Письма Учителю. Евхаристия

                "Под давлением действительности даже красивые слова теряют смысл"
                Ван Ли-чжун богослов при дворе Фу СИ.

 Прелестное, Лев Николаевич, утро. Ночь не беспокоила сообщением об очередной атаке беспилотников. Сейчас на "Умном радио" Ваш главный и любимый правителем роман.

 Позабавил момент  отказа старосты Дрона вывозить княжеский скарб в Москву. И это на фоне всеобщего патриотизма в дворянском и купеческом собраниях.

 Из двенадцатого переносимся в девяносто третий.

 Естественно, к Вашим дневникам. Заострив внимание на деградации земельного фонда России, переходите к приношениям:

 "А какое страшное орудие затемнения нравственных требований. Я вижу это по Раевским. Чувствительные весы; анализ и т. п. Все это так важно, так же важно, как и евхаристия"

 И вновь совпадение. В наушниках тоже звучит фамилия Раевского. Кажется, генерала, докладывающего Кутузов о положении на линии соприкосновения.

 Ваш же современник,Иван Иванович деятельно помогал в организации общественных столовых. Именно в его имении центр помощи голодающим крестьянам.

 Увы, напряжение сказалось на здоровье друга. В начале прошлого года Раевский умер.

 И вот сейчас эта странная запись в дневнике. Как бы сказала одна герла, виньетка ложной сути. Или иное, кроящееся в Вашем сознании. Понимаете, что капля в море общего горя не исправит ситуацию с положением освобожденных тридцать лет назад рабов. Уточню, именно так Вы называли крепостных крестьян.

 Как понимаю, речь идет о детях Ивана Ивановича, продолживших дело отца.

 Евхаристия же здесь упоминается более в светском смысле. Как признательность за тобою же совершенное хорошее деяние.  Естественно, подобное не требует анализа. Просто, не думая о благодарности от страждущих, делаешь.

 Надеюсь, никто за это тебя не повесит. Хотя могут, посчитав, что мог бы сделать и больше.

                Ваш ученик ЕС.

 A propos!

 Уточню по персонажу Вашего романа. Николай Николаевич Раевский, герой Отечественной войны. Думаю, не телевизионный"