Её возлюбленный, или Становление миллениала 6

Глава 6

     И вот наконец-то наступил 2000 год. Какими же запомнились нулевые в стране? За что мы любим эту эпоху?

     Что запомнилось
Стабильность после неопределённости. Многие вспоминают нулевые как время, когда стало понятно, по каким правилам жить, появился более предсказуемый ритм. Это создало почву для оптимизма: люди начали строить планы, покупать жильё в ипотеку, ездить за границу.
Взрыв культуры. В нулевые сформировался узнаваемый культурный код. В музыке гремели «Тату», «Мумий Тролль», Земфира, «Би-2», появилась Глюкоза, а шоу вроде «Фабрики звёзд» открыли новых звёзд. В кино вышли «Брат-2», «Ночной» и «Дневной дозор», «Бумер», «9 рота». На ТВ расцвели реалити-шоу и музыкальные каналы. Активно развивались субкультуры — эмо, готы, панки.
Зарождение цифрового мира. Именно тогда интернет из нишевого хобби превратился в массовую площадку. Люди общались в ICQ («аське»), скачивали музыку в MP3, делились файлами через ИК-порт, вели блоги в «Живом Журнале», а в 2006 году появилась «ВКонтакте». Для многих это было время открытий: звук модема, первые рингтоны, лимитированные пакеты СМС, из-за которых приходилось придумывать сокращения.
Яркие стилевые тренды. Мода нулевых легко узнаётся: джинсы с низкой посадкой, велюровые костюмы, обилие страз, кроп-топы, леопардовый принт.
Новые возможности и развлечения. Развивалась клубная сцена, появлялись модные заведения. Массовый туризм стал доступнее: пакетные туры на зарубежные курорты перестали быть привилегией.

За что любят эту эпоху?
Ностальгия по молодости. Для многих нулевые пришлись на детство, юность или начало взрослой жизни — период формирования личности, первых серьёзных увлечений, первых самостоятельных шагов. Воспоминания об играх во дворе, авантюрах, первых влюбленностях, походах в кино или на концерты становятся особенно ценными.
Ощущение открытости и возможностей. Казалось, мир расширяется: новые техноло-гии, культурные течения, карьерные и творческие перспективы.
Живое общение. До тотальной цифровизации было ещё далеко, и люди чаще встречались вживую — во дворах, в кафе, на мероприятиях. Это создаёт контраст с нынешней цифровой эпохой и усиливает ценность тех моментов.
Уникальная смесь трендов. Эпоха запомнилась тем, что в ней причудливо переплелись западные влияния и постсоветский колорит — получился очень самобытный микс.
Но есть и другая сторона
Важно помнить, что нулевые были не только светлыми. Страна продолжала справ-ляться с последствиями конфликтов на Северном Кавказе, произошли тяжёлые трагедии (теракты, захват школы в Беслане). Были и экономические сложности: высокая инфляция, а в 2008 году ударил мировой финансовый кризис. Росло неравенство по доходам.
Поэтому восприятие эпохи часто двойственное: кто-то вспоминает только позитив и энергию, а кто-то — и серьёзные вызовы того времени.
Таким образом, 2000-е годы были временем контрастов: экономического подъёма и культурного расцвета, но одновременно и периодом социальных противоречий. Но-стальгия по этой эпохе часто связана с ощущением стабильности и надежды после тяжёлых 1990-х годов, но важно помнить и о её издержках.

     В 2000 году Марине стукнуло 16. Последующее десятилетие её жизни было сфор-мировано, как и дела в стране, контрастами. С одной стороны, юность — прекрасный возраст. Это период, полный открытий, смелых решений и ярких эмоций, который оставляет глубокий след в жизни человека. С другой стороны, юность — это не только праздник, но и серьёзное испытание. В этот период часто возникают внутренние конфликты, связанные с поиском собственной идентичности, столкновением с реальностью, которая не всегда соответствует ожиданиям. Могут возникать трудности в общении со взрослыми, чувство непонимания и одиночества.
     Вот и у Марины так же: с одной стороны, юность — это дружба с абсолютно раз-ными людьми, походы в клуб на дискотеку, вечерние прогулки по деревне, редкие походы и поездки на речку, совершеннолетие и легальное распитие клюквы на коньяке, первая работа. Чёрт возьми, первое всё. Первая любовь, к сожалению, безответная, но не менее прекрасная, чистая, светлая. Первый парень. Первое решение взять свою жизнь в свои же руки. Первый поцелуй. Первые отношения. Первый брак и первый развод. Ну что сказать: головокружительный и «ключбитьевый» по голове период.
     Ну что же, о некоторых важных моментах поведаю поподробнее, но очень кратенько, чтобы мой дорогой друг-читатель не заскучал.
     Итак, сентябрь 2000 года. Второй курс ПТУ. Марина ездит на учёбу в город из деревни. Вначале это было несложно. Ходил по расписанию рейсовый автобус. В городе С. был свой автобусный парк. Но где-то ближе к зиме он прекратил своё существование, а на его месте открыли стоянку для автомобилей, причём платную. И вот тогда добираться до учёбы стало делом, скажу я вам, довольно энергозатратным. Конечно, власти города предприняли попытку исправить положение и пустили в рейс «Газель». Но она была в частных руках, а что это значит? Хочу — еду по маршруту, хочу — не еду. Хотя было расписание. Так вот, с утра в любую погоду идёшь на остановку и не знаешь, будет транспорт в город или нет. Ждёшь назначенного часа, а «Газелька» не приезжает. Ждёшь ещё полчаса: вдруг что-то случилось и она просто опаздывает. Уже после этого люди объединяются и либо вызывают такси (на четверых это не так финансово затратно), либо какой-нибудь местный житель, собравшийся по делам в город, мог подвезти их. Либо был ещё третий вариант: пойти около километра на поворот из деревни на основную автодорогу, по которой автомобильный поток был более интенсивным, и там ловить попутку.
     Причём обратная дорога с учёбы домой проходила по той же схеме: 1. «Газель», которая должна была быть по расписанию, но могла сломаться; водитель мог просто не выйти на маршрут по причине малого количества желающих; 2. Деревенские жители, спешащие после променада по городу в деревню; 3. Марина своими короткими ножками шла домой пешком, а идти было без малого 12 километров, попутно голосуя и пытаясь поймать попутную машину.
    Вот о третьем пункте немного подробнее. У тех девушек, которые ездили из города в деревню домой на попутках (а Марина была далеко не единственной, кто учился в городе, а жил в деревне), за время неработы рейсового транспорта выработалась целая система правил безопасности от, так скажем, недобросовестных водителей. Самый важный и основной пункт в этой системе: ни в коем случае не связываться с дальнобойщиками. Ни при каких обстоятельствах не садиться к ним в кабину. Даже при кажущейся доброжелательности водителей большегрузов могли быть непоправимые последствия для чести девушек. Автор этих слов не пытается всех грести под одну гребёнку, но прецеденты, к сожалению, случались в описываемых реалиях, ну и 90-е закончились не так давно. Что ж, первый и самый важный пункт влёк за собой следующее немаловажное правило: не пытаться остановить и, конечно, не садиться в машину, если в ней несколько мужчин. Третье правило: стараться останавливать те автомобили, в которых наряду с водителем-мужчиной сидит пассажир-женщина.
     Вот с такой сложностью столкнулась Марина в начале второго года своего обуче-ния в ПТУ. Здесь можно сказать пару слов о том, каким же всё-таки предметам учили в стенах данного казённого заведения. Наряду с практической частью, которую я описала в предыдущей главе, в профессионально-техническом училище преподавали также общеобразовательные дисциплины за 10–11 классы, а также специальные предметы. Общеобразовательные дисциплины: русский язык, астрономия, история, обществознание, основы российского законодательства, основы безопасности жизнедеятельности, математика, эстетическое воспитание и т. д. Специальные предметы: электротехника, товароведение пищевых продуктов, основы физиологии питания, санитарии и гигиены, организация производства предприятий общественного питания, кулинария, основы калькуляции и учёта и т. д.
     Конечно, ПТУ для Марины также являлось своеобразным трамплином во взрослую жизнь. Поступила она туда совершеннейшим ребёнком — в 15 лет, а вышла уже совершеннолетним человеком. Плохо там было или хорошо, трудно сказать. По первости, как было сказано выше, было сложно адаптироваться к окружающей действительности. Потом стало легче, появился свой круг общения аутсайдеров. Ни в школе, ни в ПТУ Марина не была лидером. Совершеннейшее безалаберное, безынициативное создание. Но некоторые учителя в школе её, тем не менее, выделяли и, можно сказать, любили. Мастер поварского курса в училище — не исключение. Он её оберегал, что ли, от некоего дурного влияния сокурсников.
     Мастер. Марина всегда вспоминает его с улыбкой. На тот момент он сам ещё учился в техникуме. Был ненамного старше своих подопечных – лет на 6–7. Александр Александрович, Саша-Саша, Саня-Саня. «Сэнсэй», что в переводе с японского означает «учитель», «мастер», «наставник». Так Марина называла его благодаря просочившейся в страну японской культуре, а точнее – мультсериалу «Сейлор Мун».
     Ох уж этот Такседо Маск — ну просто кумир миллионов девчонок конца 90-х. Возможно, а точнее, скорее всего, именно этот мультяшный герой и сформировал в сознании Марины образ идеального парня. Этот образ при половом созревании де-вушки трансформировался в конкретного человека — двоюродного брата подружки-соседки. Но о том, что он является первой любовью нашей дорогой героини, парень этот не знает. Возможно, он догадывался, но наверняка точно не знает. Первая любовь Марины оказалась платонической, безответной. А всё почему? Да потому что он всегда был чужим парнем. Но знаешь, друг-читатель, Марина вспоминает этот период первой влюблённости практически без сожалений. Она думает, что, возможно, первая любовь и должна быть такой вот платонической, чистой, не осквернённой плохими воспоминаниями.
     Сожаление вызывает то, что первая любовь мог бы и сорвать первый поцелуй, но из-за незрелости 14-летней Марины поцелуя не случилось — она увернулась. А дело было так. Они с подругой-соседкой, как всегда, играли у неё во дворе. К ним присо-единились другие ребята и девчата, в том числе кузен Фёклы — назовём его Такседо. И, соответственно, они стали играть в игру, в которую мог играть каждый присут-ствующий, — вариацию «Море волнуется раз». Путём жеребьёвки, а точнее считалки: «Вышел немец из тумана, вынул ножик из кармана: буду резать, буду бить, всё равно тебе водить», — водящим предстояло стать Такседо. По правилам игры он должен был встать спиной к игрокам и произнести: «Море волнуется раз, море волнуется два, море волнуется три, на месте замри». Как только парень произносил «замри», игроки должны были стоять на месте и не двигаться. Задача ведущего была любыми способами, кроме прикосновений, заставить игрока пошевелиться или, например, засмеяться. Первый проколовшийся становился водящим. Ну, кратко говоря, Такседо подошёл к серьёзной, такой сосредоточенной Марине, не желавшей проиграть, и со словами «Давай я тебя сейчас поцелую» начал приближать своё лицо к её лицу. Но... Марина путём прогиба в спине избежала данного поцелуя и таким образом проиграла в игре. Дважды, друг мой читатель. Ибо Такседо, будучи ещё раз водящим, снова проделал этот трюк с Мариной. А она второй раз сделала прогиб в спине. Ну не дурочка же. Эх, молодость. Ей бы удаль и решительность дня сегодняшнего туда! Сама бы его в игре зацеловала. Но у истории нет сослагательного наклонения.    
     Как я написала выше, Такседо был занят: встречался с девушкой с более впечатляющими формами и, что немаловажно, с родителями. Куда там Марине до третьего размера с её еле уловимым первым? И до «бывшего председателя колхоза» с мамой-дояркой и отцом-скотником? Как говорится, социальное неравенство никто не отменял. И к началу нулевых оно стало проявляться и в деревне. Тем более что более-менее приличные парни были из больших городов. А конкуренцию тоже никто не отменял. Так что, когда подружки-соседки созрели, всех парней уже разобрали скороспелые односельчанки. А встречаться с деревенскими пареньками было как-то не комильфо. Маленькое уточнение: Марина ничего не имела против деревенских сверстников. Но, к сожалению, те, кого она знала, были их бывшие одноклассники, ныне второгодники. К слову, сей факт их не красил. К тому же они так же, к сожалению, не обладали симпатичной внешностью. Да, есть поговорка «с лица воду не пить», но, опять-таки, к сожалению, и внутренний мир их был так же беден, как и внешность. Поэтому рассудила мудрая не по годам Марина: уж лучше одной.
     С течением времени подружки-соседки были всё-таки приняты в элиту молодёжи деревни, в которой были как местные, более взрослые парни, так и приезжие. Фёкла — больше, Марина — меньше, гуляли вместе в одной компании. Но не более того. В один из вечеров, тусуясь с ними на «заброшке» — это была недостроенная четырёхэтажная школа, — Марина сорвалась вниз с третьего этажа. Перил на полуразрушенных ступенях не было, а цокольный этаж был затоплен. Она погибла.