Алёна Малова. Глава 70. На карьере

Над горизонтом висело яркое январское солнце, а мороз едва ощутимо щипал кожу.

- Садись! – скомандовал Малыш, толкнув к ногам Алсу Вагизовой санки.

Они стояли на склоне огромного карьера, со всех сторон окруженного парком. Вокруг кипела жизнь: детвора носилась, визжала, гонялась друг за другом, швырялась снежками так, что хлопья летели во все стороны. Кто-то съезжал на картонке, кто-то — на ледянке, кто-то — на старых санках, и каждый спуск сопровождался хохотом и криками.

Алсу удивлённо повернулась, прищурившись от слепящего света. Её варежки были немного великоваты, пальцы в них казались неуклюжими, но она всё равно пыталась поправить сползающий шарф.

— Откуда они у тебя? — спросила она, кивнув на санки.

Малыш неловко переступил с ноги на ногу, пряча руки в карманы телогрейки.

— Да так… — махнул он рукой, стараясь выглядеть беззаботным.

— У кого отобрал? — в глазах Алсу вспыхнули искры недовольства, и в этот момент она была похожа на строгую учительницу, поймавшую ученика на шалости. Только в голосе, помимо строгости, слышалось ещё и беспокойство.

- Не переживай, покатаемся – верну! – улыбнулся парень, но улыбка у него вышла неловкой.

Встретив её строгий взгляд, Малыш торопливо добавил:

— Обещаю! Прямо сразу, как только спустимся.

Алсу помолчала, взвешивая его слова, потом чуть заметно улыбнулась.

— Ну хорошо… — смягчилась она, но в голосе всё ещё слышалось лёгкое ворчание.
Она села спереди на санки, подоткнув под себя шарф, чтобы не задувало. Малыш устроился за ней. Он оттолкнулся ногами, и санки сначала поехали плавно, лениво, а потом, постепенно набирая скорость, рванули вперёд. Ветер засвистел в ушах. От страха и одновременно от удовольствия девушка даже на миг закрыла глаза, вцепившись в края санок так, что пальцы онемели.

Докатившись чуть дальше середины карьера, санки резко замедлились и, прочертив длинную борозду в снегу, остановились. Алсу выдохнула и рассмеялась — нервно и звонко. После чего Вагизова и Малыш поднялись на ноги.

— Ну как? — улыбнулся Малыш, отряхивая снег с колен. В его глазах плясали озорные огоньки.

— Здорово! — воскликнула Алсу, и её голос прозвучал искренне, без всякой сдержанности. Она раскинула руки, словно хотела обнять всю эту зимнюю суматоху, и снова рассмеялась.

— Садись! До склона прокачу! — предложил Малыш, чувствуя, как внутри всё подпрыгивает от азарта.

— Я же тяжёлая! — возразила Алсу.

— Садись садись! Я тоже не слабый, — нарочито гордо выпятил грудь Малыш.

— Ну хорошо! — нехотя согласилась Вагизова, но в её глазах уже читалось предвкушение. Она снова села на санки, плотнее закутавшись в шарф.

Малыш помчал её что есть мочи. От резкого старта девушка чуть не упала с санок, вцепилась в них обеими руками и взвизгнула — то ли от испуга, то ли от восторга. Остановились они только возле крутого склона, где снег был особенно рыхлым и глубоким.

Парень помог Алсу встать. Когда, вставая, её растрёпанные волосы случайно задели щёки Малыша, у него выступил румянец и сердце бешено забилось в груди. Они встретились глазами. Малыш коснулся её руки — сначала неуверенно. Потом, набравшись смелости, он обнял девушку и поцеловал её в губы. Поцелуй получился неловким, торопливым, но настоящим — таким, какой бывает, когда чувства переполняют и не хватает слов.

— Алсу, я люблю тебя! — признался Малыш, и голос его дрогнул, выдавая всю ту бурю, что бушевала внутри.
 
— Я тебя тоже! — ответила Алсу, и глаза её светились от счастья.