Арктический Ми-2 и полярный вызов

Едва за вахтовым «Уралом» спасенных геологов закрылись тяжелые ворота гаража, Марина Никифоровна собрала всю братву у верстака. Время праздников кончилось. На повестке дня стояло новое, сложнейшее предполётное задание от Управления полярной авиации — заброска научной группы на дрейфующую станцию в море Лаптевых. Условия экстремальные: мороз под минус сорок, шквалистый ветер и обледенение.Для такой миссии тяжелый Су-25 не подходил — садиться предстояло на обломки ледяных торосов. Нужен был проверенный работяга Ми-2. Но в базовой комплектации вертолет в Арктике просто замерз бы на лету.Модернизация «двойки»За дело взялся тандем инженерной мысли — Смекайло-де-Цопфи и Анжела Власенко. В гараже снова закипела круглосуточная работа:Борьба с обледенением: Анжела Власенко предложила полностью перебрать противообледенительную систему (ПОС). Вместо штатных резиновых протекторов на передние кромки лопастей несущего и рулевого винтов установили модифицированные электротепловые нагревательные элементы. Владимир Пиняев лично перепаял реле управления, запитав их напрямую от мощных генераторов переменного тока СГС-30У.Запуск в экстремальный мороз: Двигатели ГТД-350 капризничали на холоде. Смекайло-де-Цопфи применил ту самую народную смекалку. Он спроектировал автономную систему предпускового подогрева, врезав в масляный контур дополнительные теплообменники, работающие на парах керосина. Теперь запуск турбин занимал минуты даже при сильном обморожении.Топливо и КИПиА: Чтобы керосин ТС-1 не кристаллизовался от полярных температур, Мирон Токарев выточил на станке специальные переходники для подмешивания противокристаллизационной жидкости «ИМ». Старый техник Василий Васильевич Анисимов лично проверил каждый стык топливной магистрали на герметичность, а Лида и Таня проложили по всему фюзеляжу дополнительный слой теплоизоляции из фольгированного пенофола.Когда обновленный, выкрашенный в ярко-оранжевый полярный цвет Ми-2 выдал на приборах Пиняева идеальные параметры, Смекайло довольно хлопнул Анжелу по плечу: «Ну, Власенко, теперь эта птичка и на Северном полюсе не чихнет!».Полет сквозь буранРанним утром Марина Беленькая заняла левое кресло пилота. Справа, внимательно следя за манометрами и полярной навигацией, устроилась Анжела Власенко. Сзади, среди ящиков со спецоборудованием, уселся Смекайло-де-Цопфи.Полярное небо встретило команду сурово. На подлете к морю Лаптевых вертолет накрыл плотный снежный заряд. Видимость упала до нуля, лобовое стекло мгновенно затянуло ледяной коркой.— Включаю ПОС лопастей и обогрев стекол! — четко скомандовала Анжела, щелкая тумблерами.— Давление масла в норме, подогрев Смекайло держит температуру! — отозвался из кабины бортинженер.Ми-2 швыряло нисходящими потоками воздуха. В какой-то момент из-за перегрузки в буране забарахлил левый двигатель — упали обороты турбины. Вертолет начал проседать к ледяным торосам. В обычных условиях это означало бы катастрофу.— Спокойно, Никифоровна, держи горизонт! — крикнул Смекайло-де-Цопфи. Он на ходу перекрыл аварийный клапан подачи топлива и вручную перевел дренаж системы подогрева в режим максимальной продувки.Народная смекалка сработала: движок чихнул, выбросил облако сизого дыма и снова взревел на максимальных оборотах. Модернизированная «двойка» выровнялась. Через пять минут Марина мастерски вывела вертолет из бурана прямо к полярной станции.Посадка на льдинуПолярники, уже не надеявшиеся увидеть вертолет в такую погоду, выбежали навстречу. Марина ювелирно притерла лыжи Ми-2 на крошечный, расчищенный от торосов пятачок. Научная группа и ценное оборудование были доставлены в целости и сохранности.Обратный путь в родной гараж прошел без приключений. Когда оранжевый Ми-2 коснулся родной бетонки, Ангелина Мельник уже выносила на улицу огромный, парящий таз со свежими пельменями, обильно политыми уксусом. Мирон Токарев с улыбкой откупорил бутылку портвейна «Три Топора».Братва обняла уставших, но счастливых полярных героев. Задание было выполнено на отлично!Вот и сказки конец, а кто читал — ОТМЕННЫЙ МОЛОДЕЦ!