А завтра первое сентября

 
       Каждый уважающий себя человек, кто числится с пятого по десятый классы сельской школы и значится в списках сельского совета, с должным нетерпением ждет день 25 августа. Вестимо, 25 августа не красный день календаря. Отдельного значения знаковый день. День, когда по тогдашнему порядку, «официально» завершается обязательный трудовой вклад учащихся в деле заготовки кормов совхозному, то бишь общественному, скоту. В деревне все по – взрослому. Индивидуальный план на декаду, на сезон. В придачу комары и мошкара. Дожди либо палящее солнце.

        Уважающий себя пацан не шибко торопится домой, на низину, 25 числа. Преддверие сезона охоты на уток. На то и преддверие, что чуть – чуть ошибиться по дате начала сезона почти позволительно. И зайчата шибко «тудым–сюдым» шныряют, глазам на радость.
 
       Утром отец разбудил Айхала. Лучики солнца наперегонки скачут по острым верхушкам лиственниц, ломано скользят по росе. Значит, пора! Айхал семиклассник, в формате тайги – вполне взрослый товарищ, понимающий толк в неписаных законах тайги.   

      Отец за скорым завтраком сказал, что наперво спустятся к озеру, расставят пару – тройку сетей. А после полудня весь утренний улов понесут на западный склон ягельной сопки. Далековато, но терпеть надобно. Рыбешки аккуратно разложат несколькими кучками, укроют мокрым мхом, чтобы протухли и выдали острый запах. А ниспадающий с высоких гор шальной ветер споро заполонит округу зазывающим запахом гниющей рыбы.

        И этот вожделенный запах непременно «разбудит» звериный аппетит лесного владыки – хозяина. Но тут его будет ждать «неожиданность», спрятанные во мху и ягеле крепкие металлические петли.  Наступает пора собирания ягод, грибов. Сюда потянутся люди. Зверь вызвал всеобщее негодование местного сообщества, почем зря гоняет скот, пугает пастухов и сенокосчиков. По лесному укладу, в эту пору хозяину тайги следовало быть покладистым, в тихом труде нагулять жир перед спячкой. Не отвлекаться на сиюминутное. А этот шайтан ведет себя «неправильно», но недосуг разбираться человеку, другие заботы, вердикт один – он опасен!
    
       Айхал аж зажмурился, он живо представил в уме, вот безмятежно косолапит по сопке «лесной», и, вдруг унюхав запах гниющей во мху рыбы, уткнет мокрый нос в траву и, тотчас, забыв о собственной вальяжности, неуклюже сорвется  на поиски источника запаха! Круша кустарники, срывая листву! Желтеющие листья ходуном резвятся на спине зверя, спотыкаясь об густую длинную шерсть бугрящей холки. На этом месте и вы закройте свои глаза, это брутальное видение придет и к вам. А кто не знает, охотники и все, кто ходит в тайгу, не называют медведя «медведем». Табу. Он хозяин. Владыка. Лесной.

          - Эй, спишь на ходу? – голос отца возвращает парня на охотничью тропу: - вот, нынче бери тозовку, тот случай. Еще бы, обрадовался Айхал, с одностволкой не сравнить, и бьет далеко, и по весу хорошо!

          С тозовкой наперевес, мальчик бодро идет первым, шагов на двадцать, не больше. И чуть левее. Как отец учил. Он не должен оказаться на линии огня, и – не дай бог – моментом очутиться за сильной спиной взрослого охотника. 

         На охотничьей тропе человеческие слова не тревожат птиц и зверюшек, ничто не нарушает вековую тишину. Торбаза бесшумно шуршат по земле, не в счет. И раз – видит молодой охотник, впереди черный валежник вдруг странно шумно раздвоился! За трухлявым валежником другой валежник оттопырился, встал во весь огромный рост! Лохматая башка, красная пасть до небес! Лапами воздух рвет на куски. Небо раскололось от громового рыка!  В сотне шагом впереди охотников возвысился живой силуэт страшного зверя. Его кнопочки - глазки норовят враз обхватить взором непрошеных двуногих. 

        Вскрикнул со испугу Айхал, тозовка падает на траву. Быстрее ветра бегом к отцу! Отец мальчика, будто месяц ждал этого момента, нарочито не спеша снимает с плеч карабин, сухой щелчок. Подождал, когда сын окажется в безопасности, интуитивно проверил, на месте ли охотничий нож. Вот зверь вытягивается, бурлит по спине кровь. Миг, и сильный толчок в полете закроет полгоризонта. Несдобровать большому двуногому!   

         Грянул выстрел, зверь неуклюже рухнул, противно захрапел, заскулил. Потом притих. Охотник поднял с земли тозовку и приказал мальчику – целься в голову, теперь твой черед! Не промахнись! Не бойся, пусть зверь тебя боится, охотника с огнедышащей палкой! Ну, давай! Айхал прицелился, а тозовка пляшет. Выстрелил. Пулька срикошетила с валежника, за которым упал медведь. Отец понял, сын промазал будь здоров. Он промолчал, многому нужно научить парня.

        Знал опытный охотник, что первый испуг от медведя может навсегда заселиться в душе мальчика, черным червем будет грызь сердце молодого охотника. Не сможет тогда Айхал охотиться на медведя. Никогда! Не отпустит его детский страх! Потому отец приказал сыну стрелять в медведя, пусть мальчик растет со знанием, что два охотника вместе добыли знатного охотничьего трофея.  Рыбалка, охота на мелких зверюшек также требует сноровки и умения, но настоящий охотник тот, кто возьмет верх не только над сильным зверем!

     Айхал с отцом, наконец, приехали домой. Первым делом постригли его «как у индейца» волосы. Мальчик применил новую школьную форму, за лето вырос на целый размер. Понравилась новая фуражка со сверкающей кокардой.
        А завтра первое сентября, вся школа будет в красном от алых галстуков пионеров. Беготня малышни, бой барабана и зычный голос директора школы. Все, как всегда.
       Айхал здорово соскучился по друзьям. Наконец встретится со всеми. Новостей уйма у всех. Но знал, не гоже охотнику похвастаться охотничьим трофеем. Обычай не велит! И позволительно рассказать о нынешней охоте, сколько и что добыто, ровно через год, в прошедшем времени. Увы, таковы порядки, терпи, охотник!

          Вот только Айхал возмужал, потому держаться ему надобно степенно, по - взрослому. Он теперь настоящий охотник, они добыли такой знаковый трофей! Пусть и с первым выстрелом отца. Через год он обязательно расскажет об этой охоте друзьям.

        Но загвоздка в том, что в деревне уже все знают о добытом его отцом медведе. Скоро всплывет и его имя… Может это хорошо, коли люди сами заговорят о новом охотнике? Честно, ох как не терпится самому рассказать друзьям… А отвечать подробно на вопросы о случившемся в тайге не есть нарушение обычая.