Астрология

АСТРОЛОГИЯ
Озеро Черепаха их встретило неприветливо. Дул сильный холодный ветер, и по озеру гуляли барашки волн. Сосны на берегах неодобрительно качали вершинами в их сторону: зря вы сюда пришли.
– Надо было все-таки на Дальнее подаваться. Оно всё в лесу, там не бывает таких ветруганов!
Денис стал молча распаковывать велосипедные баулы, привязанные к рамам, а Рита всё продолжала выражать недовольство.
- Когда мы здесь были в последний раз, тоже был ветрище, чуть палатку не унесло. Давай, пока не поздно, рванем туда, на Дальнее.
- Ага, давай! Часа четыре, не меньше. Да еще и лесовозных дорог там столько, что обязательно собьемся. Ты же помнишь, что к самому озеру дороги не подходят, все идут в стороне. Помнишь? Помнишь, как там плутали полдня, залезли в какое-то болото… Нет, я туда сейчас, на ночь глядя – наотрез!
Рита опять зафыркала обиженно, но не возразила. Возможно, и взаправду она припомнила тамошние мытарства два года назад.
- Ветер к ночи стихнет. Так здесь всегда бывает. Лучше помогай быстрее: палатку поставим, чаю вскипятим, да и спать завалимся!
Денис и Рита – велопутешественники со стажем. Они исколесили, например, пол-Грузии и почти весь Горный Алтай. Но всё равно среднерусские красоты тянут их к себе не хуже Гималаев! Вот и на этом озере Черепаха у них есть свои любимые места стоянок. Они бывали тут уже трижды. До Грузии пока доедешь, а тут – с шоссе съехал, два дня – и ты на озере. Решили просто на выходные выбраться, друзей звали, сначала еще пятеро загорелись. Но постепенно отпадал один за другим. Так и остались привычно вдвоем. 
- Вот всегда так, ты заметил? Когда в компании, за рюмкой, за пиццей, стоит только собраться и предложить поход в ближайшие дни, то все – за! Особенно если в пятницу! Горячо и искренне. Обсуждений и предложений – масса. Поедем туда, поедем сюда, будем делать то, смотреть вот это! Радостных предвкушений – полные закрома! Но стоит всем в субботу протрезветь, как начинается…
Денис подхватил:
- …ой, я не могу, я заболела, уж извиняйте, у меня ангина, Димка простудился, собака Мося лапу сломала, к ветеринару надо, велосипед в ремонт сдали, теща приезжает… Короче, одни только порывы. А потом все будут хвалиться фото в Телеграме, что вот это я в кафешке на набережной, а  это я в парке Культуры и Отдыха с собакой…. Вот и весь пар в гудок ушел.
Палатку поставили быстро, сказывался опыт. Нашли место подальше от берега, тут ветра было явно меньше. Денис нашел хороших, смолистых дров. Соорудили костер с треножником, пошли с чайником к воде вместе.
- Блин, холодно!, - ежилась Рита.
- Сейчас заварганим горячий чай травяной, пропустим по стаканчику рома – и спать! Завтра поглядим, что да как. Если ветер не уймется, переедем на Дальнее, так и быть.
- Слушай, а почему все-таки Черепаха? Что за фигня, откуда? Тут правда черепахи водятся?
- Ты что, мать? Тут даже крокодилов нет. Просто озеро такой формы. Ты же на карте видела сама?
- Ну, знаешь! Там контуры черепахи может только буйный фантазер разглядеть. Или нарик. Скорее, уж – Коровья лепешка! С брызгами.
- Когда называли, оно другую форму имело, скорее всего. Эти карстовые озера сильно меняют береговую линию со временем. Ведь карст образуется неожиданно, да и где угодно.
- Ага! Греки вон на небе Медведицу нашли. И даже две. А у нас говорят – Ковш. Кто прав?
- Во времена древних греков конфигурация созвездия была иной. Везде работает время.
- Ой! Смотри, смотри! Вон метеорит летит!
- Ого! Крутой! Слушай, а ветер-то стихает. Звезды вон выглянули.
И правда, небо над озером медленно, но неуклонно очищалось от туч. Выбралась и луна, сразу же бросив к ногам путешественников лунную дорожку по воде.
Спали крепко, обняв друг друга в одном спальнике. Спальник этот перевидал множество их проявлений любви. От самых нежных до самых страстных. Вот и сейчас, согревшись, они наслаждались друг другом, а потом, приятно устав, разом заснули.
………
Утром проснулись от шума. Опять ветер? Нет, шумели моторы. Выглянули.
Невдалеке, у кромки воды урчали только что приехавшие два автобуса, все заляпанные по бокам грязью. Из них выбирался народ, с какими-то баулами, свертками, цветастыми рюкзаками с притороченными спальниками. Мелькнула гитара. Туристы? Денис, будучи астрономом-любителем цепким глазом разглядел два телескопа. Потом – флип-чарт, раскладную доску на трех ногах, на которой в походных условиях можно писать фломастерами и маркерами. 
- Нефига не туристы! Какие-то школьники, что ли?
- Вот невезуха! Поехали отсюда. Не везет – так не везет. Надо было еще вчера смотаться.
- Да погоди ты. Озеро большое. Можно просто в сторону уйти, тут заливов полно, мы и не услышим и не увидим друг друга.
- Вот черт!
- Хватит чертыхаться! Пойдем лучше завтрак варганить!
Одевшись и выпроставшись из палатки, они с удивлением и некоторой неприязнью увидели шуструю муравьиную работу у прибывших. Народ, человек тридцать-сорок, копошился и суетился с организацией бивуака, и было заметно, что всем это не впервой, все знают, что и как делать. Уже горел большой костер, а над ним висели два пузатых котла. Ставились палатки, между сосен четверо  мужчин натягивали  широкий синий тент. Женщины ловко окапывали маленькими лопаточками уже установленные шатры. Телескопы были заботливо укрыты терпаулином и стояли прислоненными к самой большой сосне в центре лагеря. Бегало несколько детей, тут же затеявших играть во фрисби. Вместе с ними скакала и бесилась молоденькая шелти, всё время пытавшаяся перехватить диск на излете.
По сравнению со вчерашней картиной безлюдного и дикого озера с ветрами и барашками на волнах, с криками чаек и гулом сосен, сегодняшняя напоминала, как ни странно, покой и какое-то дачное благолепие, несмотря на, казалось бы, большую суету. Светило солнце, ветер почти стих, над озером вновь какими-то другими голосами закричали чайки, шелти периодически лаяла, дети что-то кричали почти в одном тоне с чайками, а из одной автобусной кабинки (второй уже отчалил) лилась какая-то латиноамериканская музыка.
- Смотри-ка, у них вкусы интересные. Слушают босса-нову.
И они стали разжигать портативную газовую горелку, чтобы сварганить (любимое словечко Дениса!) мясо с кашей и сварить кофе. Молоко, как и предполагала Рита, сквасилось от жары и тряски в пути. Они брали его еще на шоссе, в придорожном магазинчике, поскольку Рите вдруг захотелось, видите ли, кофе с молоком. Придется ждать кефира. Или – выкинуть.
Кстати, насчет выкинуть. Куда, интересно, вся эта орава будет девать свой мусор? Его же от них сейчас полетят во все стороны тонны! Автобусом отвезут? Или закопают тут?
Пока они возились около палатки, со стороны шумного лагеря кто-то бесшумно подошел.
………..
Руководителей, как оказалось, было двое – женщина и мужчина. Оба молодые. Лет под тридцать-тридцать пять. Денису всегда было любопытно (он слышал о подобных «слётах»), что именно привлекает людей на них, чем они руководствуются, теряя время и, скорее всего,  деньги.
Женщину звали Лина. Полина? Может быть. Но к ней обращались исключительно так – Лина, Линочка. Парня (он был явно ровесником Дениса) звали Прохор. Не очень поэтично, словно в противовес Лине. Хотя все в астрологической коммуне, как выяснилось впоследствии,  звали его Прох, так как, по-видимому, уже привыкли всё, где можно, упрощать и сокращать. В этом Прох звучало уже нечто неприятное.
Денис был удивлен, когда Прохор пришел к ним, запросто между делом заглянул в палатку, сказал «привет» и скороговоркой отчитался:
- Мы тут почти на две недели, давайте знакомиться, идите к нам, у нас шурпа сейчас готова будет! Меня Прохор зовут.
- Привет! Мы Денис и Рита. Хорошо, спасибо! Мы заглянем через минут двадцать!
- Мы – астрологи. У нас каждый год такой выезд, только в разные места. Типа слёта.
- Ого! Первый раз вижу столько астрологов! Я не ослышался?, - Денис удивлялся всё больше.
- Да, мы именно астрологи. И будем, среди прочего, наблюдать звездное небо с планетами и слушать лекции. Обязательно загляните к нам для знакомства.
В это время прилетел волейбольный мяч, чуть не сбив кофеварку. Прохор ловко поймал его и, вертя на пальце поднятой правой, пошел  к своим. Он явно располагал к себе: уверенный, деликатный, вежливый, улыбчивый.
Тем не менее, Рита выразила недовольство:
- Зачем? Зачем мы пойдем к ним? Давай лучше уезжать на Дальнее!
- Ну как ты не поймешь? Это интересные люди, у них в головах такая каша – обалдеешь! Мне очень хочется с ними поговорить, любопытно же, как такая куча невеж живет-существует на белом свете? Они же наверняка и Землю считают плоской! Кроме того, у них классные телескопы – я хочу марку посмотреть. Да и в сами глянуть. Может, даже чем им помогу.
- Ну ладно. Только недолго, ок?
Со стороны астрологов мурлыкала из того же автобуса «Девушка из Ипонемы». Потом автобус завелся и увез музыку с собой.
………..
Денис и Рита пришли в лагерь астрологов к обеду. Так вышло случайно. Провозились со своим скарбом, так как решили всё-таки переехать в другое место. Где нет шума людского. Рита попросила:
- Сходим и сразу уедем, хорошо?
Их встретили приветливо. Вся группа (или почти вся) сидела на бревнах в кругу, а в центре пылал большой костер с котлами. Несколько женщин, видимо, выбранные дежурными, кашеварили и разносили по народу тарелки с дымящейся шурпой. Дети жевали бутерброды, тайком бросая кусочки колбасы беспокойной шелти.
- Проходите, у вас посуда есть?, - деловито осведомилась одна из «поварих». Им тут же, с готовностью подвинувшись, освободили место на бревнах, нашли посуду, вручили ложки. Денис с любопытством изучал собравшихся. Рита, смущалась, отказываясь от шурпы: а нельзя ли налить чаю?
- Сейчас у нас будет интересная лекция для новичков. Приходите!, - шепнул Прохор. А Лина стала рассказывать всем, что именно будет интересного в её содержании, и почему это нужно всем знать.
 – А вечером будем наблюдать небо в телескопы!, - закончила свой анонс она.
Ради того же интереса Денис и Рита наведались на лекцию. Выступал седовласый, но весьма энергичный  старичок, признававшийся, как выяснилось, у присутствующих истинным гуру. Звали его Овсянников. Он довольно часто мелькал даже по телевиденью – и считался личностью, обласканной самим небом. В цветастых бермудах по колено и такой же пестрой рубашке навыпуск он вещал собравшимся в круг на бревнах.
- Я начну с вещей, многим абсолютно и давно понятным. Но есть среди нас новобранцы, и им это нужно знать обязательно.
Подле Овсянникова стоял флип-чарт и лежала горсть маркеров. Беря по очереди каждый из них, он, тем не менее, ничего путного не писал и не рисовал, зато размашисто, сопровождая свою речь, наводил на белый лист какие-то абстрактные каракули. Если он говорил слово «уменьшается», то вел черным маркером линию наискосок вниз. Ежели сообщал о чем-то «большом», то подавал на лист какое-то монструозное колесо красного цвета.
- Прямо Скрябин какой-то! Симфония цвета!, - шепнул иронично Денис на ушко Рите.
А Скрябин-Овсянников продолжал вещать и махать руками над листом бумаги одновременно:
- Величина орбиса зависит, господа, первое: от самого аспекта. Чем сильнее аспект, тем больше его орбис, с этим согласны все астрологи. Я думаю, и вы?
Тут он обводил хитроватым взглядом поверх очков притихшую аудиторию.
- ….Во вторых, от силы планет, образующих аспект. Это должно быть понятно тоже. Чем сильнее планета, входящая в аспект, тем больше допускается орбис. Например, если имеется оппозиция Солнца с Сатурном, или Луны с Сатурном, то в первом случае орбис будет больше, так как Солнце сильнее Луны. По силе планеты располагаются в следующем порядке: Солнце, Луна, Юпитер, Сатурн, далее – остальные. Что? Марс и Венера рассматриваются большинством как равные. Что? Давайте об этом потом…. Напомню, уважаемые, кто подзабыл, что орбисом называется допустимое отклонение от точного аспекта между планетами, в пределах которого действует аспект...
- Началась чертовщина!, - опять шепнул восхищенный Денис Маргарите, которая томилась и ждала удобной минуты улизнуть.  - Ну, дорогая, еще немножко, где такое услышишь?
А гуру продолжал в том же стиле:
- Аспекты, дорогие мои, есть расстояния между планетами по эклиптической долготе. Дело в том, что чувствительность к аспекту у разных людей различна. И это очень важно для нас, прорицателей, подчеркну особо! Если вы сообщаете клиенту об его аспекте – помните об этой важнейшей детали. Тут нельзя рубить сплеча, что называется, и выносить жесткий вердикт. Так как раз и навсегда жестко зафиксировать орбис не удается. Что? Как говорить? А вы сами как думаете? Давайте об этом потом… Не отвлекайтесь и не отвлекайте меня. Все вопросы разберем отдельно, после основной лекции….
- … Кроме того, развивается и сама Земля, куда ей деваться, поэтому некоторые аспекты имеют тенденцию увеличивать зону своего влияния на человека.
При слове «увеличивать» он мощно налег на красный фломастер, и на листе флип-чарта нарисовалась большая груша.
Тут Рита не смогла удержаться и громко прыснула. На неё зашикали соседки. Гуру Овсянников мгновенно отреагировал острым и осуждающим взглядом:
- Совершенно ничего смешного в этом нет, дамочка! Если вы не понимаете существа вопроса, это вовсе не означает, что вопрос смешной и никчемный. Следует вникнуть в него… Да и вообще следует уважительнее относиться не только к непонятным вам лично знаниями, но и к личности лектора, которы….
Тут Овсянникова понесло, а Рита поспешила извиниться.
- Простите, я совершенный новичок, мне всё кажется немножко детским…
- А вот и напрасно! Как видите, даже дети – он обвел руками аудиторию, где среди прочего сидели и скучали пацаны, только что разгоряченные фрисби, - да, милочка, даже дети стараются вникнуть в существо, а не отвергают сходу непонятное… Напрасно…
- Извините, ради бога.
Овсянников, все еще суровый и надменный, кое-как перешел к следующему:
- … Далее, дорогие мои, нужно учесть, что самыми сильными аспектами считаются мажорные, гораздо слабее – минорные, самые слабые - дополнительные. Теперь по Зодиакам пробежимся…
- Пойдем уже, хватит!, - Рита осторожно, чтобы не увидел обидчивый лектор, тянула мужа уйти немедленно. – Господи, какая дичь!
Они тихо встали и на цыпочках стали удаляться. Вслед им неслось:
- Эра Водолея, как известно, уже приходит и занимает уже чуть больше одного градуса. А уходящая эпоха Рыб, символизирующая христианство, как вы помните, заканчивается… Нью-Эйдж обусловлена тем, что точка весеннего равноденствия смещается сейчас в другой из Зодиаков, а это необычайно сильно влияет на земное сообщество. Вспомните, чем украсила себя Эра Рыб? Войны, катаклизмы, неисчислимые бедствия…
……..
После утренней лекции все разбрелись кто куда. Был объявлен перерыв до кофе-полдника, в 17.00. Мужики накачали тройку лодок и отплыли к дальнему острову, что синел на горизонте, прихватив с собой почти всех женщин и спиннинги. В лагере осталось совсем немного, кто-то побрел поспать пару часиков в палатки и шатры, кругом царило расслабление, которому способствовал неподвижный воздух и зной. Казалось, что лето застыло и не собирается сдвигаться с мертвой точки ни в какую из Эр ни на градус. Исчезли нудные комары, докучливые слепни, лишь иволга выводила печальные флейтовые рулады где-то рядом, в вершинах берез.
Денис и Рита совсем было подготовились отправляться, уже подкачивали шины у велосипедов, прислоненных к «их» сосне, как с озера раздался истошный крик:
- Помогите! Даня, Даня… Помогите! Лю-ю-ю-ю-ди!
- Что там у них опять?, - устало осведомилась Рита. Но Денис, бросив велосипедный качок, уже бежал в сторону лагеря астрологов.
На берегу стояли несколько человек, заслоняя что-то собой. Денис протиснулся вперед. На песке лежал распростертый малец, тот, который вчера  попал тарелкой фрисби в их палатку. И которому, похоже, принадлежала бойкая шелти. Над мальчишкой склонилась одна из «поварих» и совершала какие-то судорожные движения в области груди пацана. Денис сразу сообразил, что тут случилось.
- Рита! Рит-а-а-а-а!, - громко заорал он. – Быстрее сюда!
Рита подбежала, и люди расступились перед ней.
- Ничего не получается, - всхлипывая, проговорила женщина, и бессильно повалилась на песок. – Он не дышит!
- Давайте я, - Рита резко отбросила  в сторону схваченное зачем-то полотенце и опустилась на колено около ребенка. – Принесите холодной воды!
Ловко и быстро она перехватила тело мальчишки, положила себе на бедро и опустила его вниз головой. Тут пригодилось полотенце, которое Денис успел подсунуть тому под голову. Затем пальцами четко нащупала корень языка и резко надавила. Тело пацана содрогнулось, и мальчишку вырвало.  Шелти крутилась рядом и жалобно поскуливала.
Теперь Рита опрокинула пацана на спину и подняла его голову к себе.
- Подложи ему под шею что-то, быстро!
Женщина рядом, всхлипывая, подсунула уже принесенный кем-то свернутый спальник. Теперь голова парнишки оказалась запрокинутой назад. Ловко, как будто каждый день у нее начинался именно с этого движения, Рита разжала пацану рот и, набрав воздуха, стала вдувать его в легкие, зажимая при этом пальцами пацану нос. Парнишка вновь содрогнулся, грудная клетка его поднялась и опустилась.  Рита энергично перевернула его вниз головой – и вновь изо рта утопленника полилась вода.
Через несколько минут он сидел на песке и недоуменно таращился на окружающих.
- Остановки сердца не было, - проговорила Рита, тоже садясь без сил на песок. – Нужно последить сейчас за ним, чтобы он глубже дышал и, желательно, вызвать рвоту еще раз. Не оставляйте его одного. Может быть и ухудшение общего состояния. Если лежать, то лицом вниз.
Холодной водой она смочила голову и лицо парнишки, обтерла полотенцем. Его стало знобить.
- Дайте ему теплого чаю. Можно дать обезболивающее, возможно, поцарапано горло и бронхи. И пусть полежит в палатке под присмотром. Он сильно напуган.
- Ой, господи, как вас благодарить?, - мать плакала рядом и все порывалась обнять Риту. А та спокойно продолжала отдавать распоряжения.
- Если разовьется гингивит, мажьте зеленкой. Он набрал в рот песка и всякой дряни, кроме того, я залезала туда пальцами, слизистая может быть поранена. Это не запускайте!  У вас в аптечке есть, надеюсь, зеленка? А фурацилин? Хорошо бы вскипятить и полоскать горло. Несколько раз…
Из центрального шатра, о растяжки которого все задевали и спотыкались всю ночь, выпростался бодрый, голый по пояс гуру Овсянников. Он шел по песку и сосновым шишкам к собравшимся, словно святой по воде, торопливо цепляя на нос постоянно складывающиеся очки. Его вид был импозантен – стоптанные вьетнамки на кривоватых, покрытых густо волосами ногах и гавайские цветастые бермуды. Обнаженный торс тоже был украшен сивым с завитушками мехом.
- И что тут у нас такого происходит?, - добродушно-вальяжно спросил гуру первую попавшуюся ему под ноги фигуру. – Почему такой шум?
- Даниил чуть не утонул!, - скороговоркой стала шептать ему тётка. И далее – более подробно.
- Ах вот оно что!, - воскликнул вдруг неожиданным фальцетом Овсянников. Он снял очки и приблизился к Рите, собирающейся уходить. – Позвольте, позвольте рассмотреть вас! И выразить вам… Да! Да! Конечно! Это само небо послало к нам вас в столь ответственную минуту! А вы кто по гороскопу будете?
И тут Рита зло огрызнулась:
- Небо тут не при чем. Меня послал сюда муж. И долг. Я медсестра!
………
У каждого из нас, кроме общего большого мира, в котором мы все живем, есть свой маленький мирок. О его существовании могут не подозревать даже самые близкие и родные люди. Он – тайный. Для кого-то это отдушина от нудной и надоевшей работы, для другого – уход от осточертевшего быта и доставших домочадцев, для третьих – это просто хобби, где время летит быстро и приятно. Кто-то играет в World of Tanks, кто-то мастерит посуду из липы с помощью лобзика и резака, кто-то уходит с головой в футбол, кто-то пишет стихи (даже без особого желания опубликоваться). 
Денис всё время думал об этих людях. Почему их затянула бестолковая лженаука? Неужели недостает ума понять, что они впустую тратят время и прочие ресурсы. Это же все равно как черпать озеро пластиковыми стаканчиками, убеждая себя, что дело это достойное и нужное обществу. Почему так легко люди оболваниваются? И дают оболванить себя? Но, ведь вполне возможно, что астрология и все эти диковатые выкладки Овсянникова – всего лишь повод собраться хорошей компанией, выпить, закусить, поиграть во фрисби, поскакать с собаками, половить спиннингом щук около дальнего острова, попить чаю с друзьями-единомышленниками у костра, посмотреть, в конце концов, в добротный телескоп на спутники Юпитера?
Ведь ничего плохого эти люди никому не делают. Почему же они так неприятны ему, Денису, знающему правду об истинном положении вещей во Вселенной? Или он не прав в чем-то? И почему ему так обидно за Риту?
Из-за того, что много времени ушло на спасение Даниила и его дальнейший обиход (Рита еще дважды навещала его в центральном шатре, где вокруг него суетилась мать и другие женщины, а также мальчишки-его друзья, а под раскладушкой грустила верная шелти), они отложили отъезд свой на следующее утро.
К вечеру к ним пришли Прохор и Лина, руководители группы. Уселись на принесенные с собой раскладные стульчики у костра. Прохор принес бутылку джина и пластиковые стаканчики.
- Не помешаем?
- Нет. Мы вот собираемся завтра уже уезжать.
- Группа хочет вам сделать подарок. Вы нас очень выручили, даже не знаю, что бы и было, если бы…
- Да ладно вам… Главное, с мальчишкой всё норм!
И Прохор, откупоривая джин,  стал разливать его по стаканчикам, бережно придерживая каждый.
- Давайте уже выпустим джина из бутылки! Мы тут впервые. В прошлом году стояли таким же табором в Краснознаменском районе, около Воротилихи. Но здесь уютнее. И народу никого.
- А как же мы?, - спросил чуть насмешливо Денис.
- Вы свои уже полностью. А чем вы, Денис, занимаетесь?
- Я преподаватель в вузе. Веду курсы естествознания. И еще астроном-любитель. Как-то так…
- Ого, да вы совсем наш человек! Что ж вы раньше не сказали? (Это уже Лина удивилась).
И тут Дениса ни с того, ни с сего понесло:
- Нет, я такой чепухой не занимаюсь. Это же вранье – все эти ваши астрологические выкладки. Неужели вы, умные люди, верите во всю эту чушь?
Рита взяла осторожно мужа за руку. Дескать, не начинай, тебе-то какое дело? А Прохор, ничуть не смутившись, так же горячо взвился:
- А вы в Бога верите? А его, поговаривают, нет.
- Ну вы даете! Это несравнимые вещи!
- Чем это несравнимые? И то, и другое – вопрос веры. Только и всего. Ни одно, ни другое доказать на все сто невозможно. Просто люди верят, и им от этого хорошо. Вон в Америке целые группы ищут бигфута, объединяются целыми штатами, фильмы снимают, взносы принимают, кемпинги для туристов-адептов веры строят.
- Но вы же делаете деньги на невежестве других!
- А разве религии поступают иначе? Зайдите в любую церковь – и оглянитесь. Там даже свечу вам бесплатно не дадут.
- Ну, хорошо, не будем спорить о пустом. Только скажите честно – Вы сами, вот вы с Линой, верите в то, что звезды и планеты вершат судьбы людей на Земле?
Лина и Рита молчали, внимательно слушая мужчин. Прохор несколько обиделся.
- Чувак, не мешай нам заниматься любимым делом! Эти люди, - он кивнул в сторону своего лагеря, - пришли все добровольно, никто их не тянул за рукава, и деньги силой не отнимал, они довольны своим положением…
- А разве можно любить то, что неправда?
- А что такое правда?
Над ними широко и вольготно раскинулось, там, за вершинами высоченных сосен, звездное небо. Денис, показывая туда, тихо сказал:
- Да, никуда не делся со времен греков ни Лев, ни Рак. Так же светят нам и Вега, и Лира. Но, смотри, ведь созвездия – это же выдуманные нами конфигурации звезд, ты же сам это понимаешь? Нет никаких созвездий в реальности! А звезды? Может быть, часть из них, которые мы сейчас видим, давным давно погибли…
- Ну и что из этого?, - осадил его лирику Прохор. – Нам что, плюнуть на них? Не смотреть? Или смотреть как на фантом, как на мираж? Нет, дорогой, они всегда будут нам друзьями. Живыми друзьями. А вы, кто зациклился на своей науке, будете всегда воспринимать их как мертвые куски материи. Кому будет лучше? Чья правда человечнее?
- Ладно, - несколько примиряюще уступил Денис. – Так ты, может, станешь утверждать, что вот сегодняшнее спасение Данилы было провидением небесных сил? Что Рита оказалась специально здесь и сейчас? Что вся история спасения ребенка – цепь не случайностей (не случайностей!, - повторил Денис), а указание свыше?
- А ты можешь доказать обратное?, - вновь взъерепенился Прохор. – У тебя  есть доказательства, научные, как вы говорите, что все события случайны?
- Нет, таких доказательств нет, - вынужден был согласиться Денис. – Но ведь и вы бессильны в своем уповании на снисхождение звезд! Вам же только остается молиться на них и водить ритуальные хороводы, здесь, на Земле, взывая к их милосердию.
- Не нужно утрировать! Мы много чего не понимаем и не знаем. Как и вы, впрочем. Но мы – верим! И эта вера нам нравится.
- Фигня какая-то…, - обозлясь окончательно, проворчал Денис. – Нравится – не нравится. Это разве жизнь?
- Ребята, не ссорьтесь!, - вдруг ласково заговорила Лина. – Давайте лучше выпьем за звезды.
И все разом, запрокинув головы, вкусили джину. В это время над вершинами сосен пролетел яркий болид и оставил светлую  полосу. В лагере, в стороне, зашумели, послышались восторженные крики и хлопки в ладоши. Там, похоже, тоже увидели это чудо, причем, прямо над озером. Там он явно получился двойным – отразившись всей своей красотой в воде.
- Ладно, - согласился вдруг миролюбиво Денис. – Давайте мы лучше сейчас к вам придем опять, а ваш гитарист для Риты исполнит «Девушку из Ипанемы». Это будет лучший подарок, больше нам ничего не надо. Так ведь, моя любимая «медсестра»?
И он обнял жену за плечи.
- Там у вас кто-то шикарно исполняет латинос мьюзик! Мы слышали днем. Споет для нас? А мы будем маракасить!
И Денис, набрав песка в валяющуюся под ногами банку кофе, ритмично затряс ею.
- Отличная идея!, - согласилась Лина. И подавая руку Рите, сказала просто: - Идем!