Без козы никак

Эта история случилась в конце 80-х.
Жили мы и работали в поселке Котельники.

Теперь это растущий город с одноименной станцией метро, а тогда небольшой поселок полугородского – полудеревенского типа.
Вокруг дорог и домов было много заросших кустами пустырей, желающие осваивали ничейные участки под огороды. Некоторые сбивали небольшие сарайчики и держали там коз, кур и других мелкотравчатых.

У одного нашего сотрудника Виктора Ивановича тоже было такое подсобное хозяйство.
Из живности у него как раз была коза.
Кроме этого участка, он получил место в официальном в дачном кооперативе, как обычно, в 60-70 км от Москвы, и там уже успел что-то построить.
На майские каникулы все рванули на дачи пожарить шашлыки, поработать.
Большинство поехало уже в предпраздничный или предвыходной день.
Кто-то взял ещё и отгулы.

Виктор Иванович не спешил, решил как следует собраться и ехать днем позже.
Человек он был неторопливый, суетиться не любил и все старался делать основательно.
Он намеревался по полной программе открыть дачный сезон: привезти и оставить на даче тещу, которая была уже на пенсии, а также посадочную картошку, запас еды и с любовью подготовленные за зимние месяцы лопаты, грабли и другие дачные инструменты.

В тот день в дачном кооперативе решили провести небольшое собрание для обсуждения назревших вопросов.
Собрались у ворот, где был небольшой домик.
Он же сторожка и он же офис кооператива.
Присутствующие стояли, курили, смотрели по сторонам, ждали — не все еще собрались. Не было кворума.
Вдруг видят, едет «Запорожец» Виктора Ивановича.
Думают, прекрасно, народ постепенно собирается.
Потом заметили, что машина, не доехав метров 150-200, остановилась.
Сначала не обратили особого внимания.
Остановилась и остановилась. Мало ли что.

Наблюдая за машиной, они заметили, что автомобиль остаётся на месте и никто из него не выходит.
После некоторых размышлений они пришли к выводу, что нужно всё-таки подойти и выяснить причину.
Когда подошли, то увидели такую картину.

На крыше «Запорожца» был багажник, в багажнике несколько мешков картошки, лопаты, грабли, вёдра, коробки и т. п.
Крепление перегруженного багажника не выдержало последних ухаб на подъезде к дачному кооперативу, и, сорвавшись с мест крепления, багажник со всеми мешками картошки лёг на крышу «Запорожца», выступающие вниз кронштейны крепления заблокировали передние двери, а задних там и не было.
Это была двухдверная модель.

Мужики разгрузили мешки, сняли багажник и, открыв двери, высвободили Виктора Ивановича и его жену.
Виктор Иванович был худощавым и долговязым.
С его ростом садиться в «Запорожец» и вылезать из него всегда было непросто.
А тут за время поездки все мышцы и суставы затекли.
Так что высвобождение не было легким.
Быстро придя в себя, он наклонил переднее сиденье, и из машины, так же с трудом, вышла его прихрамывающая теща, затем после некоторых усилий удалось выпустить на свободу еще и… козу.
 
Козы, как известно, говорить не могут, и по их глазам невозможно понять, о чём они думают.
Глаза у них кажутся стеклянными, как фары азиатских автомобилей.
Они ничего не выражают.
Поэтому можно лишь предполагать, что происходило в голове козы.

А коза, осознав, что она снова стоит на твердой земле, суммировала переполнявшие её мысли и чувства и тут же выразила их в виде неимоверно обильного потока жидкости и козьих горошков.

Вот так закончилась эта незамысловатая история.

В ту пору был такой анекдот (сейчас, возможно, не все его поймут).
Один приятель задает вопрос другому: «Какая машина самая тесная, самая просторная и самая холодная?»

Правильный ответ был такой:
• самая холодная машина — «Жигули», 6-я модель, — в ней все едут в дубленках (люди при деньгах и с доступом к дефициту);
• самая тесная машина — «Волга», — в ней едут всего два человека (шофер и начальник);
• самая просторная машина — «Запорожец», — в ней всегда едут 4-5 человек (иногда даже вся семья с козой).