Арина Родионовна на острове Буяне. Сказ 4

Сказ 4. Про то, как полезно иногда нелюдей смешить

Долго бездумно идти у меня не получилось. Быстро темнело и холодало. Сейчас я бы согласилась даже на чары Баюна, лишь бы оказаться в чистой избушке, а не мёрзнуть в этом странном лесу.

Мдаа... чем дальше, тем страньше, или как там? — чудесатее.* Темнеет, а будто светло откуда-то. Птицам спать пора, а крики какие-то непонятные раздаются. Порывы ветра понизу словно нарочно юбку задирают. Я невольно остановилась и напряглась.

Хорошо быть бабой в городе. Чуть что — звонок мужу, и он вытащит меня и словом, и делом из любой ...опы. Сейчас же я будто сама своими ножками в эту ...опу топаю. Стою, в шапке, в кушаке, с голыми ногами-руками, от каждого порыва вздрагиваю. Бестолковая псевдобоевая единица в лесу, в общем, оказалась. Спасательница! Хорошо, что не Малибу, а то б в одном купальнике шастала. Тихонько прошипела себе под нос несколько грязных ругательств, которых приличной женщине не стоит даже знать.

Вроде по условиям сказочным в лесу ни орать, ни свистеть нельзя: нечисть набежит. Но состояние такое отчаянное, что впору эту нечисть на помощь звать. Чувствую, сгущается атмосферка. И подол ветер треплет всё настойчивее. Или не ветер?! Почувствовав мохнатое прикосновение в критической близости к любимым округлостям, я взвизгнула оглушительно, подпрыгнув при этом не хуже танцоров Моисеева.**

— Иеээээх, голосистая, — прошелестел непонятный голос.
— Не только! — решительно заявила я, сжав кулачки.
— Хмм...
— Выходи! Кто здесь?!

Из-под ног вышелестело неведомое существо, маленького роста, чуть выше колена, руки только, кажется, длинноватые, загребущие, поди. Стою, зыркаю настороженно, боюсь даже имя спросить.

— Шиша я, — словно мысли прочитав, прошелестело лохматое нечто.
— А кто ты? — осторожно спросила я.
— Так шишига, значица.
— О, — важно покивала я, но имя своё называть не торопилась.
Смотрю, загрустил Шиша. Потопталась и сдуру спросила:
— Скучно, поди, одному в лесу?
— Ну шас-то вшако веселее будет, — неожиданно выдаёт мне шишига.
— А с чего это? — подозрительно спросила я.
Но Шиша не ответил, а протянул ручонку вбок, схватил что-то с земли, как оказалось, мою шапку! Вывернул её, напялил на себя и исчез!
— Ах ты..! — начала было я, но быстро прикусила язык и беспокойно оглянулась. Ругаться в лесу на его обитателя — не лучшая идея. Но что это? Сморгнула, ещё раз огляделась. Я что на свалку попала? Не было здесь ничего такого!

На деревьях, на кустах, на траве висели и валялись вещи: рубахи, сарафаны, юбки клетчатые, ложки-плошки, лапти, сапоги...— А чьё это?— До утра ничьё, — прошелестел Шиша.— Ах, ты здесь что ли ещё?!— Вестимо, — хохотнул Шиша.— А ну верни шапку!— Так ты меня ишо не повеселила!— Штош, — прошипела я и мрачно пропела: "Будь как дома, путник, я ни в чём не откажу, я ни в чём не откажу..." ***

Решительно шагнув к дереву, я ухватом подцепила высоко висящий кафтан, подпоясала его ближайшим кушаком, не рискуя дареным. Заприметила ещё котомку, красивую, с вышивкой, пристроила её на перевес, как сумку-почтальон, ловко насовала в неё ложку, плошку, интересную мелочь не глядя.
— Эх, мне бы ещё ступу! А вот и метла как раз подходящая.

Слышу, хихикает шишига, но делаю вид, что не замечаю. Деловито оглядываюсь: а вдруг где Арину авантюра стоящая поджидает — ступа самолётная. Для пробы махнула пару раз метлой — аж ветер поднялся! Правильную метёлку я себе отхватила. "Цып, цып, цып, цып", — нежно воркую я, активно сканируя окрестности.
— Шиша! Порадуй женщину! Ступу дай!

Шорох тут, шорох там, глядь, кусты ближайшие качаются бодро, словно зазывают. Топаю туда, в балетках, но в кафтане огроменном до земли, словно в плащ-палатке. Кокошника не хватает! С каменьями! Из кустов точно ступа выглядывает. Я осторожно погладила шершавый бок. Меня пробрала счастливая дрожь. "Стукнутая ты на всю голову, Аришка! В сказочной ...опе, а ступе радуешься!
— Ну и что! Радует! Ща как полетаю!" — быстро договорились мои субличности.

И полезла я в ступу. Получилась баба на чайник: скрыл кафтан всю ступу. Угнездилась. Для начала осторожно шевельнула метлой — ступа чуть шелохнулась."Он сказал: "Поехали!", он взмахнул рукой..." — затянула я, и метлою раз!

— Пошшшёооол отрыыыыв! — задорно возвестила я и получила град шишек!
— Белки-хулиганки! Чё творите?!Белки недовольно застрекотали.
— Шиша, чего белки ругаются?
— Ну так это... шпать мешаешшшь малышшшам.
— А, понятно. Щас исправим."За печкою заснул сверчок, угомонись и ты, сынок, ...", — поплыл по окрестностям мой сладкий голос. Старалась как могла. Больше ни одной шишки не кинули. По нраву, значит, пришлась песенка.

Боже, луна-то какая красивая. Дышится-то как легко. Лес-то как загадочно шумит внизу, волнами тёмными перекатывается. " Даже матом ругаться не хочется", — это уже мужским голосом цитата всплыла в памяти.

Поднимаюсь я на ступе выше и выше. Мой Внутренний Критик и Контролёр за безопасностью, наверное, в ужасе жмутся друг к другу. Только вот не знаю, какая часть ещё во мне проснулась, но стало вдруг зудеть у меня мысль, чью же ступу я арендовала? Баба Яга-то на острове одна или нет? Если она одна, а ступа без хозяйки, то что-то много кого выпадает на мою долю спасать. От волнения я даже замерла, и ступа сразу завихляла.— Ух, ты ж миленькая! Прости, прости, — я поспешно возобновила плавные ритмичные движения, — спускаемся дорогуша, нас там Шиша ждёт.

Борт "Ступа волшебная" рейс "Буян – Небо – Буян" идёт на посадку, — негромко возвестила я. Не хотелось бы зашибить какого-нибудь зайку.

Ну, посадка почти удалась. Ступу чуток крутануло, она рухнула у самой земли, придавила кафтан, я барахталась, Шише было смешно.

— Слышу, слышу, — кряхтя сказала я, пытаясь на карачках выбраться из-под ступы. — Шиша, тебе точно смешно! Отдавай шапку! — и тут же добавляю, — А я тебе песенку спою (помню же я, что в сказке ничего просто так не даётся).
— Какую? — заинтересованно шепнул Шиша.
— Весёлую, если шапку отдашь.
Шуршит. Жду. Появился! Я быстренько ЦАП! за шапку и тут же без предисловий завожу:

Растяни меха, гармошка,
Эх, играй-наяривай,
Пой частушки, бабка Ёжка,
Пой, не разговаривай...

А Шиша слушает, глазками лупает, да голову то на один бок, то на другой, как щеночек лохматый, склоняет.

Пою весело, а на сердце грусть. Каким-то заброшенным и одиноким Шиша выглядит.

— Шиша, а пошли со мной? А то у меня дел невпроворот. Не знаю даже, с чего начать.
— А пойду!
На сердце стало тепло.
-------------------
* Аллюзия на сказку Л. Кэрролла «Алиса в стране чудес.»
** Государственный академический ансамбль народного танца имени И. Моисеева — хореографический ансамбль народного танца, созданный в 1937 году хореографом и балетмейстером Игорем Моисеевым. 
*** Строки из известной песни «Лесник» группы «Король и Шут».