У каждого своя дорога к счастью

Вот уже несколько лет, особенно после смерти жены, я живу уединенно в дачном поселке. И вот у меня появился сосед. Приехала машина, грузчики несколько часов лениво таскали вещи из кузова в дом. Дом этот, сколько я себя помню, всегда стоял пустой, огромный и безжизненный. И вот у дома появился жилец, впоследствии выяснилось, что и хозяин.

Прошло ещё несколько дней, прежде чем я снова увидел соседа. Высокий, моложавый, лет пятидесяти, явно офицер в отставке. Я почти машинально кивнул, но ответа не дождался. И честно, меня это как-то покоробило, но ненадолго. Все нормально, каких только людей я не повидал в своей жизни…

Я и забыл о нём, но как-то услышал настойчивый стук в калитку. Черныш, мой самый некомпетентный сторож в мире, вместо лая просто подбежал к калитке, вертя хвостом. Сосед стоял с выражением лица короля, который изволил снизойти посетить грязную таверну. Подойдя к калитке, я намеренно зевнул и громко произнёс:

- Ничего не покупаю. Смело шагайте дальше. - и повернулся, чтобы идти в дом. Но сосед, явно опешив, произнёс:

- Я - ваш сосед, недавно сюда переехал и хотел спросить, где тут магазин? Воду из скважины пить невозможно, надо где-то купить питьевую. Не подскажете?

Я рассказал, что покупаю воду для питья большими бутылями, на обмен. А водой из скважины мою посуду и себя. Объяснив, в какой стороне магазин, озябнув, зашёл домой. Черныш проскользнул в дом передо мной.

В следующий раз увидел соседа через неделю. Я возвращался из города, после первого свидания с Татьяной, прогулки по городу и сидения в кафе с кофе и чизкейками. Сосед явно подкарауливал меня, стоя у своей калитки и время от времени выглядывая на улицу. Увидев меня, он вышел навстречу и поздоровавшись, буквально выдавил из себя:

- Сосед, у меня сегодня день рождения...Почти круглая дата. Дети далеко, друзья и родственники в другом городе. Вот после службы переехал сюда и пока не обзавёлся ни друзьями, ни знакомыми. Хочу пригласить вас. Я не привык праздновать в одиночку. Часам к шести жду вас.

Я так растерялся,  что не успел ни в чём возразить или отказаться. Сосед чётко, по-военному развернувшись, зашёл в дом. Странное это чувство быть приглашённым на некий праздник практически незнакомым человеком да ещё и в забытом всеми загородном посёлке. Прямо как начало детектива или фильма ужасов.

Ровно в шесть я был у калитки и не успел я постучать, как она распахнулась и меня изволили впустить внутрь. Войдя в дом, обратил внимание на множество фотографий, развешанных по стенам. Черно-белые и цветные - и все на одну тематику: море, причалы, подводные лодки и улыбающиеся лица в форме, тельняшках, кителях. Хозяин представился:

- Анненский Сергей Семёнович, капитан первого ранга. Балтика. Подводник. Уже год как на пенсии, и вот живу тут. Думал, что купил дом в загородном жилом посёлке, но такого безлюдья не ожидал. Прошу к столу. Как говорится, разговорами сыт не будешь.

 Стол был накрыт чисто в мужском стиле. Селёдка, картошка, сало и солёные огурчики, из изысков - салат «Оливье». Запотевшая «Белуга». Первый тост за знакомство, а после и за ВМФ, и за подводный щит державы. Я рассказал о себе, а Семёныч принёс альбом со снимками детей, семьи и сослуживцев. Дети живут в другой стране, несколько лет как разведён, впереди одинокая приближающаяся старость. Вроде нормальный мужик и поговорить интересно, да и судьбы у нас в чём-то схожи, ну хотя бы тем, что мы оба тут в одиночестве «на куличках». Засиделись мы далеко за полночь. Хорошо, что до дома ровно 127 шагов. Так и началось наше знакомство.

                ***

Через день по будням в посёлке работает магазин. Я в основном тут, рядом покупаю хлеб и питьевую воду в 19-литровых бутылках. Обычно магазин не кишит покупателями, а тут обратил внимание на женщину, что, стоя у прилавка, что-то активно и громко обсуждала с продавцом. Поздоровавшись, обратил внимание на ее внешний вид. Лет 35-40, ярко накрашенная блондинка в короткой юбке и цветной куртке. А самая обращающая на себя внимание деталь - это туфли, ярко красные, на высоченном каблуке. Я сразу подумал, что в наших проулках в таких не походишь даже в сухое время, по гравию ходить в таких невозможно. Краем уха я пытался услышать тему разговора между этой яркой бабочкой и продавщицей, но они тут же заговорили на пониженных тонах и услышать что-либо было невозможно. Выбрав булку хлеба посвежее и воду, рассчитался картой и погрузил воду в тачку.

Ещё не успел отъехать от крыльца магазина, как увидел шагающего мне навстречу своей бравой походкой Сергея Семёныча. Мы поздоровались, коротко обсудили погоду, политические новости и распрощались. Я повёз тачку к себе, а Семёныч шагнул в дверь магазина. Пошёл слабый снежок, я с удовольствием ловил ртом падающие снежинки. Уже вечером, готовя ужин себе и Чернышику, я вышел из дома и увидел: снегу нападало столько, что уже скоро нужно будет  чистить двор от сугробов. Выглянув из калитки на дорогу, увидел колею от колёс тачки с водой, следы сапог Семеныча и рядом следы явно от женской обуви на шпильках. Я немного удивился, но как-то не особо.
       
Дух человека крепче всего на свете. Человек может вынести, наверно,  любые трудные испытания. Но телом человек зачастую слаб: невидимые бактерии и вирусы могут свалить с ног даже самого сильного атлета. Так и я оказался в когорте тех, кого подчинили себе вирусы. Если прямо сказать: я заболел. Высокая температура, обложное горло и кашель. Пробовал пару дней обойтись народными проверенными средствами: мёд, малина, горячий чай - пока не свалился рядом с диваном не мог заставить себя вызвать скорую. Медики приехали через два часа. Фельдшер долго слушал меня через стетоскоп, заглядывал в горло, измерял температуру, затем не вынес вердикт: госпитализация...

В глубине души понимал правильность этого действа, но как быть с Чернышиком? Куда его деть? Он, конечно,  уличный и жил как-то раньше без хозяина, но сейчас он мой друг и верит, что я рядом и не брошу его. Поэтому я, попросив фельдшера подождать пару минут, бегом рванул к Семенычу. Калитка была не на замке, и, забежав во двор, уже стучал в дверь дома. Семеныч открыл и, не пуская меня в дом, выжидательно смотрел на меня. Я рассказал, что еду на скорой в больницу и прошу присмотреть за Чернышом. Ну там пустить во двор в дождь и накормить чем придётся. Договорились, что я оставлю ключ от своей калитки, и Семёныч будет запускать Черныша ко мне во двор спать ночью на диванчике под навесом.

Вроде всё обговориди. Но тут, уже уходя, увидел красные лаковые женские туфли на шпильках в углу прихожей. Попрощавшись, я побежал к машине скорой помощи. Запер дверь в дом, вывел Черныша на улицу и...В общем поехал, хотя на душе было муторно и мерзко.

В больнице рентген выявил у меня острый бронхит, к счастью, не обнаружив ничего серьёзного, вирусного или бактериального. Так что через два дня я уже своим ходом ехал из больницы домой. А дома тишина, снег растаял, улицы превратились в траншеи с грязью. Осторожно выбирая путь, дошёл до своего дома и открыл калитку. Снег ещё лежал там, куда не доставали солнце и ветер. Громко позвав Черныша, я увидел, как он, мокрый вылезает из дырки в заборе соседнего участка. Не веря себе, он медленно подходил ко мне, но убедившись, что это именно я, радостно запрыгал. Мы зашли в дом, я поставил кипятить чайник,  дал корм Чернышу. Вскоре я уже пил горячий, просто обжигающий растворимый кофе с сухарём (хлеб за это время засох), а Черныш грыз корм. Как хорошо и спокойно дома, все вокруг на привычных местах, немного холодновато, но для этого и придуманы свитера и телогрейки. Телевизор что-то бормочет, внутри приятное тепло от кофе =  все просто прекрасно.

Я решил навестить Семеныча, да и ключ от калитки надо забрать. Решив не оттягивать неизбежное, накинул куртку и вышел со двора. Подойдя к дому Семеныча,  обратил внимание на щель в калитке. Значит, она не закрыта? Прошёл по двору и поднялся на крыльцо. Дверь была приоткрыта, в доме полная тишина. Открыв дверь пошире, громко позвал: «Семёныч!» В ответ - звенящая тишина. Я прошёл внутрь, продолжая звать хозяина дома. Он нашёлся на кухне, лежал на кафельном полу рядом с опрокинутым стулом. Под ногами скрипели осколки разбитой чайной кружки.

Я кинулся к соседу, он тяжело и прерывисто дышал. Подложив ему под голову подушку, попытался напоить лежащего. И заметался в поисках телефона. Вот он, старый, кнопочный Нокиа. Вызвав скорую, сел рядом и приготовился ждать. На удивление, скорая приехала быстро. Семеныча на носилках погрузили в скорую. Я дал свой номер телефона, чтобы мне прозвонили, в какую больницу определят больного, и какой у него диагноз.

Скорая уехала, а я не знал, что делать. Хорошо, что связка ключей от дома висела на вешалке. Там же и мой ключ от калитки. Отключив электроприборы, кроме холодильника, я подмёл осколки кружки, поднял и поставил стул. После аккуратно запер двери и калитку и пошёл к себе. Черныш спал без задних ног и даже не проснулся, когда я зашёл домой. И тут я подумал, что никаких красных шпилек или других женских вещей не видел. В этот момент мне на телефон пробился звонок. Фельдшер сообщила, в какой больнице лежит больной и  диагноз: обширный инфаркт миокарда. И добавила: позванивайте в регистратуру и узнавайте, когда можно навестить больного. Я искренне поблагодарил девушку и пожелал лёгкой смены.

Через три дня, как только Семеныча перевели из палаты интенсивной терапии,  поехал навестить болящего. Он сильно изменился, постарел и как-то даже стал непохож на себя. Я привёз ему чашку, ложку, зубную щётку и другие мелочи. А также пару кило мандаринов. Почему - то все носят в больницу именно мандарины...Стал рассказывать, что дом запер и оставил только  включенный холодильник. Семёныч, казалось, не слушал меня, а только, не мигая, смотрел в окно. Повернувшись ко мне, с трудом спросил:

- Вика не появлялась?

- Кто это - Вика?

- Это девушка...Она попала в трудное положение, и я пригласил её к себе обсушиться , обогреться и поесть. Она осталась у меня ночевать, и следующие семь дней были самым счастливым временем в моей жизни...Она просто ангел - так мне казалось. Но в одну из ночей она собрала все, что было ценного у меня в доме: все деньги, даже мои наручные часы - и просто убежала...Представляешь, просто убежала. Зачем она так со мной??? Я бы сам всё отдал...А у меня видишь, после этого сердце не выдержало...За что она так? А?

- Семёныч, чужая душа - потёмки. И что на душе у человека, никто не знает...Ты, это...В общем, выздоравливай! И успокаивайся...
         
Я ещё раз приезжал в больницу, а вскоре и Семёныч вернулся домой. Уже не было той стати в его походке, но видно было, что он старался держаться. Больше об этой Вике мы никогда не говорили. Но где-то через полгода, уже весной, будучи в гостях, я увидел, как у Семеныча вдруг выступили слёзы от простой рекламы по ТВ. Там героиня, рекламирующая какую-то ерунду, была в красных лаковых туфлях на шпильке...

Но жизнь все расставляет по-своему. В одно теплое и тихое весеннее утро, я, прогуливаясь с Чернышом, увидел, как в наш проулок завернула и пошла вдоль него, волоча за собой чемодан на колёсиках, женщина. Сразу подумал, что она не в лакированных туфлях на шпильке, а в удобных кроссовках. Мы с Чернышом уже зашли в свой двор и из-за калитки смотрели, как она прошла мимо и остановилась возле ворот Сергея Семеновича. Поставила чемодан и села на него, достала сигареты и закурила. Я хотел зайти в дом, посчитав неприличным наблюдать это дальше. Но что-то удерживало меня. Наконец, она, встав с чемодана, постучала в металлическую калитку. Даже издалека было видно, что у неё дрожат руки. Через время калитка медленно распахнулась, и Семёныч, щурясь , вышел на улицу. Женщина стояла, опустив глаза, а Семёныч, не моргая, смотрел ей в лицо...О чём они говорили, слышно не было, но было видно, что она плачет. Лицо Семёныча перекосилось от слез, он взял женщину за руку. Она прильнула к нему, и он обнял её другой рукой...Так они долго стояли. Мне показалось, что птицы перестали петь, а ветерок утих, чтобы не мешать им. Я все же зашёл в дом и Черныша завёл, хотя он явно хотел досмотреть, чем всё закончится.

Через неделю, проходя по проулку, увидел, как женщина вешает постиранное бельё во дворе у Семёныча. Увидев меня, она поздоровалась и произнесла:

- Я вас знаю, Серёжа про вас рассказывал...Меня Вика зовут. Заходите к нам в гости! Мы с Серёжей будем очень рады!

- Пренепременно зайду! Как там у вас? В смысле дела?
 
- Всё хорошо!

В этот момент Семёныч вышел на крыльцо и, улыбаясь, сказал:

- Здорово, сосед! А ко мне Викулечка приехала! Заходи сегодня вечерком, посидим, отпразднуем!

 Жизнь сложнее, чем мы думаем, и рано или поздно всё расставляет по своим местам. У каждого своя дорога к счастью, и каждый её проходит по-своему. Думаю, что на следующую зиму  в посёлке будет зимовать народу поболее...

                *     *     *

Танечка уехала...Можно это произнести трагично, так влюблённый воспринимает разлуку, даже краткосрочную, в 17 лет. Но я, как человек уже много раз встречавший смену времён года (это я о возрасте), знаю, что за разлукой обязательно придёт встреча. И будут и страсть, и покусанные губы, и глаза, ввалившиеся от бессонницы, но при этом полные счастьем и любовью...

Так что я остался один на несколько дней. Ездит она не так далеко, в районный центр, где прошла большая часть её жизни, где друзья и одноклассники, родные и близкие. Я решил не грустить и не ревновать,  а уж ревновать я могу не только к кому-то, а даже к придуманному мною же образу. Главное не в этом, а в том, что я занял себя трудом по саду и огороду, уж там дел всегда невпроворот.

Я с головой ушёл во все эти подвязки, подвои, удобрение почвы и т.д. и т.п. Занимаясь всем этим, не заметил, как к калитке подошёл сосед Сергей Семёнович и нерешительно топчется, явно не решаясь позвать меня. Выпрямившись, я краем глаз увидел его, и громко поздоровался:

- Семёныч, а что не заходим? Что мнёмся словно денег занять хочешь? Заходи, калитка не на замке. Если и вправду насчёт денег, то ты не по адресу, в карманах, ну не мышь повесилась, а просто пусто.

Семёныч вздохнул и вошёл, скрипнув калиткой. Вместо флотского статного офицера с развёрнутыми плечами и орлиным взглядом во двор шагнул постаревший человек с опущенными плечами и печалью в глазах. В кармане призывно сверкнула золотым блеском крышка на бутылке коньяка. Проводив дорогого гостя к навесу и усадив его глубокое кресло. я вынес на подносе тонко порезанный лимон и два стакана тонкого стекла. Открыв протянутую бутылку, и налил Семенычу побольше, а себе символически, чтобы не обидеть гостя. Семёныч, взяв стакан, быстро буквально вылил его содержимое себе в рот, и, поставив стакан, закрыл глаза и молча затих. Я придвинул ему блюдце с лимонными дольками, но Семёныч даже не обратил на это внимания. Он с мрачным лицом молча сидел, глядя перед собой. Я так же молчал, ожидая каких-то действий с его стороны. Наконец Семёныч, выдохнув, сказал:

- Уехала она...
- Кто?
- Вика уехала, перестирала всё бельё, борща наварила. Лекарства, что я принимаю, сложила в пенальчики и...уехала. Понимаешь?

-Ну, может, к маме или что-то случилось и не хочет, чтобы ты нервничал?

- Нет. Вот записка от неё. - Семёныч протянул мне помятый лист бумаги, на котором неровным, прыгающим почерком было написано: «Серёжа, я больше так не могу. Мне душно у тебя. Я ещё молода и хочу радости, веселья, огней и музыки. Ты хороший, надёжный, но мне с тобой скучно. Желаю счастья тебе в личной жизни».

Я протянул Семёнычу мятую записку и задумался. Сосед, вздыхая, шептал. Можно было разобрать: «Как она могла, чем я её обидел?» - и что-то наподобие. Наконец Семёныч, посмотрев мне в глаза, спросил, что я об этом думаю. Я налил ему в стакан порцию коньяка и после того, как он проглотил его и перестал кашлять, сказал:

- Семёныч! Начну с того, чтобы ты мог представить образно то, о чём я говорю. Люди в основном, это корабли в море жизни. Корабли разные: лодки и круизные суда, яхты и рыбачьи сейнеры, военные линкоры и крейсеры, множество классификаций. Твоя Виктория - она каравелла с красивыми парусами, ею любуются, ей поклоняются. Украшать собой моря и океаны - её удел. К сожалению, обладать ею до конца невозможно, её нельзя удержать рядом надолго. Приключения и аферы, новые капитаны - её стихия!

А ты, Семёныч, не корабль, а пристань. Такая надёжная, твёрдая суша. Каравелле после всех приключений необходима стоянка, надёжная бухта, где она залечит поломки, пополнит запасы провианта, отдохнёт и снова в бой. Вика, эта каравелла после того, как жизнь снова покажет ей свой страшный норов, приплывёт к тебе. Я даже уверен, что ты примешь её, и она будет уверять тебя, что вернулась навсегда. Но, отдохнув, она вновь затоскует и рано или поздно сбежит. Нужно ли это тебе, решай сам. Я бы посоветовал тебе найти другую женщину, близкую тебе по возрасту, восприятию жизни, пониманию, что такое семья, верность, любовь. И тогда ты перестанешь быть просто причалом, а станешь кораблём, и вместе вы будете бороться с волнами океана жизни. Думай сам.

Семёныч задумался и после, взглянув мне прямо в глаза, произнёс:

- Не ожидал я от тебя такой речи...Но, пожалуй, ты прав! Как ты наглядно представил людей, как корабли в море жизни… А ведь я действительно всегда был просто надёжной гаванью для первой жены, своих детей, Виктории в конце концов. Пора, пора мне ставить паруса и в море, навстречу волнам! Кстати, а что ты думаешь о таких людях как Ленин или Сталин? Кто они - военные линкоры? Или кто?

- Я думаю, что такие люди - это маяки. Своим светом они спасают и направляют все корабли...

- Маяки, -задумчиво произнёс Семёныч - А ведь верно! Это так и есть!

Мы сидели под навесом, пока не стемнело. После коньяка пили чай и кофе. Я проводил захмелевшего Семёныча домой и вернулся. И уже сидя и задрав голову к звёздам, задумался: «А кто я? Корабль? Гавань?» И понял: я - разбитая шхуна, выброшенная на берег, занесённая песком и ракушками. Но теперь я знаю, что делать, после того, как я встретил прекрасную бригантину Татьяну! Пора очищать себя от песка, ставить мачты и поднимать паруса! И вперёд, навстречу ветру и волнам!