Только раз в жизни

Теннесси Уильямс
Только раз в жизни
одноактная пьеса

Действующие лица
Мистер Кроули.
Миссис Кроули.
Мистер Браун.
Миссис Браун.
Джудит.
Джим.
Коридорный.

Вестибюль отеля «Le Fonde» в Таосе, Нью-Мексико. Интерьер в сдержанном, привлекательном мексиканском стиле. Справа, за задней стеной, находится художественная галерея; несколько крупных полотен местных мастеров украшают и стены самого вестибюля. Вдоль высоких потолков — балкон, расположенный по периметру. Справа — лестница на верхние этажи (лифтов нет, так как в отеле всего три этажа). Слева — дверь в ресторан.
Входят мистер и миссис Кроули. Они выглядят уставшими, но полными решимости — это их долгожданное путешествие по Западу. Миссис Кроули, статная дама, одета в костюм, щедро украшенный бирюзой и серебром. Мистер Кроули, мужчина внушительных габаритов, подчеркнул фигуру массивным ковбойским поясом. Он идет первым, ковыряя в зубах зубочисткой, и направляется к дивану у центральной колонны.
Миссис Кроули. Обед был так себе.
Мистер Кроули. Стейк был ничего.
Миссис Кроули. Мой состоял из одних хрящей. Если бы я подала тебе такой дома, ты бы и притронуться к нему не смог. Выбежал бы из-за стола.
Мистер Кроули. Хотелось бы мне хоть раз пообедать так, чтобы ты не придралась ни к чему, Мэри.
Миссис Кроули. Боже, как это забавно! Дома ты придирчив к каждой мелочи, а стоит нам выбраться в поездку, как ты готов есть всё, что предложат, без тени осуждения. Тебя даже задевает, когда я говорю, что стейк за 150 долларов уступает тому, что я покупаю в Бельвилле вдвое дешевле.
Мистер Кроули. Меня это нисколько не задевает, Мэри. Взгляни на карту.
Миссис Кроули. Мне плевать на эту карту. Зато я точно знаю одно: я умею выбирать по-настоящему хорошее мясо.
Мистер Кроули. Конечно, умеешь, Мэри. Еще как умеешь. В конце концов, нет ничего лучше домашней еды.
Миссис Кроули (немного смягчившись). Рада, что ты это понимаешь.
Мистер Кроули (довольно хмыкает и закуривает сигару). Ну что ж, думаю, сегодня мы проделали неплохой путь. (Он разворачивает огромную карту.) Давай посчитаем. Выехали из Денвера в шесть утра. В Колорадо-Спрингс были в одиннадцать сорок пять. Двадцать минут на обед, заправка, три кварты масла, настройка топливного насоса — это еще минут пятнадцать. Итак, выехали из Колорадо-Спрингс в…
Миссис Кроули. О, какая разница!
Мистер Кроули. Это имеет огромное значение.
Миссис Кроули. Да никакой разницы нет! Мне надоели эти разговоры о времени, времени и еще раз времени! Ты ведешь себя так, будто управляешь товарным поездом. Что с тобой не так? Почему ты не можешь просто расслабиться, как нормальный человек, и насладиться поездкой, вместо того чтобы корпеть над картами и трястись над своей проклятой машиной? Это действует мне на нервы, Говард! Ты портишь все удовольствие от путешествия!
Мистер Кроули. Мэри, если бы я не подошел к этой поездке с практической точки зрения, где бы мы сейчас оказались?
Миссис Кроули. С практической точки зрения, говоришь?
Мистер Кроули. Именно. У тебя напрочь отсутствует чувство организованности. А в деловом мире без этого никуда.
Миссис Кроули. Это твоя хроническая болезнь. Я надеялась, что здесь ты хоть немного отвлечешься, но нет — ты изучаешь эту карту так, будто это квартальный отчет о продажах! Дай сюда! (Она выхватывает карту и рвет ее в клочья.) Вот так! Может, теперь мы наконец сможем просто отдохнуть.
Мистер Кроули. Мэри, умоляю, мы же на людях! Не стоит устраивать сцену.
Миссис Кроули. Да плевать мне! Меня уже тошнит от всего этого. Эта высота… у меня сердце не на месте.
Мистер Кроули. Тебе нужно прилечь, Мэри.
Миссис Кроули (резко). Нет! Только не до возвращения Джудит. Этот молодой человек мне совсем не понравился. Поразительно, как она умудряется находить таких типов, куда бы мы ни приехали. Боюсь, она снова сбежит с каким-нибудь проходимцем из отеля.
Мистер Кроули. Она сказала, что познакомилась с ним в галерее. Он там что-то рисовал.
Миссис Кроули. Художники — это богема. Я вздохну спокойно, только когда Джудит дебютирует этой осенью и начнет вращаться в приличном обществе.
Мистер Кроули. Что значит «дебютирует»?
Миссис Кроули. То и значит — ее представят свету. Я твержу тебе об этом полгода! Почти всё уже готово.
Мистер Кроули. Боюсь, этот «свет» даже не взглянет на Джудит.
Миссис Кроули. Это еще почему? У меня есть связи в Бельвилле, дорогой. Я не зря столько лет пахала в этих клубах. Ей уже обещали два званых обеда, приедет дочь миссис Эджвуд. Джудит будет приглашена на все мероприятия. Это не официальный дебют, но ее представят всем достойным молодым людям. И тогда, надеюсь, она наконец перестанет таскаться с этим Джеком Уэйленом и девицами Паттерсон, у которых нет ни капли вкуса.
Мистер Кроули. Ты слишком контролируешь ее жизнь. О, здравствуйте!
(Он оживленно приветствует чету Браунов — туристов средних лет, только что вышедших из галереи.)
Мистер Браун. Здравствуйте! Вот уж не ожидал встретить вас здесь!
Женщины обмениваются вежливыми дежурными фразами. Миссис Кроули держится настороженно: она не уверена, стоит ли считать миссис Браун ровней, учитывая, что их семья из Техаса.
Мистер Кроули. По какому шоссе вы ехали — 62-му или 67-му?
Мистер Браун. По 67-му, из Колорадо-Спрингс.
Мистер Кроули. Долго?
Мистер Браун. Ровно тринадцать часов семнадцать минут.
Мистер Кроули. Чёрт возьми, вы нас обогнали! Нам почти четырнадцать часов понадобилось.
Мистер Браун. Путешествовали не спеша?
Мистер Кроули. Всего две остановки сделали — одну для дочери, другую для жены.
Мистер Браун. Моя жена постоянно требует остановок. Но я говорю Эмили: «Это твоя поездка, делай что хочешь. Главное — получить максимум удовольствия, ведь такое случается раз в жизни!»
Мистер Кроули. Точно, раз в жизни! Вы были на плотине Боулдер?
Мистер Браун. Да, конечно. Пока ничего не пропустили.
Мистер Кроули. А в Гранд-Каньоне уже бли?
Мистер Браун. Безусловно.
Мистер Кроули. А Расписная пустыня?
Мистер Браун. Ну, видели ее издалека.
Мистер Кроули. Понимаю. Если это требует большого крюка, то оно того не стоит — только собьёт график и заставит что-то сократить в конце, а там может быть что-то куда важнее. Вы собираетесь на ярмарку во Фриско?
Мистер Браун. Думаю, да. Если Эмили не устанет.
Мистер Кроули. Ваша жена устала?
Мистер Браун. С тех пор как мы выхали, Эмили очень плохо спит. Она говорит, что даже когда ложится, ей всё время кажется, что она едет в машине.
Мистер Кроули. Мэри тоже жалуется на то же самое.
Мистер Браун. Да, Эмили совершенно измотана. Она говорит, что не может вспомнить ничего из того, что видела — настолько устала, что даже не понимает, что происходит.
Мистер Кроули. Жаль. Ей бы стоило использовать эту возможность по полной.
Мистер Браун. Я ей это и говорю. Такой шанс выпадает раз в жизни.
Мистер Кроули. Раз в жизни — это точно! А какой у вас средний дневной пробег, примерно?
Мистер Браун. Ну, я как раз сегодня вечером за ужином пытался это подсчитать.
Мистер Кроули. Полагаю, мы преодолевали в среднем по 3065 миль в день. Неплохой темп, согласитесь? Особенно если учесть, что мы путешествуем с двумя дамами.
Мистер Браун. Неплохо, верно. Но мне кажется, мы шли даже быстрее. Эмили, дорогая, что я тебе говорил о нашем среднем показателе?
Миссис Браун (с грустью). Я не помню, Джордж. Я вообще ничего не помню.
Миссис Кроули. Вам нехорошо, миссис Браун?
Миссис Браун. Нет, просто я смертельно устала, миссис Кроули.
Миссис Кроули. Я вас понимаю. Сама едва держусь: сердце ноет, нервы на пределе.
Миссис Браун. Знаете, мистер Джордж делает все, чтобы путешествие казалось невыносимым. Он словно не понимает, что у женщины нет такой физической выносливости, как у крепкого мужчины.
Миссис Кроули (сочувственно). О да, мужчины этого никогда не понимают.
Миссис Браун. Прошлой зимой мне сделали серьезную операцию, и эта бесконечная тряска в машине… это просто ужасно, понимаете?
Миссис Кроули. Конечно, понимаю. У женщин совсем другое устройство организма, куда более хрупкое, но мужчины, кажется, об этом даже не догадываются.
Миссис Браун. Именно. Он постоянно твердит: «Эмили, с тобой всё в порядке, тебе уже всё вырезали».
Мистер Браун (перебивая, обращается к мистеру Кроули). Представляете, операция, которую ей делали прошлой зимой, обошлась в две тысячи долларов!
Мистер Кроули. Боже мой! Неужели? Моя жена платила всего шестьсот пятьдесят, и это было три года назад.
Мистер Браун. С такими-то больничными счетами да при нынешнем правительстве — какие шансы у честного бизнесмена?
Мистер Кроули. Никаких, вы абсолютно правы. Как думаете, Рузвельт решится баллотироваться на третий срок?
Мистер Браун. Нет. Страна должна вернуться к нормальной жизни. У американцев хватит здравого смысла, чтобы положить конец этим радикальным выходкам. Он почти всё разрушил, но, думаю, его время вышло. В политическом смысле Франклин Рузвельт — труп, он мертв, и выглядит как старая кляча!
Мистер Кроули. Вы правы. Но в стране сейчас столько радикалов… Нам бы кого-то вроде Кулиджа.
Мистер Браун. Кулиджа! Вот именно! Настоящий бизнесмен в Белом доме. А если Рузвельт останется, он втянет нас в очередную европейскую войну.
Мистер Кроули. Ну да. Полон непрактичных идей, прямо как Вудро Вильсон.
Мистер Браун. Профессор колледжа во главе страны! Разве это не кошмар?
Мистер Кроули. Смешно, конечно. Но Рузвельт — это вообще ничто. Избалованный богатей, который и дня в жизни не работал по-настоящему. Знаете, поговаривают, он до двадцати семи лет проторчал в психушке.
Мистер Браун. Что? Да ладно?
Мистер Кроули. Абсолютно точно. Замяли дело деньгами, но он — ненормальный. Всегда таким был. Случай безнадежный. Половину времени за него кто-то другой отдувается, пока он лечится в частной клинике под своим поместьем на Лонг-Айленде.
Мистер Браун. Боже мой! Эмили, ты слышала? Эмили!
Миссис Кроули. Тише. Миссис Браун пытается отдохнуть, она совсем вымоталась. Я только что дала ей бромида .
Мистер Браун. Мистер Кроули говорит, что наш новый президент — психически больной!
Миссис Кроули (шикает). Пожалуйста, потише. Кажется, она заснула.
Миссис Браун (тихо). Нет, я не сплю. Мне всё мерещится эта автострада и та жуткая желтая пустыня. До сих пор чувствую себя разбитой после сегодняшней поездки на заднем сиденье.
Мистер Браун. У «Бьюика» отличная подвеска.
Мистер Кроули. Верно. «Бьюик» — самая комфортная машина на рынке. Какого года ваша?
Мистер Браун. Тридцать шестого.
Мистер Кроули. У нас был тридцать пятого. Продали в прошлом году, взяли «Олдсмобиль» .
Мистер Браун. Неплохая машина, но до «Бьюика» не дотягивает.
Мистер Кроули. Ну, не знаю. Я бы поспорил.
Миссис Браун. Вам никогда не надоедает смотреть на своего мужа?
Миссис Кроули. Честно говоря, бывает. И довольно часто.
Миссис Браун (с грустью). Мне тоже. В этой поездке — особенно.
Миссис Кроули. Ужасно, правда?
Миссис Браун. Быть целый день запертой с ним в машине, а ночью — в одном номере отеля. У вас дома отдельные спальни?
Миссис Кроули. Да, слава Богу.
Миссис Браун. У нас тоже. Слава богу за это.
Миссис Кроули. Конечно, это — замечательная поездка.
Миссис Браун. О, да, просто чудесная. Такая возможность выпадает крайне редко!
Миссис Кроули (вздыхая). Да, такое бывает раз в жизни. Думаю, стоит попробовать написать о Гранд-Каньоне, пока воспоминания свежи. Хочу прочитать это описание на собрании «Дочерей американской революции» в Бельвиле, когда вернусь. Но честно говоря, не знаю, с чего начать.
Миссис Браун. Я бы с радостью помогла, но боюсь, почти ничего не помню.
Миссис Кроули. Надо было сразу отметить, какой он огромный. Жаль, что я не уточнила размеры, но он действительно колоссален. Думаю, напишу, что он просто необъятен, а потом подробно опишу фантастические формы и цвета. Что еще скажешь? Очень красочно, а скальные образования — просто невероятно необычные.
Миссис Браун. Да… необычные — это точно помню.
Миссис Кроули. Может, стоит написать побольше о Йеллоустоне?
Миссис Браун. Вы туда собираетесь?
Миссис Кроули. Да, он есть в нашем маршруте.
Миссис Браун. Кажется, и в нашем тоже. Но, честно говоря, я не могу восторгаться этими «чудесами природы». Всё сливается в одну кучу, как в ресторане, когда на тарелку навалили слишком много еды. В голове — сплошной туман и путаница, а единственное, что я вижу из окна машины, — затылок Джорджа. О боже, этот затылок… У тебя вас аспирина, дорогая?
Миссис Кроули. Есть, в сумочке, на втором этаже. Принести?
Миссис Браун. Пожалуй, мне лучше пойти. Попробую немного поспать.
Миссис Кроули. Говард, я иду отдыхать. Тебе придется дождаться здесь Джудит.
Миссис Браун. Я наверх, Джордж.
Мистер Браун. Хорошо, дорогая.
Мистер Кроули. Поспи, милая. Завтра нам предстоит проехать четыреста двадцать миль.
Мистер Браун. У меня есть идея, как преодолеть пятьсот миль, взяв с собой ланч и сократив количество остановок. Но женщины, похоже, не умеют себя контролировать так, как мужчины. Вот я, например: приучил себя ходить в уборную сразу после еды. За последние тридцать лет нарушил это правило лишь однажды — в 1928-м, когда подхватил кишечный грипп.
Зал галереи. Коридорный медленно проходит через зал, подметая пол.
Мистер Кроули (останавливается, широким жестом обводя картины). Эй, парень! Скажи-ка, а эти картины все написаны художниками?
Коридорный. Да, сэр. Думаю, да.
Мистер Кроули (закуривает сигару, задумчиво оглядываясь). Ну надо же. А ведь некоторые из них чертовски реалистичны. Слушай, Браун, по-моему, самое время пропустить по бутылочке холодного пивка.
Мистер Браун. Не отказался бы. Не помешало бы выдохнуть — целый день за рулем выматывает до предела.
Мистер Кроули. Еще бы. Но такие поездки случаются раз в жизни, верно?
Мистер Браун. Точно. Раз в жизни.
Кроули и Браун уходят через правую дверь. В зал входят Джудит и молодой художник Джим.
Джудит. Вечер был чудесным. Никогда не думала, что ночная поездка по пустыне может быть такой… особенной.
Джим. Я тоже.
Джудит. Но ты ведь здесь всё лето.
Джим. Да. Но сегодня всё было иначе.
Джудит. Нам нужно будет уезжать утром.
Джим. Хотел бы я, чтобы ты осталась.
Джудит. Мне тоже. Но мы должны добраться до Финикса.
Джим. Зачем?
Джудит. Понятия не имею. Но отец полон решимости, у него всё расписано по минутам.
Джим. Джудит.
Джудит. Да?
Джим. К черту расписание. Оставайся.
Джудит. О, я не могу!
Джим. Почему? Не будь такой конформисткой.
Джудит. Что ты имеешь в виду?
Джим. Бунтуй. Настаивай на своей свободе.
Джудит. Как? Я же не мужчина. Легко тебе говорить — ты волен жить как хочешь. А я должна делать то, что мама и папа считают правильным.
Джим. А если бы выбор был только за тобой? Ты бы поехала в Финикс?
Джудит. Не знаю.
Джим. Или осталась бы здесь?
Джудит (с сомнением). А зачем мне здесь оставаться?
Джим. Ты правда можешь спрашивать об этом после всего, что между нами было?
Джудит. В пустыне?
Джим. Да. Ты что, ничего не чувствовала? Разве это ни о чем тебе не говорило? Ты не понимала?
Джудит (с легкой чопорностью). Я не совсем понимаю, о чем ты.
Джим. Джудит, посмотри на эти просторы, на этот лунный свет… Неужели у тебя не возникло желания просто сбежать от всего привычного?
Джудит (тихо). Кажется, я уже сбежала слишком далеко. У меня дома парень.
Джим. И что с того? У меня тоже есть девушка, но это сущие пустяки.
Джудит. Мы… мы почти помолвлены.
Джим. Мы тоже. Но разве это имеет значение? Сегодня вечером всё это казалось таким… неважным.
Джудит. Нет, Джим. Это было лишь мимолетное влечение.
Джим. Ты же сама не веришь в «мимолетные влечения», Джудит.
Джудит. Не навсегда, Джим. Это было бы неразумно.
Джим. Ты завтра поедешь в Финикс?
Джудит. Да, видимо, придется. Было здорово, Джим. Просто чудесно. Поднимись со мной на балкон, я хочу поцеловать тебя на прощание.
Джим. Нет. Не хочу. Не нужно этих прощальных поцелуев. Но если для тебя это всё… Прощай, Джудит. (Резко разворачивается и выбегает.)
Джудит (обиженная и растерянная). Джим! (Издает короткий, почти истерический смешок, подходит к стойке.) Можно ключ от тридцать седьмого, пожалуйста?
Коридорный (протягивает ключ). Конечно. Спокойной ночи.
Джудит. Спокойной ночи. (Направляется к лестнице.)
Мистер Кроули (входит вместе с мистером Брауном). Это моя дочь только что поднялась?
Коридорный. Да, сэр. Мисс Кроули. (Отдает ключи мужчинам.)
Мистер Кроули. Ну, как вы, Браун? Пришли в себя?
Мистер Браун. Уже лучше, сэр. Куда спокойнее. Знаете, целый день за рулем — то еще испытание.
Оба, едва переставляя ноги от усталости, направляются к лестнице.
Мистер Кроули. Понимаю. Сам еле держусь. (С трудом делает первый шаг.) Но такое случается лишь раз в жизни.
Мистер Браун. И то верно, сэр! Раз в жизни, не поспоришь! (Громко смеется.)
Мистер Кроули (смеется). Еще бы! Такое ведь только раз в жизни бывает, правда?
Они скрываются за лестницей. Долгая пауза.
Мистер Браун (кричит с балкона). Да! Вы правы, Кроули… Только раз.
Занавес.

© Переводчик Александр Чупин
e-mail. shurshik_2005@mail.ru
сентябрь 2026г.