Восхождение. Том 4. Часть 35

- На востоке у нас больше нет единомышленников, - печально отвечал Рандар, выждав скорбную паузу. - Воины барона всех перебили. А за нами пустились в догонку боевой полк узурпатора. Так что мы тоже не в лучшем положении.
- Но теперь нас наберётся на полноценную боевую дивизию, - заметил Гунред, выслушав рассказ Рандара и подсчитав в голове примерное число подчинённых. - У нас достойно сил, чтобы дать бой бригаде столичных земель.
- Достаточно, - кивком юный генерал подтвердил слова Гунреда, в то же время раздумывавший над дальнейшими планами своего воинства. - Но нам неизвестно, когда наши союзники князья разберутся со своими проблемами, чтобы выслать нам подмогу. В открытом столкновении с умелыми воинами наши ряды сократятся вдвое, если не больше. А я пообещал своим союзникам к середине дождливых месяцев привлечь на свою сторону большую часть Наргилоса и расчистить им путь. Лишился воинства - столицы нам не видать.
Гунред, Мирия и Ягонрута были впечатлены теми спокойствием и рассудительностью, что наполняли речи их юного товарища. Они не видели наследника Наргилоса долгое время, и за эти года он заметно вырос и набрался мудрости. Теперь становилось понятно, с чего вдруг князья и другие генералы доверились его плану.
И всё же, Ягонрута, не желавшая изначально принимать участие в совете, который, в чём она была полностью уверена, должен был состояться в шатре генерала, вступила в дискуссию:
- Нам не обязательно впускать с ними в прямое противостояние.
Троица перевела взгляды на воительницу, которая более не желала признавать себя офицером и лидером.
- Южный земли Наргилоса славятся своими холмами и возвышенностями - именно благодаря им Нудзиру удавалось одерживать победу за победой. Правильное размещение войск - залог победы даже над превосходящим силой противником. А у твоих подчинённых, Рандар… то есть, у Ваших подчинённых, наследник Рандар, - поправила саму себя Ягонрута, - богатый опыт в диверсионных операциях и стремительных атаках. Если всё сложится удачно, нам удастся сразить королевское войско и проделать себе проход на юг.
Собравшиеся несколько мгновений смотрели на Ягонруту. Затем, переведя взгляды себе под ноги, принялись размышлять над словами воительницы. Наконец, Рандар первым развеял тишину, ответственно проговорив:
- У меня был план на случай встречи с королевскими войсками. Он рискованный, но в случае настоящей битвы может принести нам победу.
- Ну, выкладывай, Рандара, - со вздохом произнёс Гунред, не ожидавший от юного воина ничего гениального. - Посмотрим, чем тебя научили Венрад и Перин, да хранит Всевластитель их души!

***

К утру воины и разбойники, которые полночи провели за раздумьями, не перебьют ли их нежданные и сомнительные товарищи, принялись знакомятся друг с другом. Офицеры, как официальные, так и провозглашённые таковыми разбойниками, получившие от генерала и своих лидеров известия о совместных действиях, принялись сближать своих подчинённых: совместные дела, такие как охота, перекусы, тренировки и перепись припасов, могли сблизить любых смертных, с недоверием относившихся друг к другу.
Разумеется, на местах происходили словесные перепалки и даже стычки - без этого никуда. Однако же через пару дней прежние подозрения развеялись. Воины и разбойники, которые привыкли к слишком уж частным сменам товарищей и противников, без лишних вопросов и пререканий приняли тот факт, что теперь все они были единым воинством.
В то же время генерал Рандар, главарь Гунред и их приближённые - командиры и доверенные лица, дорабатывали план юного генерала, изменяя его под нынешние реалии.
Битва с войсками короля, по скромным подсчётам, должна была произойти примерно через две недели - к тому времени воины столичных земель, пройдя карающим маршем по поселениям, должны были дойти до того места, где скрывались войска мятежников и разбойников. Именно в этой местности должна была пройти битва, которая предрешит дальнейшую судьбу восставших.
За это время воинство в своем новом виде должно будет свыкнуться друг с другом, подготовится к битве с врагом и научится действовать сообща, ведь большая часть участников похода ранее участвовала лишь в диверсионных миссиях и мелких стычках, где преимущество получали путём скрытности и малого опыта сражений у противника. Скрытность будет преимуществом лишь в первые минуты битвы, а навыков столичных войск должно было хватить для того, чтобы быстро разгадать замысел мятежников. Потому в грядущем сражении войска Рандара и Гунреда должны были рассчитать на собственные умения и дисциплину.
Последующие десять дней новообразованный лагерь готовился к предстоящей битве: совместные сражения в ближнем бою, тренировка лошадей на холмистой местности, оттачивание знаний и реакции на приказы командиров. Хотя подавляющему большинству подчинённых всё это казалось формальностью, созданной главарями для того, чтобы воины не сочковали, пока они работали, данная практика должна была спасти большее число жизней. Ведь, как говорили мудрейшие, неподготовленное войско - хуже всякого врага.
Для реализации задуманной стратегии воинству мятежников пришлось истратить значительное количество припасов - в частности, трав и амальгам, что должны были пойти на варку целебных припарок, мазей от болей, а также приправ для еды и различных смесей, что спасали кожаные доспехи от трещин и заломов или помогали в короткие сроки полировать различные металлические фрагменты. Снадобье, которое намеревался сварить Рандар, было довольно простым и, более того, его часто использовали в деревнях и на полях, о чём юный командир узнал из книг давно усопшего Венрада. Однако для приготовления достаточного количества припарок приходилось истрачивать достаточное количество ресурсов.
Воины Рандара и разбойники Гунреда обрекали себя на тяжёлые времена, лишённые необходимых для выздоровления и восстановления раненных, а также на более скорый износ брони, оружия, подков и многих других важных предметов. Однако же, если такие жертвы могли обеспечить победу над целой боевой бригадой из столичных земель, многие были готовы расстаться с ценными припасами.
Когда все приготовления к битве были завершены, воинство выдвинулась к назначенному месту сражения. Всего пара дней, и мятежники примутся готовить засаду для королевского воинства. И, судя по тому, что ближайшие к тому месту поселения видели отряд разбойников, направлявшихся на юг, а войска столичных земель допрашивали жителей всех селений, что встречались им на пути, враг направится именно этой дорогой. Кроме того, эти земли были единственными во всей округе, где целое войско не рисковало сгинуть в болотах или непроходимых лесах, но где можно было укрыться от преследователей. По мнению наследника Наргилоса, здесь должно было пройти их врагам. А если они пройдут не здесь - у мятежников появится возможностью нанести удар в тыл противника.
Разместив дивизии по их местам и отдав последние распоряжения, Рандар, Гунред и многие из офицеры и приближённые принялись выжидать прихода врага, выставляя по всей округе соглядатаев, которые должны были предупредить о наступлении боевой бригады короля. В скором времени произойдёт битва, которая предопределит судьбу Наргилоса и, возможного, всего мятежного союза королевства Вундрат.

Глава 17

Боевой полк, в рядах которого находился капитан Думар, уже три недели находилось под предводительством полковника короля и протекцией воинства столичных земель. Как и прежде, в северном уделе, западные земли подверглись карающему и вседозволенному шествию воинства, состоявшего из тысячи восьмисот воинов. После пережитых лиходейств от разбойников поселениям западного удела пришлось подвергнуться новым испытаниям: жестоким допросам, множеству угроз, разграблениями, но разрешённым в ходе войны с захватчиками, поселений.
К счастью для Думара, в этот раз не пришлось никого казнить, и всё же наследник своего отца не был доволен продвижением защитников Наргилоса. Всё, что они делали - разоряли его собственные земли, позволяя врагам княжества уходить всё дальше. Лишь одну битву с реальными врагами удалось повидать капитану пехоты, однако в ней он не участвовал. Если всё продолжится подобным образом, единственным, чем сможет хвалится Думар заняв княжеский трон - разорение подданных и казни тех, кого лишь с сильной натяжкой можно было назвать предателями. Перспектива - крайне сомнительная. Впрочем, всем этим хвастали правители ныне восставших княжеств, так что, возможно, ситуация была не такой плохой для следующего правителя Наргилоса, каким себя считал Думар.
Тем не менее, майор Сефенахт держался достойно всякого уважающего себя воина: верно исполнял приказы вышестоящего офицера и не высказывал своих жалоб. Хотя по выражениям на его лице, что редко и мимолётно менялось, можно было проследить недовольство действиями королевских войск.
Думар, за многие месяцы знакомства кардинально поменявший своё мнение об ваулирийцу, считал чужеземца эталоном воинской стойкости и несгибаемости. Потому, вторя своему майору, Думар также был исполнительным и немногословным, считая, что лишь дисциплина поможет ему добиться значимых успехов в собственном возвышении.
В середине месяца Урожая воинство объединённых сил короля и князя Домура приближалось к границе южного удела. Судя по всему, разбойники успели сбежать в родные земли, а значит - поиски ренегатов затянутся ещё на пару месяцев.
И всё же, в этой ситуации для Думара, да и всех юный воинов, желавших проявить себя, был один значимый положительный момент: на юге Наргилоса сейчас могли размещаться войска лже-наследника, который переманивал людей южного княжества на свою сторону. Если двум воинствам удастся встретится, капитан пехоты Думар и многие неопытные воины могли окропить себя славой и честью. Потому, направляясь в южные земли, многие желали не столько разыскать разбойников, сколько наткнуться на главных врагов своего княжества, что слишком уж долго отравляли жизнь их родных земель.
Минула середина дня. Хотя поход воина начался с рассветом, в здешней местности стоило держать ухо в остро: холмы и возвышенности могли скрывать угрозу, что стремилась уничтожить бравых защитников Наргилоса и весьма суровых, но всё же праведных заступников всего королевства.
Прошло не меньше получаса с тех пор, как войско защитников престолов зашло в опасные земли. Пение птиц, шелест листвы, лёгкий северный ветер, согревающие лучи блаженного Варнира - всё говорило о безмятежности и напрасности тревог воинов. К несчастью, чувства смертных часто вверяют истинность ошибочным заключениям.
Воинов пронзил леденящий порыв северного ветра. Мышцы сжались, зубы заскрипели, доспехи забренчали. Одно мгновение. Горящие стрелы пронзили землю. Почва, покрытая толстым слоем легко воспламеняемого масла, вспыхнула, и языки пламени, словно пытаясь пожрать самих себя, помчались в две стороны от места падения стрелы, образуя пылающие стены, буквально зажавшие целый боевой полк, находившийся в низине, меж двух огней.
Лошади, находившиеся в передних рядах, принялись неистово ржать. Мятежникам пришлось добавить листья Доргена, чтобы масло горело дольше и с большим горением. Хотя листья Доргена были весьма ценными, особенно в холодные месяцы, для реализации стратегии ренегатам пришлось истратить столь дорогой и редкий ресурс. К счастью для Рандара, получив донесения о приближении врагов от своих соглядатаев, подчинённые успели разлить смесь масла и травы до того, как враг их завидел.
Однако же появилась другая проблема: войско столичных земель, разделив своё воинство на три отдельных боевых полка, избежало полного попадания в ловушку, что требовало скорейшего изменения стратегии.
В то же время воины короля пришли в себя и, стремясь успокоить лошадей, высмотрели на холмах своих врагов - лучников, что приготовились обрушить на королевские войска град стрел.
- Поднять щиты, - немедля приказал майор первого боевого полка, приходившийся полковником всего воинства из столичных земель. - Лучники - убейте врага.
Воины тут же принялись исполнять распоряжение своего лидера. Офицер в свою очередь, подняв щит, принялся крутить головой из стороны в сторону, ожидая дальнейших действий врага и продумывая дальнейшие приказы для своих подчинённых.
В это же время два боевых полка, оставшиеся в отдалении от места засады, но находясь достаточно близки для того, чтобы разглядеть огненные стены, приготовились к битве. Сефенахт, находившиеся на правом фланге, не стал медлить и в тот же миг заговорил громогласным, вселяющим воодушевляющий трепет голосом:
- Воины Наргилоса, вот и настал шанс доказать свою верность князю и отчизне! Без сомнения, перед нами воинство лже-наследника. Рубите врага без пощады. Не дайте им убежать. Пусть сотня воинов покажется целой тысячей. Вперёд - за Наргилос!
Воины, и младшие, и старшие повытаскивали свои оружия, воскликнули боевым кличем и, пришпорив лошадей, помчались к месту сражения.
- Гунред, - заговорил с лидером разбойников генерал Рандар, - нужно прикрытие! Защитите наши тылы.
Гунред без промедления принялся выполнять распоряжение юного наследника Наргилоса. Теперь он был не тем пугливым и стеснительным юношей, каким лучник встретил его когда-то, в лагере Перина. Он стал уверенным и мудрым полководцем, чьи навыки и опыт подтверждал придуманный им план, который был весьма грамотным.
Лидер разбойников быстро развернул свою лошадь и направил её на север, задув в боевой рог - то было знаком для его подчинённых и дивизии Мирии, расположившейся на противоположной стороне холмов, отправляться в бой.
Всех лучших верховых, как разбойников, так и воинов, отдали под распоряжение Гунреда и Мирии. Ягонрута отказалась брать на себя обязанности предводителя боевой дивизии, что сильно смутило и даже оскорбило Рандара. Впрочем, юный генерал решил, что неподчинение Ягонруты своему генералу и наследнику княжества было связно лишь с влажностью битвы и неуверенностью воительницы в себе. А счастью, для Ягонруты нашлась пристойная замена, и всё же - Рандар был раздосадован отказом своей наставницы.
Оставшиеся лучники и пехотинцы возвышались на холмах - преодоление возвышенности должно было занять у войск короля много времени и сил, что позволило бы мятежным воинам отстреливать и рубить врагов до того, как те взберутся на холмы.
Боевой полк Сефенахта приближался к холмам. Майор ваулириец завидел приближение врага издалека - воин и многие его подчинённые даже были рады тому, что им, наконец, спустя столько месяцев, проведённых за бесконечными переездами и допросами, удастся схлестнуться с настоящим врагом в настоящей схватке.
- Покажите вашу силу! - Кричал ваулириец своим подчинённым. - Покарайте врагов вашего княжества!
В ответ Сефенахт вновь услышал воинственный клич. До вражеского войска оставалось не больше двух десятков метров - несколько сотен верховых столкнуться в жестокой и славной кровавой сече. И пусть вражеских сил было вдвое меньше, всё же ваулириец надеялся увидеть достойное сопротивление.
Однако же ответный удар мятежного воинства пришёл ещё до того, как лошади двух сторон соприкоснулись: в сторону боевого полка князя Домура полетели непонятные склянки с зеленоватой жидкостью внутри.