Гениальные припадки длились недолго

Главы из романа "Совесть человечества"

    Утром Максим вылетел в командировку. Когда самолет набрал высоту и стюардесса обратилась к пассажиром с просьбой  пристегнуть ремни, Максим достал из портфеля затертую по краям и пропитанную табачным дымом тетрадь кладбищенского сторожа.
   На первой странице крупными буквами было начертано:
"После развала СССР я решил, что делать на этой планете больше нечего  -  но время лечит раны. И я решил написать книгу о том, что стало с моей страной и что ее ждет, если она не вернется к прежним ценностям".  Это горькое заключение фатального пессимиста не сильно его удивило. Ведь все несчастья свалились на него после развала страны. И потеря престижной работы, и гибель жены под колесами заевшегося лихача, и потеря квартиры. Но то, что Максим прочел дальше   ввергло его в ступор.
    "Поводом для создания  книги, которую я намерен написать, послужила моя встреча с одним из обитателей  душевного учреждения, в прошлом физиком, большим специалистом в области магнитных полей.
   По версии врачей и свидетельству очевидцев, молодой подающий большие надежды ученый, отдыхая  на одной из высокогорных лыжных баз нашей необъятной некогда страны, заболел - как это ни банально звучит - гриппом. Не отлежавшись и не приняв   никаких  мер к выздоровлению, встал на лыжи и помчался по снежным трассам. Поисковая группа нашла его  спустя сутки . Ученый был в коматозном состоянии, агонизировал.
   В тот же день восходящее светило науки  отправили  самолетом в Москву.
   Врачи спасли ему жизнь, но мозговые осложнения навсегда отлучили его  от науки  и сделали бессрочным пациентом психушки.
   Вскоре о нем забыли как об ученом. Его молодая в те годы жена отказалась от него почти сразу и вышла замуж за его школьного приятеля
   Из родных у несчастного  оставалась только  мать, которая  после многолетних мытарств с  невменяемым сыном, незаметно ушла из жизни, не доставив никому хлопот.
    Долгие годы гениальный   псих - как его впоследствии прозвали - ничем не беспокоил врачей областной психушки, храня   невозмутимое молчание. И вдруг - он заговорил. Его речи,  похожие на  библейские откровения,  время от времени рождались из бессмысленного хаоса шипящих ,  свистящих и булькающих звуков. . Это было похоже на то, как если бы лепечущий младенец , вместо долгожданного “ м+а - м+а , ”  вдруг  произнес “ Отче наш ...” В эти минуты он превращался в  пророка , собирая вокруг себя медперсонал, приковывая пристальные взгляды врачей, изумляя всех  широтой философских обобщений и накалом почти шекспировских страстей.  Он возвещал о  конце света,  о  последнем  пришествии - с появлением в мире всевидящего ока “ Совести человечества ”. Конечно, никому в голову не приходило, что речь идет о грандиозном научно - техническом проекте, над  которым   когда - то работал несчастный физик. Гениальные припадки длились недолго.   Озарения его  вскоре гасли,  речь  становилась бессвязной , плыла , плыла, словно затягиваясь в воздушную воронку,    расчленялась   на свистящие,  шипящие , булькающие звуки  и обрывалась как магнитофонная лента .   Исчезало величие гения. Зрители расходились,  и он снова превращался в жалкое убогое существо.
      Главврач психиатрической больницы, после долгих уговоров ,  позволил  мне, - студенту мединститута и внештатному корреспонденту местной газеты - несколько дней  поработать в больнице,   взяв с меня слово , что я  напишу честную добрую статью о его милых ягнятах, так он называл своих бессрочных пациентов.   
      Облачившись в белый халат , я  проводил долгие часы  в палате интенсивного наблюдения, где томился  в плену страшной  болезни выдающийся мозг ученого.   
      Когда его мысли выбирались из мрачного лабиринта    на свободу и голос его вновь обретал человеческие интонации, я включал диктофон. Я не переставал удивляться таинственному превращению жалкого идиота в  библейского пророка
    У меня набралось несколько кассет с его откровениями.Прокручивая снова и снова сакральные записи ,  я   расшифровывал   их   таинственные смыслы.
     Пока не разгадал тайну его пророчеств.
     Прошли годы. Мне удалось узнать, что по сей день сведения о “Совести человечества" хранятся  под   грифом  “ Совершенно  секретно ” в  архиве Политбюро СССР. История болезни, где указаны истинные причины болезни гениального физика -  в институте им. Сербского. Сколько еще понадобится времени пока с них будет снят  гриф секретности  и  эта  история  станет достоянием  общественности.
    Собирая материал для  книги , я встречался со многими людьми , имевшими отношение к этому делу.  Некоторые из них находясь в преклонном возрасте,  в той  или иной степени,  приоткрывали завесу секретности,  пока в моем воображении не сложилась ясная полная картина тех событий.
     Мое чрезмерное любопытство этим делом не осталось незамеченным и вскоре я почувствовал шаги за спиной. Сколько раз я собирался  бросить эту затею ко всем  чертям и  бежать в другую жизнь.  Но Бог  все -таки позволил мне добраться до победного финиша и раскрыть величайшую из тайн двадцатого века". Оставалось написать только книгу. К сожалению, судьба устроила мне испытания, которые я не смог перенести без моральных потерь и необходимой для такой работы творческой энергии. И мне остается только надеется, что найдется человек, который несмотря ни на какие трудности, сомнения и противоречия, сделает это за меня".   
 

     -Ну дает старик! - только и произнес Максим, удивляясь совершенно  непостижимому совпадению событий. Но пути Господни неисповед+имы.
  И сразу же он услышал противный знакомый голос , преследующий его со дня смерти родителей:
  - Лети, лети, недолго тебе осталось обманывать отца, паршивый мальчишка.