Глава 29. Ночь, когда Москва улыбнулась

Прошло два месяца.
Дом Мити преобразился. Рабочие восстановили фасад, отреставрировали лепнину, заменили крышу. Внутри шла подготовка к открытию музея. Эксперты приезжали каждый день. Они каталогизировали артефакты, готовили экспозицию, спорили о том, как лучше разместить автомобиль «Дукс».
Митя был счастлив. Но он чувствовал: что-то должно случиться.
— Архип, — сказал он однажды вечером. — Ты чувствуешь это?
— Чувствую, — сказал Архип. — Они придут.
— Кто?
— Те, кто хочет забрать сокровища.
Митя посмотрел на полку с артефактами. Они светились своим тёплым золотым светом.
— Они не смогут, — сказал Митя. — Правда?
— Конечно, не смогут, — сказал Архип. — Но будет весело.
Васька, дремавший в углу, приоткрыл один глаз:
— Весело? А можно я поучаствую?
— Обязательно, — сказал Архип. — Ты — часть команды.
________________________________________
Та ночь была тёмной.
Борис Михайлович сидел в своём офисе и пил коньяк. Он ждал звонка.
— Они справятся, — сказал он сам себе. — Они профессионалы.
Он улыбнулся. Скоро все сокровища будут его. Он продаст их частным коллекционерам за границей. Он станет богаче в тысячу раз.
Телефон зазвонил.
— Борис Михайлович, — сказал голос Гены. — Мы на месте. Всё готово.
— Приступайте, — сказал инвестор и отключился.
Он подошёл к окну и посмотрел на ночную Москву.
— Завтра, — сказал он. — Завтра всё изменится.
________________________________________
Гена и его шайка подошли к дому Мити.
Их было четверо: Гена — главарь, с неприятным лицом и кривой ухмылкой; Толик — здоровяк с ломом; Света — женщина с отмычками; и Колян — тощий парень с рюкзаком, набитым инструментами.
— Ну что, парни, — сказал Гена. — Работаем тихо. Нам нужен только подвал.
— А если кто-нибудь проснётся? — спросил Колян.
— Тогда мы его... напугаем, — сказал Гена. — Без насилия. Нам не нужны проблемы.
Они подошли к двери подвала. Света принялась за замок.
— Этот замок странный, — сказала она. — Я таких не видела.
— Открывай давай, — сказал Гена. — Не тяни.
Света повозилась с замком пять минут. Потом десять. Потом пятнадцать.
— Я не могу, — сказала она. — Здесь нет скважины. Вообще.
— Что значит «нет скважины»? — Гена наклонился посмотреть.
В этот момент замок сам щёлкнул и открылся.
— О, — сказала Света. — Я справилась.
— Молодец, — сказал Гена. — Входим.
________________________________________
Они вошли в подвал.
Внутри было темно. Темнее, чем должно быть.
— Включите фонари! — приказал Гена.
Все включили фонари. Лучи затанцевали по стенам.
И тут началось.
Огромный шлем дружинника, висевший на стене, вдруг наклонился и упал прямо на голову Гене. Наделся на неё, как каска.
— А?! Что?! — закричал Гена, пытаясь стянуть шлем с головы. — Я ничего не вижу!
— Это древний шлем! — заорал Колян. — Он тебя захватил!
— Снимите его с меня!
Толик попытался стянуть шлем, но тот словно прирос.
— Он не снимается, — сказал Толик. — Он как будто живой.
— Помогите! — кричал Гена, слепо тыкаясь в темноте.
Он налетел на автомобиль «Дукс» и громко заохал.
________________________________________
Тем временем Васька сидел на крыше автомобиля и наблюдал за происходящим.
— Ну и цирк, — сказал он. — Архип, ты видишь?
Архип вынырнул из-за колеса.
— Вижу, — улыбнулся он. — Но это только начало.
Он щёлкнул пальцами.
Тут же компас Петра Великого, стоявший на полке, сорвался с места и полетел прямо в Коляна. Ударил его по лбу.
— Ой! — вскрикнул Колян и отшатнулся. Он наступил на астролябию, которая вдруг оказалась у него под ногами.
— Ай! — Колян подпрыгнул и приземлился на серебряный поднос из золотого сервиза. Поднос покатился, как санки. Колян, не удержавшись, покатился на нём прямо в стену.
— Бум! — Колян стукнулся головой о стену и сел на пол с глупым видом.
— Спаси меня, — прошептал он. — Я боюсь старых вещей.
________________________________________
Света, увидев, что происходит с её подельниками, решила действовать сама.
— Прекратите паниковать! — крикнула она. — Это просто старые вещи!
— Они живые! — закричал Гена из-под шлема. — ОНИ ЖИВЫЕ!
— Ничего они не живые, — сказала Света и потянулась к броши балерины.
Брошь лежала на полке. Спокойно лежала. Красивая такая, золотая, с бриллиантами.
Света взяла её в руки.
— Она же великолепна, — прошептала она. — Она стоит целое состояние.
Брошь вдруг вспыхнула ярким светом. Света вскрикнула и отбросила её, но брошь прилипла к её ладони. Заколдованный блеск очаровал её.
— Она не отлипает! — закричала Света. — Она прилипла ко мне!
Брошь начала светиться всё ярче. По подвалу разлетелись лучи.
— Снимите её с меня! — кричала Света, размахивая рукой, будто пытаясь стряхнуть светлячка. — ПОМОГИТЕ!
Толик, который ещё ничего не сделал, стоял в стороне и испуганно смотрел на своих подельников.
— Это безумие, — сказал он. — Это просто безумие.
Он повернулся, чтобы бежать, но перед ним выросла серебряная чернильница. Она парила в воздухе на уровне его глаз.
— Что ты хочешь? — спросил Толик. — Что тебе от меня нужно?
Чернильница вдруг чихнула. Из неё вылетело облачко чернильной пыли и осело на лице Толика.
— Ой, — сказал Толик. — Я весь в чернилах.
— Забавно, — сказал кто-то рядом.
Толик обернулся. Но там никого не было. Не было никого, кроме кота. Дымчато-серый полосатый кот сидел на крыше автомобиля и внимательно смотрел на него.
— Ты умеешь разговаривать? — спросил Толик.
— Все коты умеют разговаривать, — сказал Васька. — Просто не все хотят.
— Этого не может быть.
— Может, — сказал Васька. — А теперь оглянись.
Толик обернулся. И увидел, как маленький человечек в дворницкой фуражке идёт по подвалу с огромным ключом в руках. Человечек был ростом с кота, с длинной седой бородой до пояса.
— Кто это? — прошептал Толик.
— Это Архип, — сказал Васька. — Хранитель Москвы.
Архип подошёл к Толику и посмотрел на него снизу вверх. Потом поднял свой огромный ключ — и вежливо постучал Толика по ноге.
— Уходите, — сказал Архип. — Пока можете.
— А если не уйдём? — спросил Толик, чувствуя, как его голос дрожит.
— Тогда останетесь навсегда, — сказал Архип. — Среди вещей, которые старше вас в десять раз.
________________________________________
Гена забежал в подвал с металлическим ломом в руках, собираясь крушить всё подряд.
— Где эти проклятые вещи?! — кричал он. — Я сломаю их всех!
Но лом запутался в цепи старосты — золотой цепи, которая, по слухам, принадлежала старосте ремесленной слободы. Цепь выглянула из ящика и обвила лом кольцами. Дёрнула. Ещё дёрнула.
— Что происходит? — крикнул Гена.
Но из камина вылетело знамя ополчения. Полотнище развернулось и шлёпнуло Гену прямо по лицу. Он попятился, споткнулся об истукана вятичей, который вдруг оказался прямо посреди комнаты, и упал на колени.
Вдруг сверху свалился колокол Алексеевского монастыря. Точнее — его голос. Маленький колокольчик, который Митя принёс из 1812 года, сорвался с полки и запрыгал прямо на коленях у Гены.
— Дзынь! — сказал колокольчик. — Дзынь-дзынь-дзынь-дзынь-дзынь!
Колокольчик плясал на ноге Гены, звоня всё громче. Гена вскочил и принялся скакать по подвалу, пытаясь стряхнуть его.
— Убери это от меня! — кричал Гена, прыгая на одной ноге. — УБЕРИ ЭТО!
— Ах, какая музыка, — сказал Архип, наблюдая. — Прямо балет. Брошь балерины одобрила бы.
________________________________________
Между тем Света, наконец, содрала с себя брошь, и она отлетела в сторону. Но тут же брошь подскочила и приземлилась точно на нос кота Васьки, который сидел на полу и внимательно следил за происходящим.
— Мяу?! — удивился Васька. — А это мне?
— Убери её от него! — крикнула Света. — Она же меня укусила!
— Брошь не кусается, — сказал Васька. — Но она умеет быть очень... настойчивой.
— Сними её с меня!
— Зачем? — удивился Васька. — Она тебе идёт. Прямо как короне.
Света посмотрела на своё отражение в стекле и вскрикнула:
— Я похожа на ёлку!
— Ну, на ёлку — это ещё ничего, — сказал Васька. — Вот если бы ты была похожа на собаку — вот это была бы проблема.
Света зарыдала и выбежала из подвала.
________________________________________
Толик, наконец, понял, что происходит. Он попятился к двери, но колокольчик подкатился к нему и прыгнул на ногу.
— Нет! Нет! Только не я!
— Дзынь! — ответил колокольчик и заплясал на его голове, как сумасшедший.
— Помогите! — закричал Толик и выбежал за Светой.
Колян, сидевший на полу с глупым видом, вдруг почувствовал, как идол вятичей подполз к нему. Он открыл глаза и увидел перед собой каменное лицо с выразительными глазами и улыбкой.
— А. Ну привет, — сказал Колян. — Ты кто?
Идол не ответил. Он просто по-дружески кивнул головой.
— Слушай, — сказал Колян. — А ты не знаешь, как отсюда выбраться?
Идол медленно поднял руку и показал на дверь.
— Спасибо, — сказал Колян. — Ты хороший.
Он пополз к двери, прижимаясь к полу.
Идол проводил его взглядом.
________________________________________
Гена остался один.
Он был в шлеме, который не снимался. Он был весь в чернилах. Он был обмотан золотой цепью. На его ноге плясал колокольчик. А перед ним стоял маленький человечек в дворницкой фуражке.
— Ну что, Гена, — сказал Архип. — Весело?
— Кто ты такой?! — закричал Гена.
— Я — хранитель, — сказал Архип. — Хранитель этих сокровищ. Хранитель этого дома. Хранитель Москвы.
— Этого не может быть! — кричал Гена. — Ты не можешь существовать!
— А я и не существую, — сказал Архип. — Я просто всегда здесь. Я — дух этого дома.
Гена попытался бежать, но золотая цепь держала его.
— Отпусти меня! — кричал он.
— Отпущу, — сказал Архип. — Но сначала ты расскажешь полиции, кто тебя послал.
— Я не знаю! — кричал Гена. — Я ничего не знаю!
В этот момент дверь подвала открылась, и вошла полиция.
— Всем стоять! — скомандовал полицейский. — Это полиция!
Он оглядел подвал. Увидел Гену в шлеме, обмотанного цепью, с колокольчиком на ноге, покрытого чернилами.
— Что здесь происходит? — спросил полицейский, с трудом сдерживая смех.
— Он! — закричал Гена, показывая на Архипа. — Это всё он!
Полицейский посмотрел в ту сторону, куда показывал Гена. Никого не было.
— Кто? — спросил полицейский. — Здесь никого нет.
— Он был здесь! Маленький человечек с бородой! И кот! Говорящий кот!
Полицейский посмотрел на своего напарника. Тот пожал плечами.
— Похоже, вы перепили, гражданин, — сказал полицейский. — Пойдёмте, оформим протокол.
— Нет! Я не пьян! Я видел их!
Гена попытался бежать, но споткнулся о цепь и упал лицом вперёд. Шлем свалился с его головы и покатился по полу, звеня.
— Ай! — закричал Гена.
Полицейские помогли ему встать. Они заковали его в наручники и повели к выходу.
У двери Гена обернулся и посмотрел на подвал.
На полке сидел кот. Дымчато-серый полосатый кот с белыми «носочками» и надорванным ухом.
Он улыбался.
________________________________________
Утром Митя узнал о том, что случилось ночью.
— Они пытались ограбить музей? — спросил он у папы.
— Пытались, — сказал папа. — Но полиция их поймала. Они признались, что их нанял Борис Михайлович.
— Инвестор? — удивился Митя.
— Да, — сказал папа. — Его арестовали сегодня утром. Ему предъявят обвинения в организации ограбления и попытке хищения культурных ценностей.
Митя молчал. Потом спросил:
— А что случилось с артефактами?
— Всё на месте, — сказал папа. — Ни одна вещь не пострадала.
Митя облегчённо вздохнул.
— Можно мне спуститься в подвал?
— Конечно.
Митя спустился в подвал. Всё было на месте. Полка с артефактами стояла нетронутой. Автомобиль «Дукс» блестел в углу.
Из-за колеса выглянул Архип.
— Ну что, Митя, — сказал он. — Кажется, всё закончилось хорошо.
— Да, — сказал Митя. — А что случилось с грабителями?
— Они больше не будут грабить, — сказал Архип. — Им очень... не понравилось.
Васька спрыгнул с крыши автомобиля и подошёл к Мите.
— А я говорил, что сметана решает все проблемы, — сказал Васька. — Вот если бы они налили сметану грабителям, те бы успокоились.
— Васька, — засмеялся Митя. — Ты опять про сметану.
— Про сметану нельзя забывать, — сказал Васька. — Сметана — это классика.
________________________________________
Москва просыпалась.
Солнце вставало над городом. Золотые купола церквей светились в первых лучах. Птицы пели. Город жил.
Митя стоял у окна своей комнаты и смотрел на Москву. Он думал о всех своих путешествиях. О старом городе, о Кремле, о Куликовом поле, о Большом театре, о заводе «Дукс». Обо всех людях, которых он встретил. Обо всех историях, которые он услышал.
За его спиной вошёл Архип.
— О чём задумался? — спросил он.
— О Москве, — сказал Митя. — Она такая большая. В ней столько истории. Столько жизни.
— Да, — сказал Архип. — Москва — это целый мир. Это память. Это душа.
Митя помолчал. Потом сказал:
— Архип, а мы ещё увидимся?
— Конечно, — сказал Архип. — Я всегда здесь. Я всегда буду здесь.
— Ты будешь охранять Москву?
— Я всегда охранял Москву. И ты тоже охраняй.
Митя кивнул.
— Буду, — сказал он. — Обещаю.
За окном вставало солнце. Начинался новый день.
Новый день в Москве.