Края Безмолвия 48 Невермор

После завтрака опять поднялись на палубу, под солёный ветер и тёплое солнце. Бувье отошёл от Кон-Трайна, но на основной фарватер всё же не встал. Вернер прихватил с собой секстан, сверился по солнцу и часам.

- Мы идём вне территориальных вод Арганда, но если капитан сохранит прежний курс, то и от Мерриана, и от Исламура мы пройдём на отдалении.

Феликс стоял, запрокинув голову и прикрыв глаза, ловил ветер. Он был слабый, зато солнце жарило вовсю, поэтому "Молния" шла на механическом ходу. Из люка ближе к корме доносился гул работы электромотора.

- Скорость узлов восемь-девять, недурно! - похвалил машину Вернер Штольц. - "Косатка" такой надводный ход вполне выдержит.

- А сколько она держит под водой, герр капитан? - спросил Энвельд.

- На испытаниях дала четыре с половиной, сержант. Но экономический ход будет где-то три узла. Надводный у неё тринадцать, самое большее, но - опять же - восемь вполне вписывается в экономические пределы.

- Что такое "экономический ход"? - спросил Вольф. Ему и впрямь было интересно. Все эти словечки, расчёты, планы. Это тебе не в книгах читать о приключениях, это вот, сейчас, прямо с ним происходит.

Море, ветер, таинственный капитан-контрабандист, палуба старого деревянного корабля под ногами. Где-то плывёт та страшная русалка, играют морские змеи, дремлет на дне Великий Спрут - Повелитель Океанов. Впереди многие тысячи лиг, тропические острова, загадочное Водоворотное море, в центре которого, говорят, целое кладбище кораблей. От древних галеонов до пропавших без вести пакетботов. Легенды, которые охотно рассказывали ему моряки на манёврах, говорили о небывалых сокровищах, лежащих на дне меж воронок и потоков воды.

Дескать, именно в Водовороте нашла свою последнюю гавань пропавшая лет тридцать назад огромная "Королева Океана" с золотом, платиной, изумрудами и сапфирами на борту - добычей сотен рудников в Вольных Землях за несколько лет. Капитан "Королевы" спешил, а потому решил срезать угол. Последний раз парусно-паровую "Королеву" видели как раз в виду острова Кайман. Но в порт она не зашла. Взяла чуть к западу, обогнула Гринд и растворилась в тумане. Больше её никто не видел.

Вольф слышал и о "кораблях мертвецов", которые попадались в океане, дрейфуя в стороне от основных путей. Когда экипажи обнаруживших такой корабль судов поднимались на борт, то либо не находили останков вообще, либо - груду скелетов, лежащих там, где их застигла смерть. В каютах, у штурвала, в трюме. В последнем случае следовало убраться с корабля как можно скорее, ничего не брать с него, а сам корабль сжечь или утопить. Вымерший экипаж - признак эпидемии. А вот пропавший - тайна моря. Бывало и так, что всё выглядело, как будто моряки на минуту отлучились и пропали. Тарелки с высохшей или сгнившей едой на столе. Незакреплённый штурвал. Брошенная на кровать книга. Розданные карты. Отложенный инструмент. Открытый судовой журнал с неоконченной записью, лежащими рядом пером и какими-то личными вещами вроде фуражки или портсигара.

- Экономический ход, это тот, при котором затрачивается меньше всего топлива при разумной скорости, - пояснил Вернер. - Ресурсы солнца, от которого работает "луч", разумеется неисчерпаемы. Но едва оно сядет, в дело вступит батарея. И вот она-то не бездонна. Кроме того, днём "луч" работает и на ход мотора, и на зарядку. И если гнать по двенадцать узлов, батарея полностью не зарядится за день.

- И мы встанем, - подытожил Феликс.

- Ну, на крайний случай у "Косатки" ставятся два стакселя, но на них ход узла два, не больше. Позволяет маневрировать, конечно, но лишь на поверхности. Под водой - только винты!

- Винты? - переспросил Вольф.

- У лодки два винта, что позволяет поворачивать ещё и с их помощью, реверсируя двигатели, - Штольц упёрся руками в борт и чуть вывесился за него. - Идёт наша красавица.

Вольф и сам видел, что идёт. "Косатка" чуть отдалилась, иардов на двести,  наверное, ход держала ровно. Рубочный люк был открыт, но палуба пуста. Ещё бы! В опасных водах близ Кон-Трайна гулять по палубе, что дай вечный возвышается над волнами на три четверти иарда - безумие.

- Герр Штольц, а зачем вон те колёса по борту и на надстройке?

Инженер оттолкнулся руками от борта и отступил на пару шагов.

- Нехватка места, - поморщился он. - Это краны вспомогательных гидравлических систем, которые используют либо на поверхности, либо вообще при обслуживании лодки в порту. Шестерни на рубке выдвигают перископ, стереофонную трубу и могут служить приводом лебёдки при погрузке припасов.

- А если построить лодку больше? - спросил Вольф.

- Для неё и батарея, и моторы больше нужны. Но прочее оборудование будет примерно такое же. Но ведь и масса возрастёт, и площадь поверхности. Понадобятся более объёмные воздушные резервуары, балластные цистерны, всё такое прочее. Нет, по-моему до подводных лайнеров ещё очень далеко!

- А было бы недурно, - промурлыкал  Феликс. - Пассажирский лайнер, которому не страшны шторма. Нырнул и иди себе под ураганом.

Штольц фыркнул:

- Тропические штормы обладают такой силой, что воду срывает с поверхности на глубину до десяти иардов. Надо будет погрузиться на все тридцать, да ещё иметь запас воздуха часов на пять-шесть.

- А на сколько ныряет "Косатка"? - спросил Вольф.

- На те самые десять иардов, не больше. И без подпитки воздухом сверху запасов хватает всего лишь на час-полтора.

- Ну что же, для науки простор огромен, - заметил Феликс. - Ведь за ней будущее, не так ли?

Инженер хитро улыбнулся и бросил:

- Туше! На самом деле стоило бы поступить по примеру Темерса, а не бодаться. подобно двум баранам на мосту. Но маги упорно не желают сотрудничать с нами. Разве что материалы заговаривают на прочность. За хорошие деньги.

Энвельд с Волечкой всё это время стояли поодаль и рассматривали берег мёртвой земли в полевой бинокль, несмотря на предостережение Иствуда. Они передавали его друг другу, иногда указывая вдаль и обмениваясь короткими репликами, в которых проскакивало то омерзение, то восхищение, то удивление.

Феликс подошёл к ним и перехватил тяжёлый длинный "Артиллери Официр" со шкалой дальномера на линзах.

- Ты где такое отхватил, Бруно?

- Не, братец, это мой, - гордо заявил Волечка. - Я же наводчиком был на форте Апрель, вот мне и дали бинокль. Там орудия старые, с простыми прицелами. Типа чёрточка в квадрате. На пол-лиги ещё попасть можно, а на две разве что окуньков пугать. Вот и придумал один наш лейтенант, как скрестить пушку с биноклем.

- И что вы там насмотрели? - спросил Феликс и поднёс оптику к глазам. - Ого! Ничего себе!

- Что там такое? - осведомился Штольц.

- Да гули целыми стаями шляются, - пояснил Феликс и чуть повёл биноклем в сторону носа. - Никогда не слышал, чтобы трупаки в таком количестве вставали. Кто-то их потревожил, - продолжал некромант. - Или прикормил. Но что-то я разбитых судов на берегу не вижу. Странно, очень всё странно, камрады! И дикий шторм в эту пору, и две бури подряд,  и нежити как-то уж больно много. Творится нечто в мире сущном, а имя тому нечто - Невермор, - задумчиво добавил он.

- Может быть, драконы их как-то привлекли? - предположил Энвельд. Он стоял, расставив ноги, и поглаживал кобуру револьвера.

- Какие драконы? - изумился Феликс и отвёл бинокль от глаз. - Ты ничего не спутал, Бру? - Драконы на юге вообще не водятся. Они живут в западной Кордассе, Темерсе, Диании, да и то общее число драконов всех видов оценивается где-то в две тысячи особей на весь континент.

Сержант даже обиделся немного.

- Я не ослеп ещё, Фели! - он развернул мага за плечо в сторону носа. - Вот сдвинься чуток туда, чтобы мачты не мешали, и увидишь.

Феликс последовал совету, вгляделся вдаль и вдруг резко опустил прибор.

- Никакие это не драконы! - заявил он. - Это махолёты Неортрайна! Далеко залетели, рогули меня задери! Даже не знал, что они так могут. Хм, Вернер, если они так и будут болтаться по курсу. "Косатке" лучше погрузиться! У тебя есть связь с Гербертом?

- Флажки и фонари, - кивнул инженер.

- Через два часа проверим, - решил Феликс и отдал бинокль Максу. - А лучше оставим наблюдателя. Добровольцы есть?

- Ладно, Макс и так дневальный, давай я присмотрю, - предложил Энвельд и протянул руку. Волечка отдал бинокль явно не без опаски.

- Повернут в нашу сторону - зови сразу, - велел ему Иствуд. - Мало нам всяких непонятностей на хвосте, ещё и эти по носу нарисовались! Вольф, тебе лучше сойти вниз. Макс, ты иди с ним. Не подходи близко к борту, Бруно. Кроме сирен, в море ещё полно всякой пакости. И не важно, нежить она или нет. Зубы у них у всех острые.

Вольфганг повернулся к люку и наткнулся на взгляд Этьена Бувье. Как и в прошлый раз, он рассматривал юношу прямо таки с плотоядным интересом, сохраняя при этом почти безразличную морду. Выдавали внимательные глаза и чуть вздёрнутый уголок губ. Этьен прислонился спиной к шканцам возле трапа на них, сложил руки на голой груди. Ветер чуть шевелил лёгкие парусиновые брюки, вымазанные машинным маслом и полосками чёрной грязи.

Вольф отвернулся и живо нырнул в дверь по другую сторону надстройки. Этьен ему не нравился. За этим безразличием скрывалось что-то тёмное и злое. От взгляда Бувье-младшего одновременно пробирал холодок и щёлкал в груди крохотный электрический разряд.