1671. Хуторская чертовщина. Буйство нравов

     Вполне понимая, что одному с двумя упырями ему не справиться, то в таком неприятном событии следовало бы пойти на мелкие уступки, опять же с подсказки этих подлых тварей, Злотазан выдвинул убедительный аргумент, заверяя их под своё честное слово с точным указанием конкретных границ его новых владений. 
          Пытаясь донести до этих тупоголовых бездарей своей железный аргумент, всё что по эту сторону речки принадлежит ему, а всё то что по другую сторону теперь принадлежит Щусю и Рогачу.
      Он даже не претендует былые владения его приятелей Песи и Шобы, а чего претендовать на их мельницы коих уже и в помине нет, а от былой усадьбы осталась груда мусора и ненужного хлама, сад у верхней мельницы, от которой осталось одно название, окончательно захирел, так что эти владения не представляли собой большой ценности.
       Да и почему бы не сделать жест щедрого подношения, пожертвовав для этого чужими территориями.
      Красочно расписывая, что теперь этим упырям он возвращает их бывшие владения, проигранные Рогачом когда-то в карты Шобе и готов заключить обоюдное мирное соглашение.
       Но вся эта словесная болтовня не особо впечатлила своими преобразованиями этих двух озлобленных негодяев, к тому же вызвало возмущение Рогача этой возмутительной подачкой, всё то что когда-то  принадлежало ему по праву, будет принадлежать только ему и ни кому не позволено нарушать давних традиций и тем более какому-то Злотазану, возомнившего себя достопочтенным благодетелем.
        Вот прямо сейчас и здесь этому благодетелю устроят показательное истязание, будут бить со знанием дела с последующим пересчётом оставшихся зубов и уцелевших рёбер.
       Чувствуя всем своим нутром, что ему не избежать физического насилия, не прочь был дать на попятную, а выбравшиеся на этот берег Щусь и Рогач не стали вступать в дискуссию, а собрались действовать смело и решительно.
        Предчувствуя, что над ним нависла грозная туча, Злотазан не дожидаясь, когда ему съездят по роже, скрылся в зарослях болотного тростника.
       За ним следом была устроена погоня, умелое маневрирование и успешное бегство лучшее средство от возможного физического насилия.
        По истошному взвизгу Заблудая, этого хуторского ишака, оповестившего о наступившей полночи и приходу нового дня, началось активное преследование авантюриста и интригана, его будто зверя гоняли по густым зарослям  тростника, в местах активных осенне-зимних заготовок.
       Стоял ужасный треск зелёных сломанных побегов  высотою более трёх метров, вся эта беготня сопровождалась натруженным визгом и выкрикиваниями, с какой стороны зайти и куда двигаться, чем-то напоминая охоту с загоном зверя на чистое поле.
         Вот когда бы пригодилась физическая подготовка, которой часто брезговала жертва случайного насилия, он как загнанный зверь, да какой там к чертям собачьим зверь, обычный серый заяц, мечущийся в тростниковых зарослях, пытавшийся запутать за собой следы.
          Всё его хитростные попытки сбить со следа своих преследователей и затаится в укромном месте, тут же были раскрыты, от таких злодеев как Щусь и Рогач не легко спрятаться или утаиться, если не найдут по следу, то обнаружат по запаху.
        Вон как весь вспотел, аж взмок, а тут ещё тучи комаров на него набрасываются, приходиться отбиваться от одних и убегать от других.
        Уж кому было весело наблюдать за всей этой неустанной беготнёй, так это был Богдан, иной раз он восторженно взвизгивал, а в другой раз закатывался протяжным противным криком, впадая в животный экстаз, будто с него живьём сдирали шкуру.
         Да и Рогач с Щусём не были физически крепки и выносливы, по причине своего разгульного образа жизни, не были они семи жил в руках и ногах, и только обуявшая их злоба придавала им сил, а вот хитрецу и проныре помогал страх не оказаться пойманным и избитым. 
         Изрядно помотав их за собой и заманив в непролазное болото, уставший, как собака обежавшая семь вёрст, решил схитрить и вернуться обратно к тому месту, откуда и начал своё бегство, надеясь, что эти два тупорылых идиота не спохватятся его разыскивать в том месте.
        Но вышло полнейшее недоразумение, как говориться, не на тех напал, у них тоже в голове имелись мозги.
     Из последних сил выбравшись из зарослей, уже не надеясь на удачу и готов был смирено принять избиение, как неожиданно у речки, на своём берегу наткнулся на Заблудая, вот он его единственный шанс унести свои ноги и самое ценное здоровье в полнейшей сохранности.
    Забыв все обиды и напраслины, сказанные им в порыве гнева этому доверчивому и надёжному, как верный товарищ, ишаку, наполнив свою речь льстивыми и притворными словами, с невероятной одышкой говоря.
-Богданчик, друг любезный, вернее тебя у меня никого и никогда не было.
-Помоги братец мне избавиться от этих злодеев.
-Слышишь? Они уже возвращаются назад.
-Вспомни Заблудаша, как нам с тобою было хорошо, сколько мы с тобой исходили дорог, чего только не повидали, сделай милость, увези меня отсюда.
-А я тебе за твою безмерную услугу, окажу невероятный почёт и уважение.
-Будем вновь с тобой бродить по ночам, обжираться всякой вкуснятиной, устраивать малые и большие шалости, да много чего интересного нас ожидает в ближайшее время, только не дай этим упырям устроить надо мною самосуд.
         Слыша, как уже совсем близко ломятся сквозь заросли тростника Щусь и Рогач, извергая из себя вопли и непристойные ругательства, обещаясь поймать этого злодея Злотазана и изорвать в куски, прохиндей умоляюще произнёс, пойдя на хитрость.
-А у меня Богдаша появилась новая соседка, такие пироги и пирожки печёт, сплошное объедение, может махнём с тобой, наведаемся к ней, ну а чего, вкусненького отведаем.
-Эти твои зловредные эксплуататоры тебя не угостят такими вкусностями сами будут давиться, а тебе даже кусочка не дадут.
       Внял ли ишак мольбам своего давнего знакомого или ему эти два упыря надоели хуже пареной репы, как вскоре проявил к одному несчастному верную защиту, а вот двум другим преподнёс неожиданный сюрприз.
        Когда Рогач и Щусь выскочили из зарослей и с восторженным возмущением и невероятным натиском было кинулись на Злотазана, собираясь его изрядно поколотить, вывалять в грязь и за окунать в речке.
      Подобно дикарям переполняясь гневом и злобно вопя, видя перед собой только жертву предстоящего жестокого истязания, без лишних мыслей в своих чумных черепушках, было оказались подле ишака, как тот неожиданно и с визгом лягнулся своими задними ногами, да с такой силой, что эти оба упыря улетели обратно в заросли болотного тростника.
    Медлить было нельзя, если спасаться, то только бегством, пощады от этих озверевших негодяев ждать не приходится, в таком случае чего было не вскочить на ишака, обхватить за шею, поддать ему пятками под брюхо и помчаться вдоль берега не разбирая дороги.
     На удивление Заблудай проявил невероятную прыть и мог в данной ситуации составить конкуренцию любому хуторскому скакуну, мчал настолько шустро, что в ушах Злотазана слышался ураганный свист ветра и больно его секли попадавшиеся на их пути стебли растений.
      Устроили ли за ними погоню эти два обезумевших от злобы упыря или отказались от своей затей до подлинно не известно, пущенной стрелой промчался Богдан вдоль берега речки, унося на своей спине давнего приятеля, уцепившегося по крепче любого клеща.

     А на утро в четырёх хуторах, два из которых числились за Злотазаном, только и будут говорить о ночном происшествии в тростниковых зарослях, где местная нечисть устроила небывалое для этих мест жертвоприношение ишака в угоду своих кровавых игрищь.
     Одни уверяли, что бедную скотину вначале загоняли до полусмерти и затем содрали с живого шкуру, которую использовали для церемониальных действий, надевая её на своего главного избранника.
     Другие уверяли, а они врать не станут, ибо в это летнее время предпочитают спать на дворе, а потому с достоверностью заверяли, что ни какую шкуру с ишака не сдирали, а мерились силами, такая у них забава, разорвать животное на куски, у кого останется последняя нога или голова, тот и проиграл, а в наказание должен будет всех прокатить галопом на своём горбу по тростниковым зарослям.
      Так ли это было или нет, тут уж у каждого правда своя, кто-то был склонен поверить в невероятные похождения нечистой силы, а кому-то это показалось нелепым вымыслом, хотя в точности слышал в балке ишачий визг и какой-то странный шум.
     Нашлись и те, кто не поленился и сходил посмотреть, одни только с горы наблюдали на странно поникший тростник, а вот более любознательные нашли оставленные ишачьи следы, хотя чему здесь удивляться, если подобной скотины полно в старых хуторах.
     Только никто не может дать полных и точных гарантий, чего же произошло здесь в тихую летнюю ночь.
        А что до самих беглецов, то Заблюдай стремительно преодолел скаковую милю уложившись ровно в три минуты, доставив своего седока до кладки через речку и мог бы вывезти его по извозу в гору, окончательно сдохнув там наверху. 
       Не имея большого желания отбросить свои копыта даже ради этого нерадивого шалопая, своего давнего знакомого, с упором на все четыре ноги резко встал, отчего Злотазан не удержался на его спине и кубарем скатился поперед ишака, сделав несколько головокружительных кульбитов, в итоге зафиксировав своё тело, уткнувшись в землю пятой точкой.
       Не совсем осознавая, что же с ним приключилось, завертел головой что та сова, опасливо оглядываясь, нет ли за ним погони этих двух озверевших упырей.
     Часто дыша и с колотившемся сердцем внутри, не мог поверить своему счастью, он оказался цел и невредим, да только чего-то запаздывал осыпать  благодарностями Богдана, спавшего его от жестокого и позорного избиения.
       А что до ишака, так ему сейчас было не до выслушивания лестных речей, он расставил свои ноги в ширь, с трудом удерживая своё обессиленное тело, опустил свою голову и натружено дышал, подобно кузнечным мехам,  интенсивно подававших воздух в горн.
        Поднявшись в полный рост и почёсывая обеими руками свой зад, поглядывая в ту сторону, откуда его только что доставил Заблудай, имел опасения, что за ними могли увязаться Щусь и Рогач, а почему бы и нет, этим озлобленным бездельникам такая прогулка будет только в удовольствие.
        А посмотрев на выбившегося из сил ишака, невольно вспомнил о своих обещаниях данных в минуту неимоверной погибели, оно и понятно чего только не предпримешь лишь бы спасти свою шкуру от пагубного надругательства.
        Оно бы подойти к Заблюдаю, потрепать его за гриву, почесать за ушами, высказать свою благодарность за спасение, да как-то неловко получается, даже устыдился за высказанные обещания, беда миновала и прошла стороной и уже эта, губительная ситуация выглядела в ином восприятии.
        Выходило, что он собственноручно подмочил свою репутацию, даже перед этим ишаком чувствует теперь неловкость и как он, Злотазан Подколодный, выпустил из своих рук конфликтную ситуацию, понятное дело, что испугался и маленько струсил перед этими подлецами и негодяями.
      Упустил переломный момент и выпустил инициативу из своих рук подавшись на их элементарную провокацию,  уж если начал гнуть свою линию, то гни до конца, воспользовавшись где хитростью, где мелкой подлостью, а то и заискивание применив, напомнив этим упырям, воспользовавшихся ночным разбоем и  отобранными у него продуктами.
          Помаленьку и не спеша уводя их в сторону от возникшей провокации, спросив на сколько вкусна была выпечка из его запасов и поделились ли они ей с Богданом.
        И самое главное между ними вбить небольшой колышек распрей, пусть они меж собой выясняют отношения, при этом оставаясь в стороне посторонним наблюдателем, иной раз поддерживая позицию одного, чтоб вскоре признать за другим его правоту.
         Легко рассуждать находясь в безопасном от конфликта месте, а там всё вышло спонтанно и неожиданно, ну чего было глазеть на этот курган и предаваться мечтаниям, отлично зная, что где-то по близости могут быть Щусь и Рогач.
        Чего кого-то винить в своих неудачах, когда сам виноват, это насколько надо быть недалёким и не дальновидным в точности зная, что где-то по близости находится разъярённый бык, при этом ходить по полю и размахивать красной тряпкой.
      Спрашивается, а где были его мозги, в том то и дело, что не было, расслабился не в меру, увлёкся совсем не тем, чем надо было, сдалась ему эта восточная граница, всё одно за ней не уследишь, а любая инициатива, как всем давно известно, наказуема, чему свидетельствует данная ситуация.

         Наддав себе отрезвляющих пощёчин, отгоняя от себя навязчивые размышления о прошедших событиях, подошёл к ишаку, погладил по загривку и с чувством возникшей вины, обратился к нему.
-Я всегда знал Заблудаша и не сомневался, что ты мой самый надёжный приятель.
-Ведь не остался в стороне, хотя этого мог и не делать, пришёл на помощь в самую трагическую для меня минуту.
-Наша дружба была и останется нерушимой, что ещё раз доказывает нашу с тобой верность и преданность.
-Проникся я к тебе Заблудайка всем своим уважением,  ты не побоялся этих самонадеянных упырей, отлично зная и понимая, что они тебе этого не простят и обязательно устроят подлейшую подлость.
-Помни и не забывай дружище, что у тебя есть я, если понадобиться, то я обязательно приду тебе на помощь.
-Взаимовыручка и поддержка, вот что скрепляет нашу монолитную дружбу, всегда верил и буду верить в твою преданность, прими и мою взаимность по отношению к тебе.
      Много ещё чего наговорил Злотазан о преданности и верности, о дружбе и поддержке, мог бы ещё говорить, благо у ишака огромные уши и в них запросто уместиться самый длинный и последовательный монолог и если была одна единственная ограничительная причина, то это было время, которое невозможно не замедлить и не остановить.
      Летние ночи коротки, не успеешь и пары слов сказать, как уже посветлел небосвод, а там и до зорьки не долго, а с зарёй приходит рассвет, в таком разе приходится поспешать, крестьянин летом мало спит, встаёт рано, а повстречаться с ним на одной дороге не к добру и возможным неприятностям, к тому же нечего ему знать, где по ночам шастает нечистая сила.
     Случись быть одному, так было бы проще определиться, углубился бы в ближайший лесной массив, нашёл бы заброшенное местечко, где и провёл бы весь день в полнейшем безделье.
       А вот с ишаком так не поступишь, его куда-то следует определить, чтоб не мотылялся следом, как собачий хвост.
      Раз напросился в друзья-товарищи, так будь добр уделить этой скотине внимания, если кто не знает, так я скажу, что нет ничего опасней и вреднее, чем обиженный ишак. 
    Да и данные обещание нужно исполнять, дабы в последствии не пришлось горько сожалеть, эх, знать бы за раннее и наперёд, как оно выйдет, так может и не церемонился с этим ишаком, отослал бы за речку, а там хоть трава не расти.
        А уже рассуждая в слух, Заблудаю тоже это полезно знать, было высказано такое мнение.
-Попали мы Заблудаша с тобой, в очень неприятную передрягу.
-Более правильней сказать для твоего ишачьего понимания, вляпался я.
-Взял и лишнего взболтнул, теперь мне на ту сторону речки ни как нельзя.
-Выходит по собственной глупости запретил себе самому.
-Сразу-то не сообразил, каким боком это выйдет.
-Раз я предупредил этих двух подлецов не заходить на мою территорию, то будет довольно странно, если я сейчас сам переберусь на их территорию.
-Понимаешь Заблудайка, на этой стороне мои владения, а на том берегу уже чужие. 
-И как же нам с тобой поступить право не знаю, пойти в обход?
-Довольно далеко.
-Да и рассвет наступит раньше, чем мы окажемся на той стороне.
-Я вот чего надумал, перебирайся сам на ту сторону и возвращайся к своим старикам.
       Ишак поднял свою голову и взглянул на своего приятеля своими огромными глазами, в которых отчётливо читался презренный упрёк.
-Извиняюсь Богдаша, сморозил невероятную глупость, как я сразу-то не сообразил, твои эксплуататоры бесплатного труда дожидаются твоего возвращения спрятавшись в овраге.
-Обидчивы Щусь и Рогач, к тому же злопамятны, не простят тебе твоей неожиданной выходки.
-Не будь я пяти пядей во лбу, чтоб не придумать достойного выхода из этого гиблого положения.
-Придётся нам рискнуть собственным здоровьем, а куда прикажете деваться, постараемся незаметно прошмыгнуть по межевой канаве возле охраняемых огородов.
-Так чего нам здесь торчать и кого дожидаться?
-Потопали, время у нас ещё имеется в запасе, успеем к рассвету выбраться к хуторскому кладбищу, твоему любимому месту прогулок.
          Злотазан повёл за собой Богдана, проще и быстрее было выйти по извозу в гору и по перешейку вновь спуститься вниз в балку, а там в обход коммунарских огородов выйти к речке, перебраться на другой берег, пройтись вниз по течению до межевой канавы не нарушая территориальных  границ,  пройти по ней и подняться по овражку в гору.
       Имея опасения столкнуться с коммунарами, для которых не существовало разделения между днём и ночью,  обстоятельства вынуждали рыскать в поисках строительного леса и всего того что могло пригодиться в хозяйстве.
        Коммуна разрасталась и разбухала как на дрожжах, народонаселение значительно возросло и было уже в порядке ста человек всех возрастов.
         В таком разе лучше поостеречься и обойти болото по излучине, обогнув курган порядком с трёх сторон и выйти западнее коммунарских огородов, проследовав до речки, а уже дальше следуя раннее выдвинутому плану.

                03 — 04 сентябрь 2026г.