Я и нейросеть

Пора, подумала я, браться нам за Вильяма нашего... нет, за нашего ИИ. В одном приложении с ним в смартфоне я для интереса спросила про себя любимую. Оказалось, я успешно защитила кандидатскую диссертацию на филфаке МГУ, работаю там же, и студенты вместе с преподавателями в восторге от моих лекций и научных трудов. Радостному изумлению моему не было предела. Но… враньё от первого слова до последнего. С таким ИИ недолго и до цугундера дойти.

Сын после – впрочем, не очень уверенно – посоветовал Алису. У меня накопилось к ней несколько жгуче животрепещущих вопросов. Скажем, о последствиях для населения России пандемии ковид-19. Нейросеть выдала цифру – 400 тысяч смертей, и это по официальным данным, а мы помним первоначальное враньё про якобы сплошные пневмонии. Так что о реальных грустных итогах по-прежнему приходится только гадать.

Живо интересовали меня и последствия аномальной жары в средней полосе России летом 2010 года. ИИ сказал, что «кумулятивная дополнительная смертность за июль и август 2010 года составила около 54 тысяч случаев по сравнению с тем же периодом 2009 года. В Москве рост был особенно заметным – примерно на 11 тысяч случаев (около 60%). Пик пришёлся на август, когда жара сочеталась с максимальным уровнем загрязнения воздуха». Там был ещё «эффект отложенных смертей» – через несколько месяцев после жары. А ведь кроме умерших было огромное количество пострадавших – например,  слёгших с обширным инфарктом, как я. Но где, по каким федеральным каналам говорилось обо всём этом, кто-нибудь знает? Я – нет. Так что всё-таки спасибо Алисушке нашей.

Помню, гинекологи в девяностых заговорили о том, что у россиянок буквально рухнула репродуктивная система. Если раньше, говорили они, среди сотни женщин встречались одна-две с какими-то патологиями половой сферы, то сейчас таких – каждая вторая на приёме. Я как-то беседовала с видным тверским профессором медицины г-ном Раскуратовым, который осторожно предположил, что он лично связывает данное явление с интервенцией зарубежных продуктов питания. Сразу подумалось о китайской лапше – о ней ещё казахи меня в Павлодаре серьёзно предостерегали (как и о других продуктах и даже о пуховиках!): мол, в Поднебесной всюду суют препараты против беременности, ибо там политика «одна семья – один ребёнок».
 
Ну а что нейросеть? Конспирологию она, конечно, отметает, а больше напирает на возросшее количество абортов, прочие социальные причины; скороговоркой, через запятую – о негативных экологических факторах. Хотя здесь-то, может, как раз и кроются китайская лапша, «ножки Буша» с антибиотиками, пальмовое масло и химия, химия, химия, которая с тех пор так и скрипит на зубах почти от всех нынешних продуктов.
 
(К слову, об экологии. Один знакомый вузовский преподаватель справедливо гневался: «Нельзя говорить «плохая экология»! Экология – это научный предмет, уважаемая отрасль знания. Следует говорить: плохая экологическая обстановка, плохая экологическая ситуация, негативные экологические факторы. И всё!» С тех пор мне не по себе от выражения «плохая экология»).

У нас в Твери ужас какая плохая вода. В ней много растворённого железа, а также известняка, так как вся область лежит на гигантской известняковой платформе. Плюс чуть не стопроцентный износ водопроводных сетей. Я спросила у Алисы, есть ли в средней полосе России города с качественной питьевой водой. Ответ – держитесь! – это Владимир, Ярославль и ряд городов Московской области. Всё, даже Москвы нет. Но и у хороших городов есть нюанс: вода может быть ухудшена всё тем же износом труб…

Время от времени Правительство «высказывает озабоченность» состоянием питьевой воды в целом по России, и это длится уже многие годы. Обычно на улучшение положения дел нет средств. То есть средства нужны на кое-что другое, и мы знаем на что. Между тем без чистой питьевой воды нет здоровья, да нет и самого человека, который, как огурец, на 70 процентов состоит из воды.

А вы, друзья, спрашиваете что-нибудь у ИИ? Давайте вместе вытаскивать наконец-то более или менее точное знание обо всём, что нас окружает. Как говорил мудрый дед у одного писателя-деревенщика, «тут надо дОлбить и дОлбить».