правда, грозовая, туча зацепила наше СНТ только краем. Правда, дождь немного усилился. Но разве, капли могут нас испугать, когда мы под крышей?! И отступают понемногу, прячась до поры где-то в тёмных углах, тоска и отчаяние. А на смену им, ступая пока ещё очень робко, появляется НАДЕЖДА. «Может и впрямь, пронесёт?!»
Ну вот, всего-то и часа не прошло, как гроза окончательно смолкла. Лишь тихо шелестит по листьям за окном уже совсем не сильный дождик. В доме тепло, светло и уютно. Да, сегодня выполнить всё задуманное не получилось, но завтра наступит новый день. И прогноз обещает, что он опять будет солнечным!
Гроза бабьим летом
© Copyright: Борис Смелянцев, 2026
Свидетельство о публикации №226090102004
Свидетельство о публикации №226090102004
Рецензии
Форма и содержание
Авторецезия
Честно сказать, начав публиковать свои дилетантские «литературные опыты» на ресурсе Проза.ру очень надеялся, что кто-нибудь из уже состоявшихся авторов даст им квалифицированную оценку. Так, чтобы я понял, если смысл продолжать свои опыты дальше или дело это совершенно бесперспективное. Не дождался…
Что ж, отрицательный результат – тоже результат. И глухое молчание в мой адрес авторов, заходящих время от времени на мою страницу, само за себя уже говорит. «Гробовое» молчание – явное свидетельство того, что по поводу моих «окололитературных» опусов профессионалу и сказать-то нечего. Или иначе: на моей странице настоящая литература не живёт. Она там и не ночевала. А по поводу «неживущих», как известно, если хорошего сказать нечего, принято молчать.
… То, что я вообще не автор, понимал и сам, ещё только берясь за «перо». Увы, творческой фантазии у меня не было сроду. Только неплохое на мой взгляд владение словом и какие-то способности рассказчика. Я совершенно не умею строить сюжет. Потому и сюжеты моих историй незатейливы, как сама жизнь. Они ведь не придуманы, а все до единого взяты из реальной жизни. И создавать образы героев своих рассказов я не умею. Могу лишь описать образ живого человека, сохранившейся в моей памяти. А если знакомство с человеком было очень поверхностным, то и образ его в моём рассказе выходит столь же поверхностным, «бледным», едва очерченным.
И всё же, приступая к «переложению на бумагу» содержимого собственной памяти, полагал, что подобный жанр имеет право на существование. И возможно, найдёт своего читателя. Примером мне служили замечательные передачи цикла «Ираклий Андронников рассказывает» на советском телевидении. Нисколько при этом не претендую на сопоставление своих скромных способностей с талантом Андронникова.
Именно квалифицированную оценку своих качеств, как рассказчика я и хотел увидеть. Но поскольку так и не дождался подобной оценки, в конце концов, пришлось разбираться самому. Одно своё негативное качество, как рассказчика (о том, что автором себя не считал и не считаю, написал выше) я знаю смолоду. И смолоду не могу с этим качеством ничего поделать! Это не просто МНОГОСЛОВИЕ, а КРАЙНЕЕ МНОГОСЛОВИЕ.
Со школы все помним чеховское «Краткость – сестра таланта». Но мне всегда кажется, что в своём повествовании что-то отобразил недостаточно детально. И потому, дескать, может возникнуть недопонимание. Начинаю возвращаться снова и снова к одному и тому же, пытаясь осветить всё больше сторон того или иного факта или явления. Покойная супруга на этот счёт высказывалась так (не по поводу творчества даже, им при ней ещё не пытался заниматься, а по поводу любых моих высказываний): «Ты всё пытаешься «разжевать» собеседнику, как будто он, если и не дошколёнок, то никак не старше первоклашки». Но самому очень трудно понять: в моих текстах многословие БЛИЗКО К ПРЕДЕЛУ или уже ЗАПРЕДЕЛЬНО?
Как часто бывает вывод помог сделать случай. Поскольку история о грозе бабьим летом происходила на территории СНТ, в котором у меня садовый участок, отрывок из неё разместил в чате нашего СНТ. А заодно, и в чате моих бывших одноклассников. От одноклассников объективной оценки не ждал. Они и так подписаны на мои публикации. Но, ведь друзья, так же, как и родственники, и коллеги (тоже уже бывшие) не могут быть объективными. А вот на более-менее объективную оценку соседей-садоводов надежда оставалась. Понятно, что эти отклики по определению не квалифицированными. Но ожидал, хотя бы более-менее, объективных оценок.
Показательно было что откликнулись почти ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ЖЕНЩИНЫ. Лишь один из откликнувшихся был мужчиной. Все отзывы были только положительными. Но все хвалили СЛОГ, т.е., красоту только ФОРМЫ. И никто не похвалил СОДЕРЖАНИЕ. А ключевым оказался отзыв не соседей по СНТ, а одной мудрой моей одноклассницы: «Восхищаюсь как ты описываешь почти обычную ситуацию. Читаешь на одном дыхании!».
Вот она суть! Красиво ни о чём! Не знаю, проходят ли в современной школе на уроках литературы популярные в начале прошлого века течения формалистов, символистов, футуристов, авангардистов? Мы когда-то проходили. У формалистов был лозунг, который в той или иной степени разделяли и прочие упомянутые течения: «Содержание — ничто, форма — всё». Конечно, наступившая в последующие годы «диктатура» соцреализма очень быстро вымела все эти течения из отечественной литературы. Но любовь и внимание широкого читателя они не сумели завоевать нигде.
Я, вроде бы и не пишу совсем уж бессмысленных текстов, но, похоже столько «лью воды», – на пару мыслей пару сотен слов, – что происходит согласно закону Гегеля «переход количества в качество». Смысл растворяется в форме. А в результате получается краснобайство, болтовня, пустословие. Потому и нравятся мои тексты, по большей части женщинам, что для многих из них, в силу природы, форма значит никак не меньше содержания. А порой, и больше… Мужчинам это свойственно гораздо реже, хотя и среди них такие натуры встречаются.
Что ж, жаль… Надеялся, что ипостась рассказчика может стать «отдушиной» на пенсии. Не судьба. «Не надо оваций! Литератора из меня не вышло. Придется переквалифицироваться в управдомы», – мог бы я повторить вслед за Остапом Ибрагимовичем. Проблема только в том, что опции «в управдомв» у меня нет. Управдом из меня даже хуже, чем литератор. Да и осталось ещё две-три вещи, которые опубликовать просто обязан. Чтобы сохранить для истории память о неординарных людях, с которыми сводила судьба. И нужно постараться написать так, чтобы предыдущая фраза не показалась читателю излишне высокопарной…
Борис Смелянцев 03.09.2026 15:01 • Заявить о нарушении
Авторецезия
Честно сказать, начав публиковать свои дилетантские «литературные опыты» на ресурсе Проза.ру очень надеялся, что кто-нибудь из уже состоявшихся авторов даст им квалифицированную оценку. Так, чтобы я понял, если смысл продолжать свои опыты дальше или дело это совершенно бесперспективное. Не дождался…
Что ж, отрицательный результат – тоже результат. И глухое молчание в мой адрес авторов, заходящих время от времени на мою страницу, само за себя уже говорит. «Гробовое» молчание – явное свидетельство того, что по поводу моих «окололитературных» опусов профессионалу и сказать-то нечего. Или иначе: на моей странице настоящая литература не живёт. Она там и не ночевала. А по поводу «неживущих», как известно, если хорошего сказать нечего, принято молчать.
… То, что я вообще не автор, понимал и сам, ещё только берясь за «перо». Увы, творческой фантазии у меня не было сроду. Только неплохое на мой взгляд владение словом и какие-то способности рассказчика. Я совершенно не умею строить сюжет. Потому и сюжеты моих историй незатейливы, как сама жизнь. Они ведь не придуманы, а все до единого взяты из реальной жизни. И создавать образы героев своих рассказов я не умею. Могу лишь описать образ живого человека, сохранившейся в моей памяти. А если знакомство с человеком было очень поверхностным, то и образ его в моём рассказе выходит столь же поверхностным, «бледным», едва очерченным.
И всё же, приступая к «переложению на бумагу» содержимого собственной памяти, полагал, что подобный жанр имеет право на существование. И возможно, найдёт своего читателя. Примером мне служили замечательные передачи цикла «Ираклий Андронников рассказывает» на советском телевидении. Нисколько при этом не претендую на сопоставление своих скромных способностей с талантом Андронникова.
Именно квалифицированную оценку своих качеств, как рассказчика я и хотел увидеть. Но поскольку так и не дождался подобной оценки, в конце концов, пришлось разбираться самому. Одно своё негативное качество, как рассказчика (о том, что автором себя не считал и не считаю, написал выше) я знаю смолоду. И смолоду не могу с этим качеством ничего поделать! Это не просто МНОГОСЛОВИЕ, а КРАЙНЕЕ МНОГОСЛОВИЕ.
Со школы все помним чеховское «Краткость – сестра таланта». Но мне всегда кажется, что в своём повествовании что-то отобразил недостаточно детально. И потому, дескать, может возникнуть недопонимание. Начинаю возвращаться снова и снова к одному и тому же, пытаясь осветить всё больше сторон того или иного факта или явления. Покойная супруга на этот счёт высказывалась так (не по поводу творчества даже, им при ней ещё не пытался заниматься, а по поводу любых моих высказываний): «Ты всё пытаешься «разжевать» собеседнику, как будто он, если и не дошколёнок, то никак не старше первоклашки». Но самому очень трудно понять: в моих текстах многословие БЛИЗКО К ПРЕДЕЛУ или уже ЗАПРЕДЕЛЬНО?
Как часто бывает вывод помог сделать случай. Поскольку история о грозе бабьим летом происходила на территории СНТ, в котором у меня садовый участок, отрывок из неё разместил в чате нашего СНТ. А заодно, и в чате моих бывших одноклассников. От одноклассников объективной оценки не ждал. Они и так подписаны на мои публикации. Но, ведь друзья, так же, как и родственники, и коллеги (тоже уже бывшие) не могут быть объективными. А вот на более-менее объективную оценку соседей-садоводов надежда оставалась. Понятно, что эти отклики по определению не квалифицированными. Но ожидал, хотя бы более-менее, объективных оценок.
Показательно было что откликнулись почти ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО ЖЕНЩИНЫ. Лишь один из откликнувшихся был мужчиной. Все отзывы были только положительными. Но все хвалили СЛОГ, т.е., красоту только ФОРМЫ. И никто не похвалил СОДЕРЖАНИЕ. А ключевым оказался отзыв не соседей по СНТ, а одной мудрой моей одноклассницы: «Восхищаюсь как ты описываешь почти обычную ситуацию. Читаешь на одном дыхании!».
Вот она суть! Красиво ни о чём! Не знаю, проходят ли в современной школе на уроках литературы популярные в начале прошлого века течения формалистов, символистов, футуристов, авангардистов? Мы когда-то проходили. У формалистов был лозунг, который в той или иной степени разделяли и прочие упомянутые течения: «Содержание — ничто, форма — всё». Конечно, наступившая в последующие годы «диктатура» соцреализма очень быстро вымела все эти течения из отечественной литературы. Но любовь и внимание широкого читателя они не сумели завоевать нигде.
Я, вроде бы и не пишу совсем уж бессмысленных текстов, но, похоже столько «лью воды», – на пару мыслей пару сотен слов, – что происходит согласно закону Гегеля «переход количества в качество». Смысл растворяется в форме. А в результате получается краснобайство, болтовня, пустословие. Потому и нравятся мои тексты, по большей части женщинам, что для многих из них, в силу природы, форма значит никак не меньше содержания. А порой, и больше… Мужчинам это свойственно гораздо реже, хотя и среди них такие натуры встречаются.
Что ж, жаль… Надеялся, что ипостась рассказчика может стать «отдушиной» на пенсии. Не судьба. «Не надо оваций! Литератора из меня не вышло. Придется переквалифицироваться в управдомы», – мог бы я повторить вслед за Остапом Ибрагимовичем. Проблема только в том, что опции «в управдомв» у меня нет. Управдом из меня даже хуже, чем литератор. Да и осталось ещё две-три вещи, которые опубликовать просто обязан. Чтобы сохранить для истории память о неординарных людях, с которыми сводила судьба. И нужно постараться написать так, чтобы предыдущая фраза не показалась читателю излишне высокопарной…
Борис Смелянцев 03.09.2026 15:01 • Заявить о нарушении