Мадама из Амстердама

Жила-была мадама
В цветочном Амстердаме,
Носила она панаму
И ела пастилу.
На велосипеде лихо
По каналам — вихрем,
Свистела, крутила педали,
И горя не знала — ни-ни!
Но в апрельский денёк,
Когда ветер продрог,
Ей с моря нашептал проказник:
«Твой мотив, мадама, не здесь!
Он в Сайгоне, где рис и плесень,
Где цикады жужжат, словно джаз!»
И мадама из Амстердама
Схватила билет до Сайгона,
Крикнув: «Прощай, панама!
Лечу я искать мотив!»
В Сайгоне — жара и джунгли,
Цикады горланят вовсю,
Но вместо тюльпанов — бананы,
И ветер не пахнет сырком.
Она почесала затылок:
«Какой же из этого толк?
Мой мотив — не в рисе и джунглях,
А в скрипе мостов голландских,
В продавцах, что кричат до темна:
“Тюльпаны! Свежайшие! Только с грядцы!”»
И мадама — хоп! — и обратно,
В свой старый квартал, в круговерть.
Сняла чемодан, улыбнулась:
«Я мотив свой везде искала,
А он — он всегда был со мной:
В звонке велосипедном,
В дожде, что рисует круги,
В сыре с дырочками, в тюльпанах,
Что пляшут на каждом шагу!»
Теперь мадама из Амстердама
Не носит панаму — ей к лицу берет!
И кружит по городу, хохоча во весь рот,
И знает: счастье — не за морями,
А в луже, где небо купается,
И в каждом цветке, что смеётся лучами!
Вот так, без обид — Мотив-то внутри!