Мурзик и Ночной Шуршун

Мурзик и Ночной Шуршун

Однажды вечером Изюмчик пришёл к Мурзику.

На мышонке была новая жилетка, которую Мелисса связала ему из «Лунной Мяты». В сумерках пряжа тихонько светилась.

Мурзик обошёл Изюмчика кругом.

— Удобно, — сказал он. — Если потеряешься ночью, тебя хотя бы будет видно.

— Я не потерялся, — сказал Изюмчик. — Я вообще-то пришёл из-за Шуршуна.

Мурзик остановился.

— Из-за кого?

Изюмчик оглянулся.

— Ночного Шуршуна.

— А дневной бывает?

Изюмчик задумался.

— Надеюсь, нет.

По ночам возле его окна раздавалось:

шурх… шурх…

А у двери:

шур-шур-шур…

А вчера Изюмчик увидел в саду два светящихся глаза.

— Вот таких! — сказал он и широко развёл лапки.

— Огромные, — заметил Мурзик.

Изюмчик посмотрел на свои лапки и немного уменьшил расстояние.

— Ну… таких.

И тут в кустах раздалось:

ШУРХ!

Мурзик подпрыгнул.

Высоко.

Изюмчик поднял голову.

— Ты испугался?

— Нет.

— А почему прыгнул?

Мурзик подумал.

— Проверял, что там сверху.

— И что там?

Мурзик посмотрел наверх.

— Ветки.

Изюмчик кивнул.

Очень разумно.

Перед сном друзья зашли к Мелиссе.

Она сидела возле корзины с пряжей и что-то вязала.

— Значит, Шуршун? — спросила она.

Изюмчик кивнул.

— Большой?

— Наверное.

— Ты его видел?

— Нет.

— Зубы видел?

— Нет.

— Лапы?

— Нет.

Мелисса улыбнулась.

— Пока получается, что вы знаете только про шорох и два глаза.

Мурзик серьёзно кивнул.

— Но шорох очень подозрительный.

— Иногда то, чего мы не знаем, кажется нам страшнее, чем оно есть на самом деле, — сказала Мелисса.

Она поправила жилетку Изюмчика.

— Если станет страшно, не спешите. Остановитесь. Послушайте. Посмотрите.

— И держаться вместе? — спросил Изюмчик.

— Обязательно.

Ночью дом Изюмчика выглядел совсем иначе.

На стуле висела рубашка.

В темноте она была похожа на кого-то высокого и очень неподвижного.

Изюмчик замер.

Мурзик поднял лампу.

— Рубашка.

Он достал блокнот и записал:

Страшная фигура — рубашка.

Тут за окном раздалось:

ТУК!

Изюмчик нырнул под одеяло.

Мурзик выглянул наружу.

Под яблоней лежало яблоко.

В блокноте появилась новая строчка:

Тук — яблоко.

Потом по крыше кто-то пробежал:

топ-топ-топ!

Изюмчик снова спрятался.

Мурзик выглянул в окно.

На крыше сидела Стрекотуха.

— Это ты?

— Я, — сказала сорока. — А что?

— Ничего.

— Тогда не мешай.

И улетела.

Мурзик записал:

Топот — Стрекотуха.

Изюмчик выглянул из-под одеяла.

— Уже три страшных вещи оказались не страшными.

Мурзик пересчитал записи.

— Точно.

И тут из сада донеслось:

шурх…

Оба замерли.

Шурх… шурх…

Изюмчик прижал лапки к светящейся жилетке.

— Вот он.

Кончик хвоста Мурзика дрогнул.

Он прислушался.

Шурх…

— Мне тоже немного страшно, — сказал он.

Изюмчик удивлённо посмотрел на него.

— Тебе?

— Немного.

— А ты сыщик.

— Сыщики тоже боятся.

Изюмчик помолчал, потом протянул лапку.

— Вместе?

Мурзик пожал её.

— Вместе.

Они подошли к двери.

Остановились.

Послушали.

Шурх…

Посмотрели.

Под дверью мелькнула маленькая тень.

Жилетка Изюмчика тихонько светилась, и возле его лап лежало зеленоватое пятнышко света.

Мурзик взялся за ручку.

— Готов?

— Нет.

— Я тоже.

Он открыл дверь.

Возле забора сидело что-то круглое и лохматое.

Из шерсти светились два глаза.

Изюмчик спрятался за Мурзика.

Мурзик тоже с удовольствием спрятался бы за кого-нибудь.

Но позади никого не было.

Пришлось остаться спереди.

— Ты Шуршун? — спросил он.

Существо зажмурилось.

— Не свети.

Мурзик опустил лампу.

Шуршун оказался совсем небольшим.

Серым.

Круглым.

Очень пушистым.

Шерсть у него была такой длинной, что волочилась по земле.

Шуршун сделал шаг.

Шурх.

Ещё один.

Шурх-шурх.

Изюмчик моргнул.

— Так это ты шуршишь?

Шуршун посмотрел на собственную шерсть.

— Я.

— А зачем ты приходил?

Шуршун принялся копаться в шерсти.

Покопался под одним боком.

Под другим.

Наконец достал маленький красный мячик.

Изюмчик ахнул.

— Мой!

Он потерял его несколько дней назад.

— Я хотел вернуть, — сказал Шуршун.

— Почему не постучал?

Шуршун опустил уши.

— Боялся.

Изюмчик удивился.

— Ты боялся меня?

— Немного.

— А я боялся тебя.

— Я заметил.

Они посмотрели друг на друга.

Получалось смешно.

Изюмчик боялся выходить из дома.

Шуршун боялся подходить к дому.

А между ними была обычная дверь.

Изюмчик медленно вышел из-за Мурзика.

Жилетка из «Лунной Мяты» тихонько светилась.

Шуршун посмотрел на неё.

— Ты светишься.

— Это жилетка.

Изюмчик посмотрел на глаза Шуршуна.

— А у тебя?

— Глаза.

— Просто глаза?

— Просто глаза.

Изюмчик подошёл ещё ближе.

— А зубы?

Шуршун открыл рот.

Зубы были маленькие.

Один торчал немного в сторону.

Изюмчик засмеялся.

Шуршун сразу закрыл рот.

— Что?

— Ничего.

— Зуб?

Изюмчик попытался перестать улыбаться.

— Немного.

Шуршун насупился.

Изюмчик представлял его огромным и страшным.

А Шуршун оказался похож на пушистую подушку.

— Только ночью больше не стой у окна, — попросил Изюмчик.

— Хорошо.

— Лучше постучи.

— Хорошо.

— И скажи: «Это я».

Шуршун кивнул.

— Хорошо.

На следующее утро Мурзик и Изюмчик снова пришли к Мелиссе.

Она сидела у окна с вязанием.

— Ну? — спросила она. — Нашли Шуршуна?

Из-за куста показались два серых уха.

Потом глаза.

Потом весь Шуршун.

— Вот он, — сказал Изюмчик.

Мелисса улыбнулась.

— И какой он?

Изюмчик посмотрел на нового знакомого.

Подумал.

— Пушистый.

Мурзик открыл блокнот и написал:

Ночной Шуршун

Небольшой.
Очень пушистый.
Шуршит шерстью.
Сам иногда боится.

Изюмчик заглянул в блокнот.

— А про жилетку?

Мурзик посмотрел на мягкое свечение «Лунной Мяты».

Подумал и добавил:

Маленький свет тоже помогает.

Из кустов донеслось:

шурх-шурх.

Изюмчик вздрогнул.

Потом вспомнил.

— Шуршун?

— Я!

Изюмчик расслабился.

— Тогда ладно.

Шуршун выбрался из кустов.

— А завтрак будет?

Мурзик закрыл блокнот.

— Вот это уже важный вопрос.

И все вместе пошли завтракать.