О чем кричат кедровки

Ну разорались. Издали уже слышим эту таежную сигнализацию. Мы собираем ягоду, спускаемся с зимовья. Наткнулись на поляну черники, крупная ягода, зрелая, лопается в руках, все пальцы, будто в чернилах. И брусника есть, тёмная, бордовая, как кровь. О чем они кричат? Одна прям к нам прилетела, явно чего то нам сказать хочет. Пытаюсь перевести с птичьего.

- Они едят нашу ягоду, внимание, внимание, таежное радио, тревога, люди пришли, нашу ягоду едят. Вижу двоих, и координаты. Да, в лесу не пройти незамеченным. Кедровки, что сторожа, ябеды, сразу нас всему лесу сдали, рассказали. А мы собираем ягоду, Саша совком, я руками. Мама была бы довольна. Мама лес воспринимала исключительно в потребительском свете, в лес можно и нужно идти по ягоду, по грибы, не просто так. Вчера было три года, как мама умерла. И планы на выходные были такие. Или мы едем на кладбище, потом на дачу или на Байкал в Листвянку или на зимовье. Мы выбрали зимуху, и я немного испытывала угрызения совести, что мама не довольна мной. Хотя мы ведь и на кладбище заехали, и блинов я напекла. Но... вот теперь мама довольная, в кои-то веки я привезу ягоду с лесу. Саша берет чернику, я бруснику. Но порой я тоже перехожу на чернику, уж шибко вкусна ягода спелая, такие кустики рясные. Рясные - это тоже с маминого лексикона слово. У неё есть несколько слов: рясная, лазурол, двойно супефорфат.

Сегодня мама мной довольна. В лесу и грибов много, переросшие, старые, гигантские маслята, грузди мокрые и сухие прям вот на тропинке растут, так и просятся, возьми меня, под ногами путаются. Но грибы я не беру. Вот была бы жива мама, я бы ей привезла грибов. Но папа бухает, мои грибы не любят, мне нельзя. А мама любила собирать грибы. Потом они с отцом эти грибы перерабатывали, мать в ванной замачивала грузди, маслята чистились и морозились. На кладбище я маме рассказали, как мы живём, поняла, что недовольна она мной, что отец пьет, квартиру всю засрал, сам опустился, за три года превратился в старика, то моя вина, а что я могу сделать? И на даче хозяйка я плохая, не справляюсь, ленюсь. У мамы там был идеальный порядок, урожаи такие, что делилась со всеми, у меня же в этом году огурцов нет, помидор нет, не оправдала надежд.

Поздно, ох поздно нынче мы выехали в лес. Заспались, потмо пока на кладбище заехали, пока то да сё. На Орлёнке были в 12-30. А там машин, некуда припарковаться, всё заставлено, даже два автобуса газпрома стоят. ну оно и понятно, последние выходные лета и погода шепчет. Ева сдуру полезла в Олху купаться, бешеная собака с разбегу прыгнула и поплыла по горной реке. Так обрадовалась, что в лесу. Скакала по лужам, там они на дороге большие, невысыхающие никогда лужи, в ноябре они просто замерзают, но не высыхают даже в самую жару. Идём по дороге, радостно на душе, в лесу, снова мы в походе.

Уж небо осенью дышало. Чувствуется осень, хоть и жарко сегодня, но всё уже в осени. Облака красивые белые на синем, синем небе. Красивая речка горная, гранитные курумы. У запруды Ева снова полезла в воду за палочкой, а в отражении плывут первые желтые листочки. Много народу в лесу, тут и бегуны и мотоциклисты, и квадроциклы, ягодники, грибники, дети, старики, собаки, туристы. Часа через полтора проголодались, остановились, съели по блину с сосиской, мама-то блины фаршировала, с творогом и изюмом, или с рисом и мясом, я не мама, ленивая, просто завернула сосиску в блин, хот-дог по-сибирски. Но вкусно, сытно. У ручья останавливаемся, набрать воды. Впереди подъем в гору. Жарко, ветра нет, воздух тяжелый, густой. Тяжело ползти в гору в такой жаркий день. Тут мы и заприметили ягоду, кто-то до нас уже её брал, но ягода есть, ягоду много, завтра на обратном пути пособираем. В 15-30 мы на зимовье. Тут всё, как всегда, будто время остановилось, никого не было летом. Я сразу упала полежать, отдохнуть на нары, умоталась. Тишина. В лесу особая тишина, так тихо в городе не бывает.

Саша пошел за одеялом и котлами, развели костер, чай, доели блины. После традиционный шашлык, глинтвейн. Нынче получилось все прям идеально. и шашлык не много ни мало, а в самый раз, и глинтвейн из португальского баса самый лучший, вкусный. Легли спать, как в детском саду, в девять вечера, а что еще делать, все выпили и съели, стемнело, дрова жечь сидеть у костра? Да и умотались за день. Спалось замечательно, как иначе на зимовье, воздух свежий. Ночью поднялся ветер. вышла в два ночи по малой нужде, луна, что фонарь, слепит в глаз, большущая.

Утром ветер усилился, поэтому решили костер не разводить, а вскипятили чай на печке, заварили овсянку, кофе, такой вот завтрак нехитрый. Традиционно забрались на скалу, я спела песенку на варгане духу места, но сверху уже ничего не видать, все поросло лесом. Быстро собрались и пошли вниз. Нам сегодня еще на дачу ехать за огурцами, хотели пораньше до пробок уехать. и вот засобирались ягоду, застряли часа на четыре.Уже и спина болит и есть охота. И эта кедровка орет. И тут я поняла, что не фига я не переводчик с птичьего, не то она нам орала.

- Палку забыл, лошара,

- Этот дурень палку оставил, на фига нам в лесу его палка?

- Лети, скажи ему,чтоб палку свою забрал.

- Эй, мужик, палку свою забери! Ты чего, глухой что ли? Палку свою забрал!

Вот что орала кедровка, пролетая над нами. Саша вернулся вверх по тропе и нашел трекинговую палку, что случайно оставил там, когда начал собирать ягоду. Мы тихо и размеренно собираем ягоду, в лесу так хорошо, хорошо, как дома, этот лес щедрый, он рад, что мы пришли, он дает нам свои дары. Рад, что мы не мусорим, уважительно относимся к лесу, бурханим. Делится с нами, чем богат.Ева тоже пасется, ест чернику с куста, здоровая конкуренция, хорошо хоть бруснику не ест.Это не собака, а медежонок. Эх, был бы у нас в запасе еще день, тут и ведро ягоды набрать легко, но надо уходить. Голодные, хоть и наелись ягоды. Жуем бутеры с сыром и пьем чай с сахаром. Хороший такой кусок сыра падает на землю и тут же попадает Еве в рот. Вороне как-то бог послал кусочек сыру, в большой семье клювом не щелкай. Перекусили, собрали наши рюкзаки, и уже идем вниз, на ягоду не смотрим, на грибы тоже не отвлекаемся. Спугнули жирного рябчика, а сидел бы тихо и никто б его и не заметил. Вечернее солнце лучами играет сквозь деревья, красивый вечерний свет. Народу сегодня в лесу не меньше, чем вчера. Все ноги стоптала, пока дошли до машины. в 18-30 мы поехали домой. Традиционная воскресная пробка не доезжая Смоленщину. В восемь вечера мы на даче, Ева удивлена нашим путешествием, мы на даче?

В сумерках собираю огурцы в теплице, пока Саша варит яйца, опять голод, жуем яйца с огурцами и сушками. Уже темно и хочется тут остаться, лечь спать, но завтра на работу. Поэтому 9 вечера мы выезжаем, надо заехать к дедушке за банками, Дедушка был очень удивлен, меняю огурцы на банки. И теперь уж точно домой. В 10 мы дома, душ, ужин, спасибо бабе Вере, она дала голубцы Бернарду, хоть не готовить, и спать. Ягодой займусь завтра, банки пахнут сигаретами, поэтому отправила их на балкон. Такие вот суматошные выходные, от такого отдыха отдохнуть охота снова, все мышцы болят, еле хожу, еще стирать бельё, а Саша с утра опять уезжает в Торы. Но я такую жизнь ни за что не променяю ни на какую другую, это мой любимый лес, любимый домик, зимушка наша, скалы, ветер, свобода, солнце. Я очень люблю зимуху, и дачу люблю, люблю Мунку, Черский, Байкал, прихожу, как к старому другу в гости. Там так хорошо, там время остановилось, там всё, как всегда, всё родное.

Природа - храм мой.

01.09.2026