Байка 2 Славяна-Селиванова

На веранде 5 корпуса шла настоящая баталия. Славяна Филькина рубилась в настольный теннис со своими товарищами по отряду. Крепкая, быстрая, резкая! Девочка все больше чувствовала свои возможности и это ее радовало. Уже который мальчишка бросал в негодовании ракетку на стол и ретировался, не сумев превзойти «королеву». Так ее называла подруга по палате и по жизни Юлия, которая и в Москве жила от нее неподалеку, и часто бывала в ее семье со строгими «казацкими» правилами.
- Не в те игры играете, чувачки! – на веранду ввалился мелкий, но очень форматный пионЭрчик по фамилии Кирмач - Вон у Мамонта в отряде все в новые игры играют «Замри» и «Попа к стенке!». Штрафные баллы начисляют, а проигравший желания выполняет.
- Какая такая «попа к стенке»? Чего ты несешь? – вспыхнула Наташка Селиванова, которой вся эта чехарда мешала сыграть матч-реванш со Славяной.
-Иди себе, Кирмач, мячик гоняй! Иди-иди, а то вожатому скажу, он тебя и заморозит к стенке поставит!- закончила приговор Натаха.
Пацан ретировался, но через три дня весь отряд уже бегал, нервно выкрикивая: «Сижу!» - или заполошно закатив глаза и выставив большой палец правой руки, словно современная телеведущая Тина Конделакки в известном шоу, начинали считать, проглатывая звуки: «Аз,ва ри,тыре, ять…!» - пока попавшийся на удочку не подбегал и не накрывал палец своей ладошкой.
Вожатый Сережа Толмачев вырос на той же улице, что и большинство его пионеров. Учился в той же 727 школе. Куролесил на тех же головинских прудах и в том же парке имени Петра Алексеева, реального героя революционных событий, описанных пролетарским писателем Максимом Горьким в романе «Мать». Он отслужил в погранвойсках, был несуетлив, основателен и быстро оценивал ситуацию. К тому же, он не чурался розыгрышей и шуток и сам мог разыграть кого угодно. В лагере его знали как человека, который мог запросто с помощью пачки сигарет связаться с небесной канцелярией, пригласить к трубке Илью Пророка и попросить отложить дождь на четыре дня, поскольку его отряд идет в поход. Сначала все смеялись, но число совпадений стремительно росло. Ко второй смене уже никто не смел шутить по этому поводу, особенно, когда первый отряд, глядя на голубое небо, неловко посмеялся над ним и остался без похода. Серега наговорил что-то в картонную пачку сигарет и практически тут же небо затянули тучи и пошел шквальный дождь. Как ни молили ходоки из первого отряда уболтать Илюшеньку сменить гнев на милость, Серега остался непреклонен. Дошло до того, что начальник накануне празднования тридцатилетия лагеря подошел к нему на ужине и отжав его из основной толпы на раздаче блюд строго, но по-свойски сказал: «Ты, Толмачев, это, договорись там на верху о хорошей погоде. Праздник он обязывает, понимаешь! Из Москвы народу понаедет. Нам нельзя в грязь лицом ударить!» После этого разговор о шутках больше не стоял. Встал вопрос о дополнительных обязанностях, которые хочешь-не хочешь, а выполнять надо!
Непонятное поведение ребят в отряде привлекло его внимание своими постоянными криками, суетой. Он долго присматривался и наконец решился поиграть в непонятные игры, чтобы познать их колорит на личном опыте. Пользуясь статусом вожатого он мог подкрасться в тихий час и, заглянув в окно, начать наполнять штрафными баллами кошелек любого пионера! А еще, он носил с собой картонку на веревочке, которая всегда висела на шее и била его по спине. Как в любом советском магазине в обед вешали такую же с надписью: «Открыто» или «Закрыто», - у него была единственная надпись: «Сижу!» Быть с пионерами на одной ступени – это и здорово, и опасно! Вот и Сережа, потеряв бдительность, назаключал договоров с половиной отряда, понадеявшись на свою картонку, а пионеры ту картонку потихонечку стибрили, оставив вожатому бесконечное число штрафных очков, которые с удовольствием «лихачевская» братва «монетизировала в щелбаны, подводя баланс в автобусе, возвращаясь в Москву.
- Наташка, там твой папа приехал! Беги скорей! – раздался крик вбежавшей на веранду девчонки.
- Ну не дают сыграть матч-реванш сегодня! – подумала она, а вслух сказала, - Извини, Славяна, в другой раз! Но береги свою «корону», я на нее всерьез претендую!
Боб Селиванов, отец Наташки, частенько приезжал на своих жигулях в лагерь. Побыть с женой, которая работала плавруком на бассейне «Бучилло», поцеловать дочерей Светку и Наташку, помыть автомобиль из брандспойта и, конечно же, передать гостинцы, что привозила из международных рейсов их соседка, которую он иногда встречал в Шереметьево с ночных рейсов. Чего там только не было! И конфеты в блестящих обертках, и жвачка, которую можно было надувать пузырем, и диковинные фрукты, каких в магазинах никогда не бывало. Вот и сегодня Боб привез кокосовый орех! Ее мать Анна, в народе просто Маманя, отдала его в авиа-ракетный кружок, чтобы его раскрыли и достали кокосовое молочко и белую мякоть ореха. Задача была поставлена так, чтобы сохранить скорлупу, как доказательство этого события.
В другой раз никто церемониться бы не стал – тюкнул ровно пополам, и дело сделано. А тут практически хирургическая операция! Все ребята смотрели, как ножовкой по металлу лучший авиа-ракетостроитель Сергей Панченко медленно и старательно совершал трепанацию этого заморского продукта. Оба! Извольте, а где же белое вкусное кокосовое молоко? И что это за прозрачная невкусная жидкость? Что ж, так бывает! Но белое тело ореха несколько скрасило разочарование.
Вручив Наташке порезанное тело кокосового ореха, наполнив карманы конфетами, родители отправили дочь в отряд.
На теннисный стол были вывалены все гостинцы. Все живые товарищи по отряду собрались на веранде для раздела добычи. Ловко раскидывая кусочки кокоса и шуршащие искрящимся целлофаном конфеты, девчонка быстро справилась со своей работой и отошла в сторонку.
- Вкусно? На что по вкусу похож кокос? – спрашивали пионеры друг у друга, рассевшись на веранде своего корпуса. На реванш в настольный теннис! – донесся девчачий голос.
- Раз, два, три, тыре, ять… - раздалось у них из-за спины скороговорка Тины Канделакки, и маленькая ладошка с вытянутым большим пальцем появилась из-за лысой головы пионЭра с такой запоминающейся фамилией Кирмач.