Игра на грани

Глава 1

Улицы твои вечно зелены,         
Жизнь моя в тебе, мой Улан-Удэ.
Группа Амальгама

Артур Тулаев «умер» еще в марте. Тогда он познакомился с Верой. Девушка работала в морге и не устояла перед его обаянием. Она сделала ему справку, с которой родственники сходили в ЗАГС.

Но молодой оперативник налоговой полиции этому не поверил и продолжал поиски еще полгода. Наконец, через агентуру он узнал, что Артура видели в восемнадцатом квартале. С фотографией Тулаева он обошел местные ларьки.

— Так он у меня вчера пиво покупал, — с шестого раза оперу улыбнулась удача.
Он поставил машину напротив входа в ларек и просидел там почти двое суток. Упорство и терпение не пропали даром.

Для Александра Салтаева это означало конец лихой и вольной жизни.
Он сидел в машине на набережной и смотрел на Селенгу. Солнечные блики весело играли на ровной глади реки.

Теперь Александру, как и Артуру, грозил суд и до десяти лет лишения свободы.
Очередной допрос был назначен на следующий день, но он не собирался туда являться.

Уезжать из Бурятии не хотелось. «Здесь, по крайней мере, не умру с голоду. Всегда найдется кому покормить, — думал Александр. — Если продержаться первые два месяца, то интенсивность поисков спадет, и с ночлегом не будет особых проблем».
Машину он оставил у друга в гараже.

Остаток дня он провел в кинотеатре «Прогресс», просматривая подряд все фильмы по нескольку раз. Вечером он пошел ужинать в ресторан «Бурятия».

Народу — почти никого. Середина недели, поздний час. Салтаев сделал заказ, но аппетита не было, и за весь вечер он съел только один салат. Пить тоже не хотелось. Сто граммов водки с большим усилием проникли внутрь, но не прояснили головы и не принесли обычной легкости.

Он вспоминал Настю, представлял себе свет в ее квартире на четвёртом этаже.
Наконец, зал опустел и Салтаев остался один. Часы над баром показывали двенадцать. Уборщица уже ходила между столиками, охранник поглядывал на него с намёком. Верхний свет погасили, и зал освещался только небольшими лампами, установленными на столиках. Пора было уходить.
Александр поднялся, оставил на столе деньги и вышел в прохладную осеннюю ночь.
Было поздно, а идти было некуда. Везде — дома, у родителей, у друзей — могла быть засада.

Холодный воздух все настойчивее заявлял о себе, и надо было на что-то решаться. Недалеко от выхода приветливо горел зеленый огонек такси, и он направился к нему. Водитель спокойно отнесся к предложению покататься по городу, тем более по двойному тарифу.
Наш город не Москва и не Рио-де-Жанейро, но Салтаев любил ночной Улан-Удэ. Сейчас, проезжая по проспекту Победы, он подумал о том, каким далеким было детство.

Очнулся он от воспоминаний уже в сорок третьем квартале. Надо было думать, где переночевать. Тут он вспомнил Кристину, которая жила неподалеку. Он познакомился с ней летом в «грибках» на «поле чудес». Она была не то, чтобы красивой, а он был не то, чтобы трезвым. Утром он уходил от нее без особой радости от победы, но и без тени сожаления, лишь отметив про себя, что Кристина живет одна и при случае можно будет ее навестить.
Свет в ее окнах не горел. Отогнав неприятные мысли о том, что за прошедшие месяцы у нее мог появиться любовник или даже муж, Александр поднялся на второй этаж и решительно позвонил.

Через некоторое время за дверью послышались шаги, и неуверенный голос спросил:
— Кто?
Этот вопрос застал его врасплох. Он не помнил, как представился своей случайной знакомой. Пауза затягивалась, и он, не мудрствуя лукаво, назвался настоящим именем:
— Здравствуй, Кристина. Это Саша. Летом мы познакомились с тобой на «поле чудес».
По молчанию девушки он понял, что его узнали.
— Что тебе нужно? — наконец прервала молчание девушка.
Произносить пошлые комплименты и говорить, что жить без нее не может, было неуместным, и он решил быть честным.
— Мне негде переночевать, и я был бы тебе очень признателен… — слова выговаривались совсем не так, как хотелось бы.
Щелкнул замок, и спасительная дверь открылась. Сейчас в домашнем халатике она выглядела гораздо привлекательнее, чем тем похмельным летним утром. Девушка смотрела без укора и без смущения. Стараясь вести себя непринужденно, он пропел строчку из песни М. Шуфутинского:
Открылась дверь, и я в момент растаял
в прекрасной паре глаз бездонной глубины.
Звук собственного голоса вернул ему обычную уверенность в себе.
— Впустите одинокого странника, иначе я умру прямо у ваших ворот, — громко сказал Александр, приложив руку к сердцу.
Она усмехнулась.
— Никто еще не пел под моей дверью. Заходи, странник, который появляется так же неожиданно, как и исчезает. В прошлый раз куда так рано убежал? Ладно, молчи, все понимаю. Чай будешь пить?
— Вообще-то я только из-за стола, но в твоей компании с превеликим удовольствием.
— Что за жизнь? Будят среди ночи, да еще чай заставляют пить, — произнесла она и прошла на кухню. Поставила чайник, потом принесла из комнаты второй стул.
— Ну, рассказывай, как очутился у моих ворот.
— Да я и сам не понимаю, как так все вышло в моей жизни. Можно завтра? А то врать не хочется.
— Ты и тогда летом тоже врать не хотел. Поэтому и не остался? Ладно, можешь вообще ничего не говорить.
— Спасибо. Лучше ты о себе расскажи.
— Нечего рассказывать. Вот кошку думаю завести. Не так скучно будет.
— Работаешь там же?
— О! ты даже помнишь, где я работаю?
Он непроизвольно провел рукой по волосам.
— Тебе нравится Харуки Мураками? — Александр показал на раскрытую книгу, лежавшую на краю стола обложкой вверх.
— Не просто нравится. Я «Хроники Заводной Птицы» третий раз перечитываю.
— Вот это интересы! — Салтаев хмыкнул.
Общение становилось все непринужденнее, и Салтаеву казалось, что он уже давно знает эту спокойную, домашнюю девушку. Так они и просидели почти до утра.
Пора было укладываться спать. Она постелила ему на раскладушке, а сама легла на кровать. Александр лежал на спине, глядя в потолок, и думал о своем положении. «Почему я не встретил эту девушку несколько лет назад? Быть может, жизнь сложилась бы совсем иначе, и сейчас бы я беспокоился о том, как засолить на зиму капусту и как вечером забрать детей из детского садика».
По неровному дыханию девушки он догадывался, что его спасительница не спит.
— Кристина, тебе не холодно?
Девушка промолчала, и он расценил это как приглашение.
На следующий день он постарался выспаться как можно лучше — неизвестно, когда еще придется. Поднявшись с постели около полудня, он прошел на кухню и обнаружил записку, где небрежным почерком было написано: «Завтрак на плите, чай в термосе, я на работе. Буду около семи часов вечера. Отремонтируй унитазный бачок, если сможешь».
Умывшись и позавтракав, Салтаев оценил свое настоящее положение как вполне удовлетворительное: на воле, в тепле, от голода не умираю, и есть даже временная крыша над головой. О будущем думать не хотелось, и его мысли утонули в прошлом.

***

Сбылась мечта идиота!
И. Ильф, Е. Петров.
Золотой теленок

Александр вспомнил общагу Университета Дружбы народов имени Патриса Лумумбы в Москве.
В тот вечер Дима Семенов принес видеокассету с Крестным отцом. Пересматривали фильм уже на пятый раз.
На экране старого моноблока молодой Аль Пачино заходит в ресторан чтоб убить Солоццо и решить проблемы своей семьи.
— Ты бы так смог? — Дима испытующе смотрит на Александра со своей обычной широкой улыбкой.
— Смотря ради чего. Если только ради денег, то нет. Ради дружбы смог бы. Ну или хотя бы постарался.
— У нас за окном примерно такое же время. Можно резко подняться или погибнуть.
— Да уж. Не сильно хочется закончить университет, устроиться на хорошую работу и ездить каждый будний день по одному и тому же маршруту.
К лету 1997 года у Салтаева был диплом и твердое желание найти себя.
Он не полюбил столицу. Его тяготил сырой климат и равнодушие окружающих. Его тянуло домой, к берегам Байкала, и 15 июля Александр Салтаев сходил с поезда Москва — Владивосток на перрон улан-удэнского вокзала.
Но столичный диплом никого не впечатлил. В Бурятии по-прежнему многое решали родо-племенные связи. Только через два месяца он с трудом устроился бухгалтером в одну небольшую коммерческую фирму.
Работа была несложной. Цифры он любил с детства. Денежные потоки казались ему живыми — их можно было направлять, разворачивать, прятать. Через год его назначили главным бухгалтером.
В то время собрать налоги было проблемой. Налоговая полиция. Действовала жестко: изымала выручку, арестовывала имущества.
Осенью 1998 года на работу к Александру явились два молодых человека с одинаково уверенной манерой держаться и внимательными, изучающими глазами. Они предъявили удостоверения сотрудников налоговой полиции и предписание о проверке кассовой дисциплины. «Больше на чекистов из фильмов про революцию похожи», — подумал тогда Салтаев. Следующая его мысль быстро превратилась в тщательно разработанный план.
Он случайно знал, что у одной торговой фирмы скопилась большая задолженность по налогу на добавленную стоимость — около ста тысяч рублей.
План был дерзким. И опасным.
Александр понимал, что, если он решится на его исполнение все изменится. В хорошую или плохую сторону. Весь остаток дня и половину следующего эти мысли не давали ему покоя. Все решил его коллега, сам того не ведая.
Данил Пронин был старше на десять лет. Когда начался обеденный перерыв, он достал из сумки литровую стеклянную банку и ложку. Обстоятельным движением открыл крышку и поднес банку к носу.
— Котлетки с картошечкой, — на его лице заиграла вожделенная улыбка.
Александр отвернулся.
Теперь надо было найти помощника. Перебрав в уме своих знакомых, Салтаев остановил выбор на Артуре Тулаеве.
Артур с детства попадал в разные истории и больше всего в жизни ценил хорошую выпивку и красивых девчонок. Как-то, когда он еще учился в школе, ему захотелось нетрадиционно поздравить свою новую возлюбленную с днем рождения. Для этого он отколол с известного в городе мемориала нужные буквы и выложил ими ее имя, прибив их прямо к школьной доске. За это его долго таскали по кабинетам и даже завели уголовное дело.
Одно время он зарабатывал на жизнь игрой в «наперсток» на рынках города. В последнее время доверчивых людей стало гораздо меньше, и «лохи» почти перестали попадаться.
Александр позвонил ему и пригласил выпить по кружке пива. Вечером следующего дня они встретились в баре «У Бориса».
— Как дела? — поинтересовался он, когда они поздоровались и взяли по бокалу пива.
— Хреновасто, — мрачно ответил Артур, сделал недурственный глоток и оглянулся по сторонам.
— Что так?
— Масть не канает.
Народу в баре почти не было, лишь за дальним столиком сидел мужчина в возрасте за сорок и девочка лет семнадцати. Их стол был уставлен дорогими закусками, а в середине гордо возвышалась бутылка текилы. Кавалер явно смущался, пытаясь это скрыть, в то время как дама этим открыто развлекалась. От разновозрастной парочки их отделяло несколько столиков, и из колонок лилась приглушенная музыка, поэтому услышать Салтаева они не могли.
— Дело есть. Нужен помощник.
Артур подобрался и наклонился поближе к собеседнику.
— Криминал?
— Да. Можно одну контору кинуть.
У Тулаева была незапоминающаяся внешность. Сейчас в глубине его глаз зародился огонек, выдающий его нетерпеливую заинтересованность.
— Какой подъем?
— Приличный. — И Александр рассказал ему суть дела.
Артур перестал оглядываться по сторонам, а огонек в его глазах превратился в алмазный блеск.
— Я согласен. — Он даже не пытался сделать паузу, чтобы подчеркнуть свою значимость.
В то время в киосках вдоль Гостиных рядов продавались «корочки» на любой вкус. Типографский текст «удостоверений» Александр отпечатал на компьютере.
Они прошлись по магазинам и, демонстрируя свои «ксивы», требовали предъявлять сертификаты и другие документы. Реакция была самая разная: кто-то отвечал с вызовом, кто-то начинал откровенно лебезить, а одна молодая женщина даже пыталась кокетничать, но никто не усомнился в подлинности документов.
Следующим утром в начале рабочего дня они встретились около намеченной фирмы. Ее склад и офис располагались в одном месте. ООО «Гранат» занималось оптовой торговлей продуктами питания. Друзья заняли место, с которого хорошо просматривались подъездные пути, и весь день наблюдали за торговлей, лишь один раз отлучившись пообедать.
Покупатели подъезжали и отъезжали довольно часто. Напарники истомились ожиданием, им не терпелось поскорее начать действовать, но они все-таки дождались окончания рабочего дня, когда выручка стала максимальной.
Наконец время пришло. Ребята двинулись в здание фирмы. Сердце зачастило, в животе забулькало, захотелось развернуться и убежать. На мгновение в голову пришла предательская мысль: зачем ему все это. Но отступать не позволяло самолюбие, и Александр усилием воли взял себя в руки и посмотрел на Артура. Внешне тот выглядел безупречно.
— Здравствуйте, где у вас кабинет директора? — спросил Александр у миловидной девушки, стоявшей за прилавком.
— А что вы хотели? — слегка небрежным тоном ответила она вопросом на вопрос.
— Налоговая полиция, — ровным голосом произнес Александр.
Выражение лица девушки сразу изменилось на приветливое, и она поспешила сама показать дорогу.
Без стука толкнув дверь, Александр с Артуром очутились в небольшой комнате, обставленной современной мебелью. Импортные жалюзи, дорогостоящие канцелярские принадлежности на столе, а главное — золотые украшения на директрисе наглядно показывали, куда уходят налоговые платежи. Женщина с крашеными волосами в возрасте, близком к пожилому, сидела, положив руки на стол.
— Налоговая полиция, — еще раз представились друзья и предъявили свои «удостоверения». В такие минуты люди обычно внимательно не разглядывают «корочки», тем более что им это не особенно позволяют.
— Я вас слушаю, — холодно, с нажимом ответила предприниматель.
— У нас постановление об изъятии у вас денежных средств в счет уплаты налоговых платежей. Пожалуйста, ознакомьтесь и пройдемте в кассу, — как можно более уверенно и равнодушно произнес Александр.
Директриса отрывисто переводила взгляд с одного «полицейского» на другого. Ей могло прийти в голову позвонить в Управление налоговой полиции, чтобы удостоверить личности пришедших. Тогда надо будет в срочном порядке исчезать. Психологический расчет был на то, что женщина, всю жизнь проработавшая в советской торговле, привыкла почитать правоохранительные органы, в частности ОБХСС.
Действующие лица по обе стороны стола разглядывали друг друга: женщина с откровенной неприязнью, а Александр с Артуром властно и непоколебимо. Девушка-продавец тихонечко исчезла, почувствовав конфликтную ситуацию. Напряжение росло.
— Почему налоги не платим? — вальяжным голосом поинтересовался Артур.
Это был перебор. Александр тут же пожалел, что взял с собой этого радетеля за доходную часть государственного бюджета. В эту минуту ему захотелось, чтобы Тулаев оказался где-нибудь на северном полюсе, а еще лучше на Луне. Пауза затягивалась. Женщина протянула руку к телефону. Во всяком случае, так показалось Александру. На самом деле она просто поправила бумаги на столе. Салтаев уже думал уносить поскорее ноги, но тут директриса развеяла его опасения.
— У нас нет денег.
— А вот это мы сейчас проверим, — про себя облегченно вздохнув, твердо сказал Александр и решительно направился в кассу.
Директрисе ничего не оставалось, как последовать за ними.
Кассиром работала пожилая женщина. Таких обычно держат за ответственность и дисциплинированность. Поняв, кто к ним пришел, она перепугалась и не могла скрыть своего волнения. По требованию «полицейских» она сразу же предоставила все имеющиеся в кассе деньги и кассовые документы.
Тщательно пересчитав наличные и сверив результаты с кассовой книгой, Александр подвел итог: шестьдесят три тысячи рублей. От такой суммы у него перехватило дыхание. Он начал беспокоиться, как бы напарник опять что-нибудь не брякнул от избытка эмоций.
Заставляя свои руки не выдавать волнения, он, не торопясь, заполнил протокол изъятия и предложил расписаться всем присутствующим. От подписи никто не отказался, да это уже и не имело значения. Уложив свою копию протокола в папку, джентльмены удачи вежливо попрощались и покинули офис.
Ребята вышли на улицу и молча направились в сторону дороги. Выйдя на проезжую часть, они также молча остановили проезжавшее такси и сели на заднее сиденье. Дальше сдерживать свои эмоции не было сил. Они повернулись друг к другу и громко расхохотались во всю силу своих легких.
Водитель недоуменно посмотрел в зеркало заднего вида, но больше никак не выразил своего удивления.
— Куда поедем?
— Давай в «Армянскую кухню», командир.
К тому времени, как бухгалтеры и налоговики сделают сверку и разберутся, что к чему, пройдет уже достаточно времени. Найти их тогда можно будет только случайно.
А сейчас кровь летела по жилам.

Время было раннее, посетителей в ресторане почти не было, и эта скучная обстановка никак не соответствовала настроению друзей. Ребята утолили голод самыми изысканными блюдами, выпили бутылку дорогого коньяка и отправились в ночной клуб «Нирвана», оставив официанту на чай половину его месячной зарплаты.
Посетителей и здесь почти не было, но вскоре зал должен был заполниться. Они сделали заказ и продолжали бурно обмениваться впечатлениями от провернутого дела.
— Совсем недавно я думал, что такое бывает только в кино, — после очередной рюмки поделился Артур.
— Человеческая воля определяет поступки и события. Мы захотели и сделали это! Если бы все люди жили по правилам, то кто бы открыл Америку? Ведь плыть долгие месяцы навстречу полной неизвестности могли только бродяги, которые не боялись ни бога, ни черта.
Клиенты прибывали, и спустя два часа свободных столиков не осталось. К этому времени ребята допили вторую бутылку коньяка. Администратор, распознав денежных клиентов, подсадила к ним девчонок из танцевальной группы.
— «Гусары вели счет шампанскому только на дюжины», — пьяным голосом цитировал Салтаев и заказывал по двенадцать бутылок за раз.
Мысли начинали путаться.
— «Тварь ли я дрожащая или право имею?» - Александр искал ответа у присоединившихся к ним девушек, которые в ответ только хлопали ресницами.
— Где рамки? Внутри? — Салтаев хлопал по груди неверной рукой, — или в уголовном кодексе?
Красавицы искренне хотели помочь ему найти ответ, но только пытались скрыть свое легкое недоумение.
Окончательно «нагрузившись», ребята переместились в сауну.
Чем они там занимались, Александр, проснувшись следующим утром, не помнил, хотя и догадывался.
Умывшись, позавтракав и пересчитав наличность, Салтаев решил, что надо потратить ее с пользой, пока она еще оставалась.
Личный автомобиль — заветная мечта современного человека.
Называть железного коня средством передвижения, все равно, что называть Байкал скоплением воды.
Шестицилиндровый двигатель, литые диски, спойлер, велюровый салон приводили Салтаева в состояние эйфории.
Из окна собственного автомобиля весь мир смотрится по-другому. Александр представлял себя пилотом звездолета, мчащимся по космическим магистралям. Давишь на педаль газа, и огромный механизм проносит тебя через пространство, над которым ты обретаешь власть.
Первые трое суток Александр не вылезал из-за руля, питался хот-догами и спал, откинув спинку сиденья. Через некоторое время он привык и осознал, что это головокружительное наслаждение, никогда больше в жизни не повторится.


Глава 2

Что наша жизнь —  игра,
и кто ж тому виной,
Что я увлекся этою игрой.
Песня из кинофильма «12 стульев»

Полтора года прошли в праведных трудах. Очередной рабочий день закончился. Все разошлись, и Салтаев сидел один в своем кабинете. Карьера была успешной, и он уже занимал высокую должность на одном из крупных предприятий республики.
Надо было собираться и идти домой. Он представил, как снова откроет дверь, разденется и пройдет на кухню. Поужинает, и потом снова тапочки, диван и телевизор.
Он вспомнил Артура: «Как он сейчас там? Явно думает не о том, какие обои поклеить». Чувства, которые он испытывал, выходя из «Граната», все чаще просыпались в Александре в последнее время.
Риск — самая захватывающая часть игры. Он притягивал возможностью вырваться из тусклой обыденной жизни и испытать, что такое
Шпаги свист и вой картечи,
И тьмы острожной тишина.
Салтаев взял в руки игральный кубик и загадал: «Выпадет нечет — пойдет завтра к начальству просить повышения, выпадет чет — поставит свою свободу на кон.
Кубик прокатился по гладкой поверхности стола и на секунду замер перед последним падением на грань. Александр прикрыл глаза. Когда открыл их снова, почувствовал, как участился пульс.
Незадолго до этого он разговаривал со своим знакомым, который работал в аудиторской фирме. Тот недавно проводил проверку ОАО «Бурятпромстрой» и упомянул в разговоре, что предприятие ведет строительство крупного объекта для АО «Байкалдрагмет». По договору вскоре должен был пройти очередной платеж, но банковские счета строительной организации были арестованы налоговой инспекцией, и перечислять туда деньги не имело смысла.
— Большой платеж-то? — небрежно поинтересовался Александр.
— Около 800 тысяч рублей. А что?
— Да нет, ничего. Просто так спрашиваю, — равнодушно ответил Александр, а про себя невольно подумал, что ОАО «Бурятпромстрой» — предприятие наполовину государственное. А это, как правило, не предполагает жесткого контроля за движением финансовых ресурсов.
Тогда он не придал этому особого значения, но сейчас, сидя в своем рабочем кабинете, обдумывал возможные варианты. Планируемая комбинация была проста и оригинальна.
В первую очередь надо было открыть подставную фирму. Для этого он встретился со знакомыми «щипачами»  и попросил их подобрать паспорт с фотографией, похожей на его лицо. Нередко карманники вместе с бумажниками вытаскивают документы и потом выбрасывают их за ненадобностью.
Он также обошел видеопрокаты и рестораны, где люди могли в залог оставить паспорт и не выкупить его. Все было безрезультатно.
Наконец через неделю Федька по прозвищу Цыган принес ему нужный документ:
— Смотрю, в автобусе фраер стоит, один в один твоя «фаска» . Ну, я мыкнул у него по карманам, денег почти не поднял, а ксива — вот она. Дашь «пятихатку» ?
Цыган, конечно, лукавил. «Терпила»  чем-то походил на Александра, но не так, чтобы один в один. Оставалось только надеяться, что никто не будет тщательно сверять фотографию. Сошлись на двухстах рублях, и Цыган ушел явно довольный.
Меньше чем через неделю в регистрационной палате города Улан-Удэ был зарегистрирован индивидуальный предприниматель Виктор Николаевич Хануев, видом деятельности которого была поставка стройматериалов.
Пока регистрировалась фирма, Александр побывал на работе у своего знакомого аудитора. Денис работал в аудиторской фирме уже несколько лет и хорошо знал свое дело.
С Александром они познакомились по долгу службы, когда Денис проверял организацию, где работал Салтаев.  Денису было тридцать лет, он не был жадным, но и своего никогда не упускал. Александр прошел к нему в кабинет и пригласил на улицу покурить. Как бы между делом Салтаев спросил:
— Помнишь, ты говорил, что «Бурятпромстрой» проверял?
— Помню. А что?
— Сможешь сделать копию договора между ним и «Байкалдрагметом»?
— Смочь-то смогу, только зачем тебе? — подозрительно спросил Денис.
— Юрист знакомый просит. Он представляет фирму, которая с ними судится. Сделаешь — две штуки твои. Недурно за пару бумажек? Все равно никто не узнает.
— Можно попробовать, только если что случится, я — не при делах.
— Само собой, да и мне самому лишняя огласка ни к чему.
Через несколько дней они встретились снова. Аудитор немного нервничал, видимо, в версию с юристом не особо поверил. В любом случае он ничем не рисковал, копия была готова, и на ней не написано, кто ее сделал и для чего. Салтаев отсчитал деньги и получил нужный документ. Работа аудитора подразумевает умение хранить тайны, поэтому сомневаться, что с этой стороны все будет чисто не приходилось.
Копия договора была нужна ему, чтобы получить образец оттиска печати и образцы подписей директора и главного бухгалтера. Кроме того, там были указаны сроки платежей. Следующее перечисление денег ожидалось через две недели.
Подготовка была завершена, и можно было приступать непосредственно к осуществлению задуманного. Александра охватило приятное волнение. В случае успеха можно будет поднять около восьмисот тысяч рублей. В случае неудачи часть третья статьи 159 Уголовного Кодекса Российской Федерации предусматривала наказание за мошенничество в особо крупном размере до десяти лет лишения свободы.
Ставки были сделаны, и колесо закрутилось.
В АО «Бурятпромстрой» недавно был назначен новый финансовый директор, и он не был знаком с руководством «Байкалдрагмета». С уличного автомата Салтаев позвонил в «Байкалдрагмет» и попросил соединить его с главным бухгалтером. К телефону долго никто не подходил. Александр сжимал и снова разжимал трубку. Наконец, на том конце провода низким голосом ответила женщина. Сосредоточившись на разговоре, он неторопливо произнес:
— Здравствуйте, Виктория Львовна. Вас беспокоит ОАО «Бурятпромстрой», финансовый директор Тимофеев Игорь Владимирович, — Салтаев слышал, как в кабинете собеседницы пульс-радио передает новости.
— Добрый день. Значит, это вас назначили вместо Ирины Сергеевны?
— Да. Очень приятно с вами познакомиться.
— Взаимно. Что вы хотели?
Первое волнение улеглось, и сейчас Александр почувствовал кураж.
— Вы, наверное, слышали, что у нас сейчас неприятности с банковскими счетами?
— Да. Что-то такое слышала.
— Вы не могли бы переслать следующий платеж на счет фирмы, которая поставляет нам стройматериалы? У нас перед ними большая задолженность, и они грозятся прервать поставки, тогда мы не сможем продолжить строительство вашего объекта.
Во времена всеобщего кризиса неплатежей это было в порядке вещей и не должно было вызвать подозрений, тем более что в договоре имелся пункт, согласно которому расчет мог производиться с третьими лицами по письменному распоряжению Исполнителя.
— А что у вас со счетами? — в ее голосе сквозила подозрительность.
— Налоговая арестовала. Совсем работать не дают.
— А что с Ириной Сергеевной?
Салтаев выругал себя, что не подготовил ответ на этот вопрос.
— Она уволилась по собственному. Обстоятельства мне не раскрывают, — Александр замер, испугавшись, что сморозил глупость.
— Ну, хорошо, — сомнений в ее голосе стало меньше, — отправляйте письмо в установленном порядке, мы рассмотрим. Но, насколько я помню, срок следующего платежа только через две недели.
— В том-то и дело! Нам нужно срочно погасить задолженность перед поставщиком. Может быть, вы пойдете нам навстречу, все-таки у нас с вами сложились такие плодотворные деловые отношения.
— Ладно, присылайте письмо, я поговорю с директором.
— Заранее спасибо. До свидания.
— Всего доброго.
Положив трубку, Александр несколько раз прокрутил в голове произошедший разговор. Кубик брошен. Кто-то уже решил на какую грань ему упасть.
Теперь у него было семь-десять дней, чтобы закончить свое дело. Через две недели настоящий представитель АО «Бурятпромстрой» свяжется с Викторией Львовной, и обман вскроется.
На следующий день он отпечатал письмо «Байкалдрагмету» от «Бурятпромстроя» с просьбой перечислить в счет оплаты за строительство восемьсот десять тысяч рублей индивидуальному предпринимателю Хануеву Виктору Николаевичу за поставленные им стройматериалы. Ниже были указаны расчетный счет и прочие реквизиты подставного предпринимателя. Подписи и печать были скопированы из договора, предоставленного аудитором. Александр оставил это письмо в приемной ОАО «Байкалдрагмета».
Салтаев подождал два дня и снова позвонил в «Байкалдрагмет».
— Виктория Львовна? Здравствуйте. Это «Бурятпромстрой», Тимофеев. Вы получили наше письмо?
— Да. Я поговорила с директором, он не против, но у нас сейчас нет денег. На днях мы ожидаем поступление, как оно придет, мы сразу заплатим.
— Мы были бы вам очень признательны, Хануев нам постоянно звонит и требует оплату, — в трубке он слышал, что теперь на пульс-радио играет веселая музыка.
Надо было звонить каждый день, чтобы не пропустить момент.