Крутово болото

Над деревенским пригорком уже зажгли огненные костры рябины, в кустах разросшихся слышится шум и гам пирующих дроздов - рябинников. В лесной чащобе гулко ухал филин поутру, пересвистывались мелкие кулички на болотных кочках, в спокойной тишине туманного утра звучно прозвучали переливчатые крики, курлыканье журавлей.
 Лесная глушь нарастала, кругом была одна болотная глухомань. Корабельные сосны чередовались с шатровыми елями, пахло багульником, хвоей, торфом, топью, брусникой, палыми листьями. Едва заметная во мху тропинка петляла между полосами голубичника, сабельника, багульника, черничника. Огромные сосны, поваленные ветром, лежали вразброс, навалом на изумрудном ковре мхов. И тишина стояла - гулкая, глухая, сухая, глубокая, от болота тянуло прохладой, сыростью. Полосы солнечного света падали неровно, проникали в гущу кустов, в заросли вереска, брусники, которые подходили к топким берегам озера Круглец.
Крутово болото шло широкий полосой зелёного и седого мха, болотных кочек. Болото - топкое, глухое, марь, топь. Всё кажется, что оттуда из самой топи, из трясины доносится жуткое уханье, хлюпанье, страшное бормотанье, тяжкое сопение, словно кто - то ворочается в топи, в трясине. Местами, островками зелёные моховые кочки густо обсыпаны красными россыпями переспевшей брусники и бардовой клюквы.
Нежданно болото закончилось, расступились редкие кряжистые сосны, корявые сосёнки, кусты, блеснуло тусклым светом чёрное зеркало воды озера Круглец.
На противоположном берегу стволы береговых сосен золотились в лучах неяркого утреннего солнца. Глубокая, гулкая тишина обволакивала берега озера.
За озером Круглец тропинка петляла к правому берегу, камыши порыжели, засохли, но стояли, ожидая тёплых дней, которых уже не будет. Кряковая утка услышав мои шаги, поднялась из камышей, по - особому закрякала:Кря-кря-кря".
Подвижными чёрными точками обозначились в дальнем углу другие утки, то
расплывающиеся широко, то собирающиеся в кучки. Всё чаще раздавалось, слышалось  хлопанье крыльев тетеревов на краю болота.
На краю болота, как в жёлтых платочках стояли матёрые берёзы. Великаны - дубы тоже были с коричневыми крапинками в кронах, с чёрными, словно обугленными стволами, с корявыми сучьями. Теплее и ярче всех светились рослые осины, сменившие зелёные шали на ярко - багряные полушалки.В другой стороне, сквозь неровный строй тонких берёзок тускло вырисовывались стволы облетевших ольх.   
Внезапно в осеннюю гармонию лесного покоя, ворвалась болтливая сорока: застрекотала на рыбацкой тропой - часовой всё видит, часовой объявил тревогу. И тут же в болоте запищали молодые тетерева на брусничных кочках, отозвались сороке.