Алёна Малова. Глава 66. На ёлке

Несмотря на декабрьские морозы на улице было многолюдно. В воздухе лениво кружились редкие снежинки, ловя свет фонарей и превращаясь в крошечные искры. В воздухе витал дух приближающегося праздника.

На главной площади, в самом её центре, возвышалась огромная ель — её ветви, густо усыпанные инеем, казались хрустальными. На верхушке дерева, красовался земной шар: стеклянный, тонкостенный, с прорисованными контурами материков.

Недалеко от ёлки, у чугунной ограды, сбившись в тесную кучку, грелись трое парней. Старший из компании Зуфар Аюпов, известный в городе под погонялом Зюпа, стоял чуть впереди, ссутулившись и глубоко засунув руки в карманы куртки-аляски. Рядом с ним переминался с ноги на ногу Вадим Самойлов, более известный как Винт, — он то и дело дёргал плечами, пытаясь унять дрожь, и шумно выдыхал густые белые клубы пара. Чуть позади, пряча покрасневший нос в поднятый воротник, топтался Андрей Панчеко. Все трое уже успели пригубить, но душа требовала продолжения банкета. Они потирали озябшие руки, переступали с ноги на ногу, а их взгляды лихорадочно блуждали по сторонам.

Внезапно из темноты возникла знакомая фигура  — в телогрейке, плотно запахнутой от холода, и шапке-формовке, надвинутой почти на брови. Это был восемнадцатилетний парень: невысокий, ладно сбитый, с коротко стриженными светлыми волосами, в которых тускло поблескивали отсветы редких фонарей. Глаза троицы тут же вспыхнули.

— Малыш, ты чё так долго? — обратился к нему Зюпа. В его голосе слышались нотки нетерпения, смешанного с облегчением.

— Очереди, — коротко бросил Малыш, подходя ближе. Его дыхание было частым, щёки — ярко алыми от холода, а ресницы слегка слиплись от инея.

— Ну что? Водка была? — уточнил Вадим, стуча зубами так, что слова получались прерывистыми. Он уже не пытался скрыть, как сильно его трясёт.

— Да! — просиял Малыш и, чуть помедлив, вытащил из-за пазухи бутылку. В ней, тускло поблёскивая в свете гирлянд, плескалась прозрачная сорокаградусная жидкость.

- Давай, открывай быстрее! – возмутился Вадим.

- Ща! - Малыш ловко сорвал пробку, поднёс горлышко к губам и сделал большой глоток. Его лицо на мгновение сморщилось, глаза чуть прищурились, а потом он резко выдохнул. Проведя тыльной стороной ладони по подбородку, он передал бутылку Зюпе.

— Как хорошо! — обрадовался Малыш, чувствуя, как живительная влага прокатывается по горлу и разливается по телу тёплыми волнами, растапливая изнутри морозную корку.

В этот момент его взгляд скользнул в сторону и остановился на паре, неспешно шедшей вдоль ограды. Девушка шатенка, среднего роста, лет двадцати, куталась в мохеровый шарф и доверчиво прижималась плечом к своему спутнику. Высокий парень, её ровесник, придерживал её за локоть. Они о чём-то тихо переговаривались, и время от времени девушка смеялась, прикрывая рот варежкой, а её лёгкий смех звонко разлетался по снежному парку.

Малыш замер, глядя на них, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на тихую зависть. Он резко двинулся в их сторону.

- Ты куда, бл..! – лишь успел сказать Зюпа, но было уже поздно.

- Эй, девушка-красавица, айда к нам, составишь нам компанию?

Малыш перегородил путь молодой паре, раскинув руки по сторонам. Пара удивлённо остановилась. Девушка прижалась к своему парню, в её взгляде мелькнул испуг.

— Вот дурак! — процедил вполголоса Зюпа.

— Слушай, парень, — голос кавалера стал жёстким, он чуть выдвинулся вперёд, прикрывая собой девушку, — девушка со мной. И никуда с вами не пойдёт.

- Ты чё такой борзый! – прикрикнул на него Малыш. – Пошёл нах отсюда!

Кавалер выдохнул, постарался говорить спокойно:

— Дружище, ты похоже выпил. Айда без глупостей, мы просто пройдём мимо. Сейчас праздник, давай не будем портить друг другу настроение.

Но Малыш уже не слышал его. Он рванулся вперёд и попытался схватить девушку за руку.

Кавалер среагировал мгновенно — резкий удар, и Малыш пошатнулся, рухнул в снег, глухо охнув.

В ту же секунду троица, что стояла чуть поодаль, сорвалась с места. Она набросилась на обидчика Малыша и начала его избивать.

— Люди, помогите! — крикнула девушка, её голос сорвался на визг.

- Ах ты сука! – воскликнул Малыш, поднимаясь на ноги.

В свете луны блеснуло лезвие ножа. Он бросился на обидчика.

- Атас! – крикнул Панченко.

Толпа рванула из парка, растворяясь в темноте. Внезапно в парке стало тихо. Лишь на снегу осталось лежать тело, под ним медленно растекалась лужа крови. Девушка склонилась над ним, её плечи вздрагивали, а из груди рвались беззвучные рыдания.