Когда один дома, а тебе до года

          На дворе восьмой год мирной, набирающей обороты и в трудах, и в веселье жизни… и молодым родителям тоже хотелось праздника, хотя бы изредка сходить на танцы или выбраться на сеанс пусть даже ранее просмотренного фильма в поселковом клубе. Тем более у отца Коли к неполным тридцати годам «за спиной» будни фронтового разведчика и служба в Советской армии, а у мамы Веры, едва перешагнувшей двадцатилетний возраст жизненный опыт подростка в оккупации и трудовые будни на стройках народного хозяйства.

          А куда девать сыночка, который даже ходить не научился, а из-за беспокойного характера мог заползти не только под кровать, но ещё научился выбираться из деревянной детской кроватки, переваливаясь через её спинку. Один раз даже свалился на пол, хорошо на половик, но орал так, что мать даже опасалась, не повредил ли чего, но «слава богу» — обошлось… пришлось рядом поставить кушетку, не всегда углядишь, а дел в доме навалом.

          В те далёкие времена о бытовой и электронной технике даже понятия не имели, а из коммунальных услуг только электричество или как принято называть и теперь — свет. А в помощниках веник, стиральная доска, ведро с холодной водой и половой тряпкой да пару печей на дровах, одна на кухне, а другая в гостиной, она же спальня и детская. Помогли опыт няньки с племянником и очередное вечернее кормление ребёнка грудью точно за час до культурного мероприятия в клубе, а потом глубокий младенческий сон…

          Пару раз получилось без проблем, молодые родители возвращались из кино, а ребёнок мирно посапывал в кроватке. Идиллия длилась не долго, праздничная атмосфера и танцы под музыку аккордеона или электропроигрывателя с отечественными, а изредка трофейными грампластинками, а время безжалостно отмерило три часа. Спохватились, домой почти бегом, и мать сразу к детской кровати — нет ребёнка, ужас усадил маму Веру на кушетку… а папаша сразу на кухню по армейской привычке, затем обратно к супруге.

          — Ну, ты чего, Вера? — присел рядом Николай, — всё в порядке, пойдём посмотришь на нашего «героя». 

          На кухне, на небольшом половичке, свернувшись калачиком, в распашонке и ползунках мирно спал первенец, с чувством выполненного долга. Чуть в сторонке опрокинутое ведро с разбросанными картофельными, свекольными, морковными и луковыми очистками, предполагалось блюдо выходного дня – винегрет, хорошо, что селёдка осталась на кухонном столе не очищенной, торопились в клуб. Чуть в сторонке блюдце с остатками молока, частично разлитого по полу. В изголовье младенца мирно спал белошерстный кот с голубыми глазами, за которого капитан рыболовного траулера, приятель папы Коли, готов был отдать приличную сумму, но молодожёны, как оказалось: членов семьи не продают. Так что-же произошло…   

          Проснувшись через полтора часа и опорожнив мочевой пузырь, так как никто не подошёл и не взял на руки, жажда познания окружающего мира охватила младенца с подмоченной репутацией. С некоторыми затруднениями перейдя из положения лёжа в положение стоя, опираясь на спинку кровати прошёлся вдоль неё, наступил на подушку и увидел кота, спавшего на кушетке. Захотелось потрогать меньшего собрата, переворот через спинку кроватки получился с трудом, верх с низом поменялись местами, но успешно, кот успел проснуться и жалобно мяукнув, сбежать в сторону кухни. Карапуз продолжил движение по кушетки, подполз к краю и оценив высоту развернулся, затем медленно задом сполз на половичок. Не удержался стоя, встал на коленки и неторопливо, перебирая ручками и ножками двинулся в сторону кухни, куда сбежал кот.

          А кот с голубыми глазами в это время пытался успеть вылакать молоко из блюдца, чувствуя приближение конкурента — не успел, любитель молока головкой отодвинул представителя рода кошачьих, утверждаясь в роли хозяина положения. Лакать как кот не получилось, но кое-что в рот попало, а попытка взять блюдце с остатками молока из положения сидя, окончилась его опрокидыванием. От чего-то зелёного с округлой поверхностью источался странный букетный запах, маленький путешественник выбрал новое направление, дополз и со второй попытки привстал, опираясь в сумерках и почти в темноте на ребро ведра с отбитой эмалью, время осеннее, разглядеть содержимое не удавалось, а попробовать сильно хотелось, а то всё молоко, да молоко, правда, иногда каша, в основном манная… 

          Полное ведро вряд ли опрокинулось, а на четверть заполненное оказалось вполне под силу. Упал на попу рядом, варёные овощные очистки частично рассыпались по полу, попробовал все, морковные вроде ничего, сладковатые, но глотать не стал — выплюнул, остальные не понравились. Попытался преследовать кота, безуспешные попытки утомили. Захотелось к теплу, исходившему от протопленной печи. Расположился на половичке рядом, от переизбытка впечатлений заснул. Голубоглазый кот осторожно расположился у изголовья, словно защищая маленькую голову от вредоносного космического излучения, да и мало ли от чего — науке до сих пор не известно.

          Из личных младенческих впечатлений, а может всё выдумал, опираясь на воспоминания отца и мамы, хотя в ранней детской памяти что-то смутное, чуть-чуть самостоятельное и доброе осталось, может родительская любовь, которой иногда в детстве не хватало из-за маленькой младшей сестрёнки и судьбы родителей, которым рано пришлось повзрослеть.

          4 сентября 2026 года.

          PRIBALTIEZ