Дорога сама выбирала путь

В начале июля мне предложили поехать в Обадере. Предполагалось, что туда приедет с ночёвкой Семён. Место в горах, насиженное туристами, обещало встретить хорошей для отдыха погодой. Плюс природа, свежий воздух, компания. Я сразу подумал, что поездка может получиться интересной, а заодно появится возможность увидеться с Семёном и, может быть, на будущее напроситься к нему в гости.

Взял я с собою внука Тёмку и отбыл с небольшой компанией друзей. Туда же приехали ещё знакомые ребята — такие, знаете, довольно кручёные туристы. Они появились на пикапе, привезли с собой всякую амуницию, раскладные столы и скамейки, мангал и всё необходимое для основательного застолья на земле. Едва приехав, они принялись за готовку. Всё происходило быстро и привычно: кто-то раскладывал вещи, кто-то разводил огонь, кто-то занимался едой.

Тёмка, как всегда, оказался в самом центре событий. Любопытство у него такое, что удержаться в стороне он просто не может. Он крутился возле мужиков, всё расспрашивал, старался помочь, заглядывал во все дела. Ребятам это понравилось. Они быстро нашли с ним общий язык, стали разговаривать, что-то ему показывать и поручать маленькие дела.

Когда всё было готово, и накрыли стол, Тёмку посадили за стол первым. Пацан был чрезвычайно доволен: ещё бы, взрослые мужики приняли его за своего, да ещё и доверили ему место за столом раньше всех. Он сидел счастливый, с важным видом, и явно чувствовал себя полноценным участником этой компании.

А ещё до поездки я прикинул: если Семён всё-таки приедет, то, может быть, потом удастся уехать вместе с ним. Иногда он приезжает на джипе, и тогда можно было бы просто перебраться к нему. План казался простым и удобным. Оставалось только дождаться Семёна.

Но Семён приехал не на джипе, а на мотоцикле. Он объяснил это совершенно спокойно:

— Так удобнее. На мотоцикле можно проскочить там, где машина не пролезет. Да и путь получается короче.

Я только вздохнул: что ж, значит, мой план с джипом не сработал. Ладно, не получилось — и ладно. Но Семён предложил другой вариант — добираться автостопом.

— Машины там ездят, — сказал он. — Поймаем какую-нибудь.

Звучало это легко, будто речь шла о поездке на соседнюю улицу. Но впереди у нас была дорога, которую ещё предстояло пройти.

Тем временем ребята, с которыми мы приехали, почему-то решили уезжать довольно рано. Анжела, насколько я понял, собиралась уехать где-то около четырёх часов. В итоге решили так: я сел в машину к тем основательным ребятам, и они довезли нас до просёлочной дороги, где можно было попытаться поймать машину в сторону Каракалы.

Сначала нам нужно было добраться до посёлка Курждей. Мы остановились у дороги и стали ждать. Солнце палило, а время тянулось медленно. Около полутора часов мы простояли под солнцем. Машины проезжали мимо, но подходящих не было.

Наконец какая-то машина, ехавшая вообще не по нашему пути, вдруг остановилась. Люди внутри предложили нам холодные напитки. Для Тёмки это стало почти событием. Он изумился такой неожиданной доброте и с интересом наблюдал за всем происходящим. Мы поблагодарили людей, а потом снова остались ждать.

Через некоторое время проехал Семён. Мы его увидели, но продолжили сидеть и ждать. Я уже начал думать: вот если вдруг сейчас появится Анжела, то можно будет поехать с ней домой и закончить наше путешествие. Но Анжелы не было.

Зато остановился какой-то яшули. Я подошёл к машине и спросил:

— Уважаемый, до Курждея довезёте?

— Да. Садитесь, довезу.

Мы забрались в машину и поехали. До Курждея дорога занимала примерно полтора-два часа. За окном постепенно менялся пейзаж, а мы приближались к месту, которое было для нас только промежуточным пунктом.

Когда приехали, я спросил:

— Сколько с нас, уважаемый?

— Сорок манат.

Спорить я не стал, хотя обычно с автостопщиков деньги не брали. Заплатил, и мы вышли. Теперь предстояло решить следующую задачу: как ехать дальше.

И вот тут начались сложности. Вокруг почти никто не говорил по-русски, а нам нужно было объяснить, куда мы направляемся. Казалось, что обычная поездка превращается в небольшую экспедицию. Но тут я вспомнил одну удивительную вещь: профессор, с которым я когда-то работал в институте, был родом именно из этого посёлка.

Я позвонил ему. Дозвонился и сказал:

— Представляешь, я сейчас на твоей родине.

Он удивился, расспросил, где именно мы находимся, а потом предложил:

— Дай трубку кому-нибудь из местных.

Я передал телефон молодому парню. Но по нему сразу было видно, что особого желания связываться и заниматься нашими дорожными проблемами у него нет. Он поговорил с профессором, вернул мне телефон — и всё.

Мы стали обращаться к другим людям. Подходили, объясняли, куда нам нужно, пытались найти хоть кого-нибудь, кто мог бы помочь. Но несколько попыток закончились безрезультатно. Уже начинало казаться, что мы застряли в Курждее надолго.

И вдруг один молодой парень посмотрел на нас и сказал:

— Садитесь. Я вас довезу до Тутлы-Кала.

Мы, конечно, долго не раздумывали. Сели и поехали.

До Тутлы-Кала добрались без приключений. Самое приятное было то, что парень не взял с нас ни копейки. Просто помог — и всё. Такие моменты и особенно люди в дороге запоминаются. Когда долго ищешь человека, который согласится тебя подвезти, любая бескорыстная помощь воспринимается почти как подарок.

В Тутлы-Кала жил мой сосед-нохур Довран. Я позвонил и ему. Правда, он там сейчас бывает редко. Но, как оказалось, именно в этот день всё сложилось особенно обидно: Довран был в Тутлы-Кала всего час назад. Вот если бы позвонить пораньше, подумал я, он мог бы довезти нас прямо до Каракала.

Но сожалеть было уже поздно. Оставалось искать следующую машину. На всякий случай я держал в голове запасной вариант: если совсем застрянем, Довран к вечеру приедет, и тогда переночуем у него. По крайней мере, без крыши над головой не останемся.

Вскоре мне удалось поймать машину. Мы сели и поехали дальше, вдоль берега Сумбара. Дорога постепенно вывела нас к Каракалу. Нас высадили возле заправки. Казалось бы, мы почти приехали, но до Папхая, где жил Семён, оставалось ещё около пяти километров.

Я позвонил Ване, брату Семёна. Он сказал:

— Сейчас приеду.

Мы стали ждать.

Сидим, ждём. Время идёт. И вдруг к нам подъезжает машина. Из неё выходит человек с улыбкой и сразу обращается ко мне:

— О-о-о, Андрей! Ты чего здесь сидишь?

Я поднял глаза, стал всматриваться — и вдруг узнал его. Ека! Это же студент того института, где я тогда работал. Причём история с ним была старая и неприятная: когда-то он не заплатил мне договорённую сумму, а потом просто исчез. Поэтому, едва я его узнал, у меня сразу возникли к нему вопросы. Я стал довольно резко высказывать ему всё, что думал о той старой истории.

Тут Безерген, который был рядом, спросил:

— А сколько он тебе должен?

Я назвал сумму — около четырёхсот манат.

И произошло совершенно неожиданное. Этот человек молча вытащил из кармана деньги и протянул их мне.

— Вот, — сказал он. — Расчитаемся.

Он действительно расплатился и уехал. Ситуация, которая ещё минуту назад казалась продолжением старой обиды, вдруг закончилась самым простым способом: долг был возвращён.

А вскоре подъехал и Ваня. Наконец-то мы добрались до места. Однако и здесь нас ждало небольшое испытание. Гостиница, на которую мы обычно рассчитывали, оказалась занята. Причём дело было не просто в том, что свободных комнат не оказалось. Там поселился какой-то барбос со своими такими же, как он, приятелями и другими из псовых. Зачем-то они привезли с собой собак.

Собаки оказались очень агрессивными. Подходить к гостинице было попросту опасно. Поэтому от идеи ночевать там пришлось отказаться.

Тогда мы поставили палатку под виноградником и устроились в ней. Ночью в этих местах довольно холодно. Тёмка забрался в спальный мешок и кутался в него, стараясь сохранить тепло.

А вокруг была своя жизнь. У Семёна трое детей, примерно одного возраста с Тёмкой, и ещё один проживающий — Самуил. Получилась целая детская компания. Тёмка словно попал в свою карусель: новые ребята, разговоры, игры, движение, постоянные события. Ему всё было интересно, и оторвать его от этой компании было почти невозможно.

У меня же времени практически не оставалось. Я рассчитывал многое сделать во время этой поездки, но одно за другим дела откладывались. Что-то было задумано, что-то нужно было успеть, но дорога, люди и обстоятельства постоянно меняли планы.

И всё же я нашёл время съездить в Дайна. Этот просёлок находится на высоте около 1200 метров. Жары там особенно не бывает, климат приятный, а природа замечательная. Там хорошо растут разные ягоды, разбиты сады, особенно славятся вишни.

Собственно, за вишней мы туда и приехали. Загрузили её в джип, а потом оказалось, что время ещё есть. Можно было немного погулять. Мы решили съездить в сад.

Сад оказался прекрасным. Повсюду тень, прохладные ручьи, кусты смородины, зелень. Воздух совсем другой — свежий, горный. Но нас интересовала прежде всего вишня.

Я сорвал несколько ягод. Сначала осторожно, буквально пару штук. Всё время думал, что сейчас кто-нибудь подойдёт и начнёт нас прогонять. Но никакой реакции не последовало.

Я сорвал ещё несколько. Потом ещё. Люди, которые там работали, всё это видели, но не сказали ни слова.

Тогда мы окончательно осмелели. Ходим по саду, рвём вишню, едим. Дети тоже едят, радуются. И всё это время я ждал, что вот-вот кто-нибудь сделает нам замечание. Но никто не предъявил никаких претензий.

Так обычная поездка, которая сначала казалась простой и понятной, постепенно превратилась в настоящее дорожное приключение. Мы ехали автостопом, несколько раз меняли машины, искали людей, способных понять нас и подсказать дорогу, случайно встретили старого знакомого и даже неожиданно вернули давний долг. А закончился этот день под виноградником, в палатке, рядом с детьми, горами и садом, где нам почему-то позволили есть вишню столько, сколько хотелось.