в Воронежской энциклопедии - 2024г. на стр.610,
ему посвящена биографическая справка составленная к.и.н. Акиншиным А.Н.
2018г. = в волонтерском проекте «Воронежский Край в Золотых погонах», представлены расширенные архивно-биографические сведения о нашем легендарном земляке, о боевом пути самого прославленного военачальника с перечнем боевых наград и дат пожалования воинских званий:
КОТЛЯРЕВСКИЙ, Пётр Степанович (12.6.1782, сл. Ольховатка Купянского уезда Воронежского наместничества - 21.10.1851, дача Добрый Приют Феодосийского уезда Таврической губернии) генерал-майор (18.1.1812), генерал-лейтенант (3.12.1812), генерал-от-инфантерии (22.8.1826), Герой Русско-персидская война (1813), закончил Харьковский духовный коллегиум (1789-93), в возрасте 11 лет зачислен фурьером в 4-й батальон Кубанского егерского корпуса в Моздоке (19.3.1793), адъютант генерала И.П. Лазарева (1799-1803), единственный генерал в 31 год пожалован за одну войну три Георгиевских креста, прозвище: Генерал-метеор, Кавказский Суворов; А.С. Пушкин посвятил ему строки в стихотворении «Кавказский пленник», покоритель территории Азербайджана, участвовал в сражениях и войнах: Русско-персидская война (1796), Битва на р. Иори (1800), Русско-персидская война (1804-13), Битва при Асландузе (1812), Штурм Ленкорани (1813); Русско-турецкая война (1806-12), шеф 17-го егерского полка, при взятии штурмом Ленкорани тяжело ранен, найден на поле боя в груде убитых с тремя ранениями (31.12.1812), «лицо его было сведено на сторону, правого глаза не было, челюсть раздроблена, из уха торчали разбитые головные кости \всю жизнь он хранил 40 костей вынутых из его головы в шкатулке, которую никому не показывал\», солдаты 200 верст несли своего командира на носилках и стараниями полкового доктора Грузинского остался в живых, уволен в бессрочный отпуск (1813), кавалер орденов: св. Георгия 2-й ст. (1813), 3-й ст. (30.12.1812) и 4-й ст. (14.6.1810), св. Анны 1-й ст. (19.10.1812) и 3-й ст. (27.2.1804), св. Владимира 4-й ст. с бантом (1805), св. Иоанна Иерусалимского (1800) и Золотая шпага с надписью «За храбрость» с назначением шефом Кавказского гренадерского полка (1810); оформил купчую на имение в с. Александрово Бахмутского уезда Екатеринославской губернии (1814), из воспоминаний «… получил в 1814г. от императора ссуду 50 000 рублей на 12 лет и купил у министра финансов Гурьева небольшое имение Александрово в Бахмутском уезде Екатеринославской губернии… 09 января 1820г. Императором Александром I министру финансов дан именной Указ «во изъявление уважения к отличной службе в продолжении коей получил тяжелые раны и во вспомоществование недостаточному состоянию повелено должные им в Государственное Казначейство ассигнациями 33 333 рубля 34 копейки с него [Котляревского] не взыскивать и из долгового счета исключить …»; скончался от 40 полученных им ран в сражениях, похоронен в саду своего дома; портрет написал художник Иван Айвазовский, картина находилась в часовне-мавзолее, построенной Айвазовским на горе Митридат в Феодосии в честь друга (1871); в Феодосии на набережной Десантников бронзовый памятник, постамент выполнен из лабрадорита, открыт (28.11.2020); жена (1816) Варвара Ивановна (1799 - 14.9.1818, имение Капитольское у г. Изюм Харьковской губернии) дочь майора Ивана Енохина, из воспоминаний «… избрав себе юную подругу, он недолго наслаждался семейным счастьем, и когда в первый год жена его сделалась матерью, то произведение на свет дитяти стоило ей жизни - великой для него жертвы… она, умирая, унесла с собой плод скоротечной их любви и завещала ему вечное одиночество …», в муках при родах скончалась, над ее могилой муж построил Свято-Варваринскую церковь (1823); младший брат Михаил Степанович полковник Преображенского полка владелец с. Галицыновка (1825); отец Степан Яковлевич (1742, Воронежская губерния - 1840, в ограде Георгиевского храма с. Александрово\\Александро-Шультено Бахмутского уезда Екатеринославской губернии) священник православной церкви Воронежской епархии, из безземельных дворян Воронежской губернии.
см.: стр.169-179, журнал «Военный сборник» № 3 за 1871 год
2024г. март 06 = Петр Котляревский – «Суворов Кавказа»
статья доктора философских наук В.Ю. Даренского
о великом полководце, почти забытом в наше время. За какой подвиг в возрасте 29 лет (рекорд для русской армии тех времен) он стал генералом, получив при этом пожизненное денежное содержание в 1200 рублей в год, кто вывел с поля боя раненого Котляревского при штурме Ганжи, как генерал был тяжело ранен во время штурма Ленкорани и чудом выжил после серии тяжелейших операций без наркоза, в ходе которых хирург вытащил из лица генерала 40 раздробленных костей, где был открыт первый в России памятник генералу Русской Императорской армии Петру Котляревскому — обо всем этом в статье.
Малороссия дала русской армии множество выдающих военачальников. Наиболее известен из них потомок казака из Полтавы – «первый после Суворова» И.Ф. Паскевич. Но не менее великим полководцем, хотя и почти забытым, к сожалению, в наше время, был и генерал от инфантерии Петр Степанович Котляревский. Генерала Котляревского при жизни называли «Суворовым Кавказа», поскольку действовал он в излюбленной манере Александра Васильевича: атаковал неожиданно и всегда меньшими силами. Его отряд порой был меньше противника в десятки раз. Так, во время войны с персами в 1805 году Котляревский в течение нескольких недель противостоял 20-тысячному персидскому отряду, располагая всего 493 бойцами. А 26 июня 1810 года генерал Котляревский с тремястами русских чудо-егерей нанес сокрушительное поражение персидской армии, захватив почти неприступную крепость Мегри. В 29 лет Котляревский получил генерал-майора. Офицеры и солдаты тогда называли его «генералом-метеором».
Стихи о нем слагал сам Пушкин, сравнивая его с неумолимой стихией. Эпилог к «Кавказскому пленнику» поэт посвятил П.С. Котляревскому, о котором писал:
Тебя я воспою, герой,
О Котляревский, бич Кавказа!
Петр Котляревский родился 12 (23) июня 1782 года в селе Ольховатка Харьковской губернии. Его отец, Степан Котляревский, имел дворянское происхождение, однако был скромным сельским священником. Юный Петр Котляревский, приготовляясь к священническому званию, учился в харьковском духовном коллегиуме (ныне это здание харьковской академии культуры на Бурсацком спуске). Однажды бывший в их селе проездом подполковник Иван Лазарев укрылся от непогоды в доме Котляревских и сразу заметил смышленого мальчика. Лазарев предложил Степану Яковлевичу устроить сына на военную службу, и отец Петра согласился, истребовав с подполковника клятву заботиться о Петре как о родном сыне. Почти через год после этого разговора, в марте 1793 года, от Лазарева в Ольховатку прибыл военный с письмом. Благословив и перекрестив любимого сына, Степан Яковлевич отпустил его в неизвестность. Мальчик был записан в Кубанский егерский корпус, ставший надолго ему родным домом. 12-летний сержант Котляревский был неотлучно при полковнике Лазареве и впитывал азы военного дела, в 14 лет он отправился в свой первый военный поход, в 17 лет был произведен в офицеры. В 15 лет он участвовал в штурме Дербента в ходе Персидского похода 1796 года. Через два года он произведен в чин подпоручика и адъютанта своего неизменного наставника и уже генерал-майора Лазарева.
Генерал П.С. Котляревский. Гравюра.
Портрет генерала Котляревского 1871 г. И. К. Айвазовский. Феодосийская картинная галерея им. И. К. Айвазовского
Аббас Мирза, персидский наследный принц, принц Каджарской династии
В 1801 году оглашены были Указы Павла I, а затем Александра I о принятии Грузии в состав Российской Империи. Однако Персия считала Грузию своей сферой влияния и начала Русско-персидскую войну 1804-1813 гг. Персию оружием и золотом поддерживала Британия, опасавшаяся, что через Кавказ Россия мостит дорогу в Индию. Охотно поддерживали антироссийские комбинации наполеоновская Франция и Турция, с 1806 года так же вступившая против России в войну. Чтобы поддерживать новоприобретенный геополитический анклав в Закавказье, Россия вынуждена была вступить в тяжелейшую, длившуюся полвека Кавказскую войну с горцами, угрожавшими коммуникациям на Тифлис по Военно-Грузинской дороге. Так что воевать силам Русской Императорской армии в Закавказье приходилось, почти не зная подкреплений, по формуле «сотни против тысяч». В таких-то условиях и раскрылся в полную силу военный гений «кавказского Суворова» — генерала Петра Котляревского, и этим объясняется молниеносная его карьера, удивительная даже для русской армии.
Шесть лет прослужил молодой Котляревский фурьером и сержантом и только в 1799 году произведен наконец в офицеры, с переводом в семнадцатый егерский полк, шефом которого был в то же время назначен Лазарев. С ним вместе Котляревский совершил знаменитый переход через Кавказские горы, когда Лазарев шел занимать Грузию. Первое сражение в Грузии, в котором Лазарев разбил огромные силы лезгин на Иоре, доставило Котляревскому разом две награды: чин штабс-капитана и крест св. Иоанна Иерусалимского. Вскоре Лазарев предательски был убит в Тифлисе царицей Марьей, и князь Цицианов предложил Котляревскому поступить адъютантом к нему. Молодой офицер предпочел, однако же, остаться на фронте и получил в командование егерскую роту. Во главе этой роты он штурмовал Ганжу. Там и получил свою первую рану капитан Пётр Котляревский, взбираясь на стены, даже не используя лестниц. Раненного в ногу капитана подхватил рядовой егерь Иван Богатырев. Но в ходе боя Иван Богатырев был убит пулей в сердце, и с поля боя Котляревского вывел молодой граф Михаил Воронцов, который впоследствии стал губернатором Новороссии и Кавказа и навсегда остался лучшим другом Котляревского.
Боевые успехи принесли Котляревскому майорский чин и орден св. Анны 3-ей степени. «Обдумываю холодно, а действую горячо», – так Котляревский характеризовал свои действия, когда его спрашивали об участии в Русско-персидской войне 1805-1813 гг. Началась его слава с практически безнадежного, и поэтому особо героического похода отряда полковника Карягина. Требовалось защитить Карабах от набега персов. Чуть более 400 русских при 4 орудиях совершили подвиг, превзошедший даже поход «чудо-богатырей» А.В. Суворова: битва при Аскарани против 10-тысячного войска персов была 4-дневным боем в полном окружении, в котором русские показывали чудеса стойкости и героизма, несмотря на голод и жажду.
Дом П.С. Котляревскго в Феодосии
Развалины Гянджи
Штурм Ленкоранской крепости русскими войсками 1 января 1813 года, 1813 г. Ф. А. Рубо
А в это же время при штурме крепости Шах-Булаг Котляревский впервые применил ставшую впоследствии постоянной и некоей его «визитной карточкой» тактику ночного боя. Пробившись в полной ночной тишине силами неполного батальона, солдаты Котляревского овладели Шах-Булагом, уничтожив его гарнизон. Затем были взятие и 8-суточная оборона от персов крепости Мухрат. Наконец, персы бежали перед войсками шедшего на помощь храбрецам князя Цицианова. Менее 500 русских почти месяц удерживали около 30 тысяч персов и нанесли им чудовищные потери – истребив более половины из них. Котляревский был произведен в полковники и награжден орденом св. Владимира 4-й степени с бантом. Полковник Котляревский получил под своё начало егерский батальон, насчитывавший 439 человек. После овладения Нахичеванью в 1807 году ему была поручена задача защитить весь Карабах от вторжения персов.
Войска Аббас-Мирзы, наследника персидского престола, вторглись в пределы Карабаха в 1810 году. Котляревский предвидел это и действовал со свойственной ему быстротой: не имея орудий, совершив долгий марш, русские неожиданно появились в тылу у персов, у крепости Мегри. Гарнизон её превосходил силы Котляревского в три раза. Отвесные скалы делали штурм Мегри самоубийством. Но русские, воспользовавшись излюбленным своим приемом, ночью совершили атаку, ворвались в крепость по отвесным скалам и истребили гарнизон врукопашную, потеряв всего 35 человек. Подошедшее войско Аббас-Мирзы даже не решилось на штурм. Советниками персов выступали противники по «большой игре» – англичане. Английские офицеры уговорили Мирзу отступить. Полковник Котляревский получил золотое оружие «За храбрость», Георгиевский крест 4-й степени и очередное ранение.
В 1811 году Котляревский повторил подвиг, совершенный под Мегри: с ходу, после долгого перехода по снегам, захватил уже турецкую крепость Ахалкалаки, а за ней и всю Ахалкалакскую область очистил от турок. У турок было взято 2 знамени и 16 орудий. Штурмовавший до Котляревского Ахалкалаки граф И. Гудович не смог взять крепость и отошел, а Котляревский имел всего 2 батальона и успешно завершил штурм, потеряв всего 40 человек. За это в возрасте 29 лет (рекорд для русской армии тех времен) стал генералом, получив при этом пожизненное денежное содержание в 1200 рублей в год.
Когда из Москвы на Кавказ в 1812 году стали приходить тревожные слухи о взятии Москвы французами, турки и персы решили проверить на прочность российскую армию на Кавказе. Вопреки мнению главкома кавказской армией Николая Ртищева, который настаивал на занятии обороны, Котляревский решил не дожидаться нападения, а атаковать самим. Корпусом в 2220 человек при 6 орудиях он нанес поражение 30-тысячной армии персов. «Братцы! Врагов на одного из вас – десять, но каждый из вас достоин десяти… Идем и разобьем!», – говорил Котляревский своим воинам. Параллельно наведался и карабахскому хану, который учуял слабость России и замыслил перекинуться к персам. Котляревский зашел в его покои с плеткой, размахивал ею и наорал на хана в малороссийском стиле так, что правитель Карабаха сразу извинился и передал русской армии обоз с боеприпасами и оружием.
10 (22) октября 1812 года Котляревский нанёс решительный штыковой удар отрядом из 2 тыс. человек при шести орудиях по персидскому лагерю на р. Аракс, обратив неприятеля в бегство. И уже несколько дней спустя, 19 (31) октября 1812 года внезапной ночной атакой он уничтожил при Асландузе и остальную армию неприятеля. В этом бою были захвачены 11 из 12 великолепных английских пушек с дарственной надписью на персидском: «Шаху над шахами от короля над королями». Знамёна поверженных персов позже разместили в Казанском соборе Санкт-Петербурга.
По итогам сражений с персами Котляревский написал реляцию в Петербург, упомянув, что при незначительных потерях русского корпуса противник потерял убитыми примерно 1,5 тыс. человек. На вопрос подчиненных, зачем он занизил данные потерь противника, Котляревский ответил: «Зачем писать об этом, все равно в Петербурге не поверят». На самом же деле убитыми и пленными персидская армия потеряла 9 тыс. человек.
Для полного разгрома персов оставалось взять самую укрепленную цитадель – Ленкорань. Соотношение сил было 1 к 2,5 в пользу врага, однако Котляревский в приказе написал: «Либо умрем, либо возьмем крепость. Русскому штыку никто и никогда противиться не может». Во время штурма Котляревский повел всех за собой. Во рву он получил ранение в колено, а через мгновение две пули прилетели в голову – глаз был выбит, челюсть и череп – раздроблены. Солдаты решили, что он убит, но это только еще больше их разозлило и через полчаса крепость была взята. Только на следующий день солдаты обнаружили тело Котляревского. И генерал, у которого пол-лица превратилось в рваное мясо, даже смог острить: «Я умер, но все слышал и знаю, что персы проиграли!». Котляревский чудом выжил после серии тяжелейших операций без наркоза, в ходе которых хирург вытащил из лица генерала 40 раздробленных костей. Они будут храниться у Котляревского всю оставшуюся жизнь в шкатулке. Но к полноценной жизни он не вернется. Заживать рана будет долго. На холодном воздухе генерал находиться не мог, поэтому купил домик в Феодосии. Там же он и умер в 1851 г.
1 декабря 2020 года в крымской Феодосии был открыт первый в России памятник генералу Русской Императорской армии Петру Котляревскому: постамент из лабрадорита, бронзовая фигура и мозаичный «персидский ковер», символизирующий поверженного противника. Когда Харьковская губерния вновь станет частью России после её освобождения войсками Русской Армии от укронацистских холуев Запада, память о генерале Петре Котляревском будет непременно увековечена и там.
История государства Российского. Жизнеописания знаменитых военных деятелей XVIII - начала XX века. М. 1997 г.
Петр Степанович Котляревский (1782-1852) - Генерал от инфантерии. Петр Котляревский был сыном священника села Ольховатки Харьковской губернии и, идя по стопам отца, обучался в Харьковском духовном училище. Случай изменил его судьбу: зимой 1792 г. их дом в Ольховатке посетил, укрываясь в дороге от бурана, подполковник И.Лазарев, служивший на Кавказе, и через год, добившись согласия отца, он вызвал 11-летнего мальчика к себе в Моздок. Лазарев определил Петра рядовым в Кубанский егерский корпус, в 4-й батальон, которым командовал. Как отец родной Лазарев заботился о его обучении и военном образовании. Вскоре Котляревский стал сержантом, а в 1796 г. участвовал в Персидском походе русских войск, штурме Дербента. Так в короткие сроки, не успев оглянуться, в неполные 15 лет Петр стал мужчиной-воином. В 1799 г. он был произведен в подпоручики и назначен адъютантом к Лазареву, тогда уже генерал-майору и шефу 17-го егерского полка, сопровождал его в переходе через Кавказский хребет в Грузию. По занятии Тифлиса деятельно помогал ему в административном устройстве края. В 1800 г. Котляревский принял участие в отражении 20-тысячного отряда лезгин, подступивших к Тифлису, получил чин штабс-капитана. После трагической гибели Лазарева (был зарезан в покоях царицы Тамары) главнокомандующий на Кавказе князь Цицианов предложил Котляревскому быть у него адъютантом, но тот решил сменить штабную службу на строевую и добился своего: получил под свою команду роту родного ему 17-го егерского полка. В 1803 и 1804 гг. он дважды штурмовал Гянджу, сильнейшую крепость Бакинского ханства, оба раза был ранен, за мужество награжден орденом святой Анны 3-й степени и чином майора. С началом русско-иранской войны 1804 - 1813 гг. имя Котляревского скоро стало известно на Кавказе. В 1805 г. он со своей ротой в составе отряда полковника Корягина защищал от нашествия персов Карабах, принял участие в бою на реке Аскарани. Персы были рассеяны, но, после того как к ним подошли сильные подкрепления, Котляревский с Корягиным были вынуждены с боями отходить. Русский батальон шел к замку Мухрат напролом, и, когда путь преградил ров, егеря стали ложиться в него, чтобы сверху по их телам прошли товарищи с пушками. Батальон прошел, только единицы встали из рва. Укрывшись в Мухрате, отряд восемь суток выдерживал атаку многотысячного персидского войска, пока не подоспел Цицианов. Таковы были солдаты Котляревского. Несмотря на полученные новые два ранения, Петр Степанович вскоре принял участие в экспедиции против бакинского хана, а в 1806 г. вновь сражался против персов на реках Аскарани и Хонашин. В 1807 г. 25-летний Котляревский произведен в полковники. В следующем году он участвовал в походе в Нахичеванское ханство, в поражении персов при деревне Карабаб и в овладении Нахичеванью. С 1809 г. ему была поручена безопасность Карабаха. Когда в 1810 г. войска Аббас-мирзы, сына персидского шаха, вторглись в пределы этого края, Котляревский с егерским батальоном двинулся им навстречу. Имея всего около 400 штыков, без орудий, он решил штурмом овладеть сильно укрепленной крепостью Мигри. Обойдя ее ночью по горным кручам с тыла и произведя ложную атаку с одного фронта, он атаковал крепость с другого и взял ее приступом. Затем в течение двух недель отряд Котляревского оборонялся в крепости от подошедших войск Аббас-мирзы, а когда те, сняв безуспешную осаду, двинулись назад, к границе, Котляревский ночью настиг их на переправе у реки Араке и разгромил. Был в пятый раз ранен. За доблестные действия получил награды - орден святого Георгия 4-й степени и золотую шпагу с надписью: "За храбрость". Вскоре он стал командиром Грузинского гренадерского полка. О секрете своих побед Петр Степанович говорил так: "Обдумываю холодно, а действую горячо". В 1811 г. Котляревскому было поручено остановить наступление персов и турок со стороны Ахалциха, для чего он решил овладеть крепостью Ахалкалаки. Взяв с собой два батальона своего полка и сотню казаков, Котляревский в три дня перевалил горы, покрытые глубоким снегом, и ночью штурмом взял Ахалкалаки. За этот успешный поход был произведен в генерал-майоры. Свои очередные боевые успехи он оценивал скромно, отдавая должное мужеству своих подчиненных. Настал грозный 1812 г. Почти все силы страны были брошены на войну с Наполеоном, а на Кавказе русские войска в ослабленном составе продолжали борьбу с персами. Двухтысячный отряд Петра Котляревского стоял у реки Араке, сдерживая воинственные устремления Аббас-мирзы. В то время как главнокомандующий на Кавказе генерал-лейтенант Н.Ртищев желал скорейшего заключения мира, Котляревский считал, что персы понимают только язык силы, и поэтому готовился к новым сражениям. Когда войска Аббас-мирзы вторглись в Талышинское ханство и взяли Ленкорань, Петр Степанович получил от главнокомандующего разрешение действовать на свой страх и риск. Он обратился к своим солдатам: "Братцы! Нам должно идти за Араке и разбить персов. Их на одного десять, но каждый из вас стоит десяти, а чем более врагов - тем славнее победа!" Переправившись 19 октября через Араке, отряд русского генерала атаковал персидские войска под Асландузом и обратил их в бегство, затем ночным штурмом взял эту крепость. Персидские историки писали: "В эту мрачную ночь, когда принц Аббас-мирза хотел сделать сердца своих воинов пылкими к отражению Котляревского, лошадь принца споткнулась, отчего его высочество изволил с очень большим достоинством перенести свое высокое благородство из седла в глубокую яму". За победу под Асландузом Котляревский был удостоен чина генерал-лейтенанта и ордена святого Георгия 3-й степени. Теперь предстояло взять Ленкорань и овладеть Талышинским ханством. Подойдя к Ленкорани, окруженной болотами и защищенной мощными крепостными сооружениями, Котляревский, испытывая недостаток в артиллерии и снарядах, решил прибегнуть к испытанному средству - ночному штурму. Осознавая сложность задачи, он писал в эти дни: "Мне, как русскому, осталось только победить или умереть". Накануне штурма был отдан приказ войскам, где говорилось: "Отступления не будет. Нам должно или взять крепость, или всем умереть... Не слушать отбоя, его не будет". Гарнизон Ленкорани оказал ожесточенное сопротивление атакующим, штурм длился несколько часов, многие командиры пали, и тогда солдаты увидели Котляревского с золотой шпагой в руках, зовущего их вперед за собой. Поднявшись по лестнице на стену крепости, генерал был тяжело ранен, сознание покинуло его, голова и нога у него были страшно изуродованы. Крепость была взята, а когда солдаты, нашедшие своего командира среди груды мертвых тел, стали его оплакивать, он открыл уцелевший глаз и сказал: "Я умер, но все слышу и уже догадался о победе вашей". С тяжелейшими и мучительными травмами "генерал-метеор" выжил. Победы Котляревского сломили персов, которые пошли на заключение благоприятного для России Гюлистанского мира. Сам же генерал, награжденный орденом святого Георгия 2-й степени, страдая от полученных ран, "живым мертвецом" уехал домой, на Украину. На сумму, дарованную Александром 1, Котляревский купил себе имение сперва близ Бахмута, а затем около Феодосии, где лечился от ран. Легенда гласит, что однажды он побывал в Петербурге, и на приеме в Зимнем дворце царь, отведя его в сторону, доверительно спросил: "Скажите, генерал, кто помог вам сделать столь удачную военную карьеру?" "Ваше величество, - ответил герой, - мои покровители - это солдаты, которыми я имел честь командовать, и только им я обязан своей карьерой". С началом русско-иранской войны 1826 - 1828 гг. Николай 1 удостоил ветерана предыдущей войны с Персией чином генерала от инфантерии и даже хотел назначить Котляревского командующим войсками. "Уверен, - писал император, - что одного Имени Вашего достаточно будет, чтобы одушевить войска..." Но по состоянию здоровья Петр Степанович, называвший себя "мешком с костями", вынужден был отказаться от этой миссии. Много лет он прожил уединенно, мучимый своими ранами. Став угрюмым и молчаливым, Котляревский проявлял неизменную доброту и щедрость к окружающим. Получая хорошую пенсию, он помогал беднякам, особенно из числа своих бывших воинов, ставших, как и он, инвалидами, они получали пенсию от него лично. Зная, что его имя нередко забывают в сравнении с героями Отечественной войны 1812 г., Котляревский говорил: "Кровь русская, пролитая в Азии, на берегах Аракса и Каспия, не менее драгоценна, чем пролитая в Европе, на берегах Москвы и Сены, а пули галлов и персиян причиняют одинаковые страдания". Умер он в 1852 г., и у него не осталось даже рубля на погребение. Котляревского похоронили в саду возле дома. Еще при его жизни главнокомандующий на Кавказе князь М.С.Воронцов, поклонник Котляревского, поставил ему памятник в Гяндже, которую тот в молодости штурмовал. После смерти генерала-героя в его честь по инициативе художника И-Айвазовского близ Феодосии, на высокой горе в виду моря, был построен мавзолей, ставший музеем.
Литература:
Ватейшвили Д.Л. Генерал П.С. Котляревский: Очерк жизни и бое вой деятельности.-Тбилиси: Мецниереба, 1980. - 139 с.: ил.
Георгиевские кавалеры: Сборник в 4 т. T.I: 1769 - 1850 / Сост. А.В. Шишов. - М.: Патриот, 1993. - С. 235- 240.
Дема Е. Человек удивительного мужества: [О ген. от инф. П.С. Котляревском] // Воен. вестник. - 1994. -№ 5.-С. 74-78.
Кавказская война и ее герои. Ч. 2: Котляревский и Слепцов. - 3-е изд. - СПб.: "Досуг и дело", 1903. - 35 с.
Керсновский А.А. История русской армии: В 4 т. Т. 1.- М.: Голос, 1992.-С. 235-240.
Пикуль B.C. Воин, метеору подобный // Пикуль В.С. Избранные произведения: В XII т. Т. XII: Исторические миниатюры. - М.: Голос, 1994.-С. 38-47.
Потто В.А. Котляревский. (Отрывок из кн. того же автора "Кавказская война в отдельных очерках, эпизодах, легендах и биографиях").-СПб.: тип. В. Березовского, 1898. - 36 с.: ил.
Соллогуб В., Биография генерала Котляревского, Тифлис, 1854.
Соллогуб В.А. Биография генерала Котляревского. - 3-е изд. - [СПб.]: тип. Гл. упр. Уделов, 1901.-158 с.
Соханская Е.А. Биографический очерк генерала от инфантерии Котляревского. - СПб., 1879. - 32 с.
2018г. = НИКОЛАЙ СТАРИКОВ, опубликовал очерк
Человек, превзошедший Суворова. Генерал Пётр Степанович Котляревский
автор: Андрей Сегеда
Пётр Котляревский — это легенда! Ещё при жизни его именовали «кавказским Суворовым» и «генералом-метеором», ему посвящал стихи Пушкин, сравнивая полководца с неодолимой стихией… Котляревского сравнивали с Суворовым, но он превзошёл его, выходя на бой с противником, превосходящим его численностью в 12 раз, с противником отчаянным и жестоким — персами, с противником, вооружённым лучшими ружьями и пушками англичан… и побеждал! Котляревский опровергал каноны военной науки — он брал штурмом сильнейшую крепость персов Ленкорань, которую защищало вчетверо больше бойцов, чем у него, брал штурмом замок Мигри с впятеро превосходящими силами гарнизона и совершал многие другие подвиги. В первый свой поход будущий генерал отправился в 14 лет, в 17 за храбрость был произведён в офицеры, а ещё через 13 лет стал генералом. Подробный рассказ о подвигах легендарного полководца, представленный на сайте Православный воин, мы предлагаем сегодня вашему вниманию: Петр Котляревский был сыном священника села Ольховатки Харьковской губернии. Первоначально и, идя по стопам отца, обучался в Харьковском духовном училище. Случай изменил его судьбу: зимой 1792 г. их дом в Ольховатке посетил, укрываясь в дороге от бурана, подполковник И.Лазарев. Лазареву, только что сдавшему батальон вновь формируемого Московского гренадерского полка, и едущего за новым назначением, очень понравился смышленый сын сельского священника, гостивший у отца в это время. Желая как-то отблагодарить хозяина за гостеприимство, Иван Петрович предложил взять мальчугана к себе в армию, как только сам обустроится. Cтепан Яковлевич взял с офицера слово, что тот будет заботиться о подростке, как о собственном сыне. Через год с небольшим, в марте 1793 года, приехал от Лазарева сержант Кубанского егерского корпуса и забрал отрока Петра в Моздок. Лазарев командовал 4-м батальоном Кубанского егерского корпуса. Петр Котляревский был зачислен фурьером в батальон Лазарева 19 марта 1793 года. Через год, в 12 лет он получает звание сержанта. В 15 лет Котляревский участвует в Персидском походе (1796г) русских войск и штурме Дербента. В 1799 г. он был произведен в подпоручики и назначен адъютантом к Лазареву, тогда уже генерал-майору и шефу 17-го егерского полка, сопровождал его в переходе через Кавказский хребет в Грузию. Незадолго до назначения в Грузию Иван Петрович Лазарев потерял жену и малолетнюю дочь. Единственным близким человеком рядом оставался Петр Котляревский. Егеря форсированным маршемперейдя за 36 дней через Большой Кавказский хребет, 26 ноября 1799 года вступили в Тифлис. Встреча прибывших войск сопровождалась необычайной торжественностью. Грузинский царь Георгий XII вместе с царевичами и многочисленной свитой лично встретил И.П.Лазарева хлебом-солью за городскими воротами. В 1800 г. Котляревский принял участие в отражении 20-тысячного отряда лезгин, подступивших к Тифлису, получил чин штабс-капитана. После трагической гибели Лазарева главнокомандующий на Кавказе князь Цицианов предложил Котляревскому быть у него адъютантом, но тот решил сменить штабную службу на строевую и добился своего: получил под свою команду роту родного ему 17-го егерского полка. Во время штурма Ганджи, сильнейшей крепости бакинского ханства, штабс-капитан Котляревский идет впереди свей роты. В это бою он получил свое первое ранение: пуля попал ему в ногу в то момент, когда он карабкался на наружное укрепление крепости. За штурм Ганжи Котляревский получил чин майора и орден Святой Анны 3-й степени. С началом русско-иранской войны 1804 — 1813 гг. имя Котляревского прогремело по всему Кавказу. В 1805 г. он со своей ротой в составе отряда полковника Карягина защищал от нашествия персов Карабах, принял участие в бою на реке Аскарани. Небольшой русский отряд, численностью в 400 человек и 2 орудия, оказался отрезанным в своем лагере. Предоставленный самому себе, Карягин 4 суток храбро защищался против десятитысячного отряда персов, большие потери усугубились предательством: более 50 человек во главе с порутчиком Лисенко дезертировали, голод и жажда сильно ослабили отряд, потерявший к тому же многих убитыми и ранеными. В этом безвыходном положении майор Котляревский предлагает дерзкий план: ночью тайно или напролом пройти сквозь персидские войска и захватить укрепленный замок Шах-Булах, находящийся под контролем персов, и там держаться до последней крайности. План был очень рискованный. Ночные войсковые операции считаются вершиной воинского искуства даже в наши дни, что уж говорить про те года. Но замысел увенчался полным успехом: такой наглости от русских персы попросту не ожидали. Прорвавшись через персидские порядки, русский батальон вышел к крепости. Отряд сходу выбил гарнизон, состоявший из 150 персов, и занял оборону. Положение русских улучшилось. Персы не надеясь взять замок силой, перешли к осаде.Спустя 7 дней Карягин получил точные сведения, что крепости движутся основные силы персов. Сознавая всю опасность оставаться в Шах-Булахе, Карягин и Котляревский решили пробиться в горы к крепости Мухрату. Сначала туда тайно были переправлены раненые, а потом выдвинулся и весь отряд вместе с пушками. Персы заметили отступление из Шах-Булаха русского отряда только тогда, когда он был уже в 20 верстах от стен. Когда путь отряду преградил ров, егеря Котляревского, шедшие впереди, спустились в него, и из своих тел и ружей, положенных на плечи, организовали переправу, по которой переправились их товарищи и пушки. Вблизи Мухрата отряд был настигнут персидским отрядом численностью около 1500 человек, но эта атака была легко отражена. Укрывшись в Мухрате, русские восемь суток выдерживал атаку многотысячного персидского войска, пока не подоспел наместник Грузии князь Цицианов. Своими действиями с малочисленным отрядом Карягин держал всю персидскую армию до тех пор, пока Цицианов успел собрать столько войск, что мог двинуться сам. В 1807 г. 25-летний Котляревский произведен в полковники. В следующем году он участвовал в походе в Нахичеванское ханство, в поражении персов при деревне Карабаб и в овладении Нахичеванью. С 1809 г. ему была поручена безопасность всего Карабаха. В приданном под его начало батальоне насчитывается 2 штаб-офицера, 9 обер-офицеров, 20 унтер-офицеров, 8 барабанщиков, 380 егерей (всего 419 человек) и 20 казаков. Когда в 1810 г. войска Аббас-мирзы, сына персидского шаха, вторглись в пределы этого края, Котляревский с егерским батальоном двинулся им навстречу. Имея всего около 400 штыков, без орудий, он решил штурмом овладеть сильно укрепленной крепостью Мигри. Персы были полностью уверены в своей обороне. В Мигри вело всего две дороги и обе были укреплены персами. Сама крепость помимо стен и 2 000 человек гарнизона имела и естестевенные укрепления в виде отвесныех скал, считавшихся не проходимыми. Атаковать такой укрепрайончик в лоб было чистой воды самоубийством. Но Котляревского это не остановило. Оставив обозы, ночью (вообще ночные операции визитная карточка этого полководца) по горным кручам он со своим отрядом обошел крепость и напал на нее с тыла. Произведя ложную атаку с одного фронта, он атаковал с другого и взял ее приступом. Итог сражения: 2 000 персов гарнизона выбито из важного стратегического укрепленного пункта. В отряде Котляревского был убит поручик Роговцов и 6 егерей, 29 человек были ранены, в том числе и сам Котляревский получивший ранение в левую руку. Аббас-Мирза был уязвлен: у него почти под носом егеря овладели важным стратегическим центром на Араксе. Ахмет-хану приказали взять селение Мигри обратно. Пять тысяч персов обложили крепость. Ахмет-хан готовился к штурму, но английские советники (куда уж без этих «заклятых друзей») отговорили его делать это. Лобовой штурм таких укрепленных позиций был безумием. К тому же русским практически целыми достались все батареи. Так и не решившись на штурм, Ахмет-хан приказал армии двигаться обратно к Араксу. На его беду полковника Котляревского такой расклад совершенно не устраивал. (Как это так: враг не битым уйдет? Непорядок! ) Он пустился в погоню и настигнув неприятеля на переправе, да, да опять таки ночью напал и разбил персов наголову. Отряд Котляревского был так мал, что был отдан приказ: пленных не брать. Всю добычу и оружие Котляревский приказал бросать в воду. Начавшаяся паника в персидском войске довершила разгром. За эту операцию Котляревский получил орден святого Георгия 4-й степени, золотую шпагу с надписью «За храбрость» и был назначен шефом Грузинского гренадерского полка. О секрете своих побед Петр Степанович говорил так: «Обдумываю холодно, а действую горячо». России тогда приходилось вести боевые действия на два фронта. Кроме Персии, претендовавшей на восточное Закавказье, сильным противником была Турция, интересы которой были прикованы к Западной Грузии и Черноморскому побережью Кавказа. В 1811 г. Котляревскому было поручено остановить наступление персов и турок со стороны Ахалциха, для чего он решил овладеть крепостью Ахалкалаки. Взяв с собой два батальона своего полка и сотню казаков, Котляревский в три дня перевалил горы, покрытые глубоким снегом и ночью штурмом взял Ахалкалаки. Турки, если и ожидали неприятеля — то только с юга, где склоны были более пологи и уж никак не ночью. Котляревский ударить с севера. Ночной штурм прошел успешно. Турецкий гарнизон был застигнут врасплох и почти полностью истреблен, несмотря на оказанное отчаянное сопротивление. В крепости было взято 16 орудий, 40 пудов пороха, два знамени, большое количество оружия. Утром 20 декабря 1811 года отряд Котляревского овладел крепостью, потеряв 30 человек убитыми. Пока генерал Котляревский сражался с турками в Ахалкалаки, на персидской границе дела шли менее успешно. В январе 1812 г. персы нахлынули на карабагское ханство и в Султан-Бада-Керче окружил батальон Троицкого полка, который, потеряв старших начальников и оставшись под командою капитана Оловянишникова, сложил оружие. Вся кавказская армия была возмущена сдачей Оловянишникова, и главнокомандующий решил послать в Карабаг Котляревского, поручив ему «восстановить доверие жителей к русскому оружию и изгладить из их памяти позорное дело Оловянишникова». Бич персов, Котляревский, начал с того, что очистил весь Карабаг от разбойничьих шаек и двинулся против Аббас-Мирзы. Сама весть о прибытии Котляревского в Карабах обратила персов в бегство. Армия Аббас-Мирзы, награбив все, что только было можно, начала поспешно отступать за Аракс. С собой они уводили и часть мирных жителей. Котляревский попытался отбить у персов мирное население и их имущество. Осуществить задуманное в полной мере не удалось — при отступлении персы разрушили мост через Аракс, а сильные дожди воспрепятствовали переправе отряда в брод. Но Котляревскому удалось разбить два небольших персидских отряда, взять селение Кир-Коха, считавшееся неприступным, возвратить в родные места 400 мирных жителей и 15 голов крупного рогатого скота. Хотя сам Котляревский остался экспедицией недоволен — новый главнокомандующий маркиз Паулуччи (весьма довольный результатами) наградил его орденом Святой Анны 1-й степени и «премировал» ежегодным денежным пособием в 1 200 рублей. Наступил грозный 1812 г. Почти все силы страны были брошены на войну с Наполеоном, а на Кавказе русские войска в ослабленном составе продолжали борьбу с персами. Главнокомандующий Паулуччи был отозван в Петербург, а на его место был назначен генерал-лейтенант Ртищев. Вступив в управление краем в чрезвычайно трудное и тревожное время, Ртищев не смог навести порядок, а напротив, стал проводить политику, которая еще больше ухудшила положение дел. Ртищев думал держать горцев в повиновении посредством подарков и денег. За что тут же и огреб. Собранные в Моздоке для мирных переговоров чеченские старшины были осыпаны подарками, но в ту же ночь, возвращаясь домой, напали за Тереком на обоз самого Ртищева и разграбили его почти на глазах генерала. Война с Наполеоном заставила Петербург искать пути мирного разрешения конфликта в Закавказье. От Ртищева требовали приостановить наступательные действия и начать переговоры. Персы же совсем обнаглели. Сосредоточив на границах 30 000 армию, обученную английскими инструкторами и по наущению тех же англичан, они вторгаются в пределы Талышского ханства и берут Ленкорань. Котляревский предвидел подобный сценарий развития событий, предлагал не тратить времени на переговоры и атаковать персов, «ибо, — писал он, — ежели Аббас-Мирза успеет овладеть Талышским ханством, то это сделает нам такой вред, который невозможно будет поправить». Ртищев, старавшийся всеми силами избежать кровавых столкновений, предложил персам перемирие и для ускорения переговоров сам прибыл на границу. Но по мере того, как Ртищев делался уступчивее, персы становились надменнее и требовательнее и, наконец, потребовали перенесения русской границы на Терек. Дело могло окончиться плохо, но Котляревский, воспользовавшись временным отъездом Ртищева в Тифлис и вытребовав у него предварительно дозволения действовать на свой страх и риск, перешел к наступательным действиям. 19 октября 1812 г. со своим 2-тысячным отрядом он перешел Аракс. Перед началом наступления генерал Котляревский обратился к солдатам и офицерам с речью: «Братцы! Нам должно идти за Аракс и разбить персиян. Их на одного десять — но храбрый из вас стоит десяти, а чем более врагов, тем славнее победа. Идем братцы и разобьем». Совершив форсированный 70 киломметровый марш он напал на основные силы персов имевшие 15 кратное численное превосходство. Так началась знаменитая битва при Аслаундзе. Асландуз или Асландузский брод через Аракс, где отряд Котляревского полностью уничтожил персидскую армию, расположен при впадении в Аракс речки Даравут-чай. 19 октября 1812 года во главе отряда при 6 орудиях Котляревский переправился через Аракс в 15 верстах выше персидского лагеря. Всего, согласно ведомости, в отряде находилось: 17-й егерский полк: 2 штаб-офицера, 11 обер-офицеров, 24 унтер-офицера, 9 музыкантов, 306 рядовых (итого 352 человека), Грузинский гренадерский полк — 1058 человек, Севастопольский пехотный полк — 215 человек, 20-я артиллерийская бригада — 85 человек, Донского казачьего полка Краснова 3-го — 283 казака, Донского казачьего полка Попова 16-го — 228 казаков. Всего в экспедиции приняли участие 2221 человек. Еще 10 октября основные силы Аббас-Мирзы были стянуты к Асландузу. Под его началом было 30 000 человек при 12 орудиях. Всеми действиями персов руководили английские инструкторы. Персы планировали разбить отряд Котляревского и через Карабах пойти на помощь мятежной Кахетии. Для отвлечения российских войск Аббас-Мирза приказал Эриванскому хану произвести серию нападений на пограничные посты, а отряду Пир-Кули-хана в 4 000 человек двинуться в обход Карабаха в Шекинское ханство. Действия Эриванского хана и Пир-Кули-хана должного результата не дали. Утром 19 октября 1812 года Котляревский атаковал укрепленные позиции персидской армии на правом берегу Аракса. Никто в стане врага не подозревал о приближении россиян. Все занимались своими обыденными делами: кто отдыхал, кто занимался тактической подготовкой. Аббас-Мирза беседовал с английскими офицерами. Увидев на горизонте конницу (для маскировки Котляревский пустил впереди конное ополчение карабахских жителей), Аббас-Мирза сказал сидевшему рядом англичанину: «Посмотрите, вот какой-то хан едет ко мне в гости». Офицер посмотрел в подзорную трубу и ответил: «Нет, это не хан, а Котляревский». Аббас-Мирза смутился, но храбро заметил: «Русские сами лезут ко мне на нож». На возвышенности находилась только конница персов, пехота размещалась внизу, по левому берегу Даравут-чая. Оценив слабую сторону положения противника, Котляревский первый свой удар направил на конницу и сбил ее с командной высоты. Сюда в высоком темпе была переброшена российская артиллерия, сразу же начавшая обстрел пехоты противника. Аббас-Мирзы не рискнул атаковать высоту и двинул свою армию к Араксу, для того, чтобы ограничить движение россиян. Но Петр Степанович разгадал маневр противника и ударил персов с фланга. Персы, видя свое превосходство в людях и артиллерии, не ожидали такого поворота событий. Произошло замешательство, а затем и бегство через реку Даравут-чай, к построенному у Асландузского брода укреплению. Российским войскам досталась артиллерия и обоз неприятеля. Котляревский не хотел останавливаться на достигнутом. Днем он дал своим войскам отдохнуть. Вечером к генералу Котляревскому доставили русских пленных, которые совершили побег из лагеря персов. Они сообщили о сборе Аббас-Мирзой своих разрозненных отрядов: утром он готовился отражать новые атаки. И Котляревский решил атаковать персов ночью. Бывший в плену унтер-офицер был готов провести отряд мимо пушек неприятеля. Котляревский ответил: «На пушки, братец, на пушки!» И отдал диспозицию к бою. Ночью персы вновь были атакованы. Семь рот Грузинского гренадерского полка, переправившись через речку Дараурт, пошли на неприятеля от гор, батальон егерей под командой Дьячкова двинулся в обход к Араксу, чтобы ударить с противоположной стороны, резерв спустился вниз по речке Дараурту. Казачьи отряды должны были отсечь отступление персов. В таком порядке гренадеры и егеря, в глубочайшей тишине, подошли достаточно близко к расположениям противника и с криками «ура» стремительно бросились в штыки. После упорного и непродолжительного сопротивления персы были обращены в бегство. Проведя ночной штурм, российские войска завершили полный разгром персидской армии. Пленными было взято всего 537 человек, убитыми персы потеряли порядка 9000. В сражении погибли даже англичане, бывшие при иранском войске: командующий артиллерией майор Лейтен и майор Кристи. Почти всю артиллерию захватили русские солдаты. Трофеями стали 11 из 12 орудий, произведённых в Британии. Потери российского отряда составили 28 убитых и 99 раненных. Донесение о взятии Асландуза начиналось так: «Бог, ура и штык даровали и здесь победу войскам всемилостивейшего государя». В рапорте начальству о потерях неприятеля Котляревский указал 1200 человек. На вопрос удивленных подчиненных: почему так мало, ведь трупов значительно больше, он, улыбнувшысь, ответил: «Напрасно писать, нам все равно не поверят». Пушки английской работы стали почетными трофеями проведенной операции. Аббас-Мирза скрылся от позорного плена с 20 всадниками. За Асландуз Котляревский получил орден Святого Георгия 3-й степени и чин генерал-лейтенанта. Теперь предстояло выбить из Ленкорани засевший там семитысячный отряд персов и овладеть Талышинским ханством. 17 декабря 1812 года начался последний славный поход Петра Степановича. По дороге он взял укрепление Аркеваль и 27 декабря подошел к Ленкорани, окруженной болотами и защищенной мощными крепостными сооружениями. Котляревский, испытывая недостаток в артиллерии и снарядах, в очередной раз решил прибегнуть к ночному штурму. Осознавая сложность задачи, он писал в эти дни: «Мне, как русскому, осталось только победить или умереть». Накануне штурма был отдан приказ войскам, где говорилось: «Отступления не будет. Нам должно или взять крепость, или всем умереть… Не слушать отбоя, его не будет». Крепость Ленкорань представляла вид неправильного четырехугольника на реке Ленкорани шириной 80 сажень. Наибольшая ее сторона, длиной 130 саженей, располагалась к юго-западу. Противоположная ей северо-восточная сторона составляла 80 саженей. По углам — в бастионах — были воздвигнуты батареи, самые сильные из них обстреливали подступы к крепости с северной и западной сторон. В ночь на 31 декабря 1812 года штурм начался. В пятом часу утра войска молча вышли из лагеря, но, еще не дойдя до назначенных пунктов, были уже встречены артиллерийским огнем неприятеля. Не отвечая на выстрелы, солдаты спустились в ров и, приставив лестницы, быстро полезли на стены. Закипела ужасная битва. Передние ряды штурмующих не удержались и были сброшены, многие офицеры, и между ними подполковник Ушаков, убиты, а число персов на стенах между тем быстро увеличивалось. Тогда Котляревскому пришлось личным примером вести войска: он бросился в ров, стал над телом Ушакова и ободрил людей несколькими энергичными словами. В это время пуля пробила его правую ногу. Придерживая рукою колено, он спокойно повернул голову и, указав солдатам на лесницы повел их за собой. Воодушевленные солдаты снова кинулись на приступ. Поднявшись по лестнице на стену крепости, генерал был тяжело ранен: две пули попали ему в голову и он упал. Но победное: ура! уже звучало над крепостью. Изувеченный, генерал был найден среди груды тел штурмовавших и оборонявшихся. Когда солдаты, нашедшие своего командира среди груды мертвых тел, стали его оплакивать, он внезапно открыл уцелевший глаз и сказал: «Я умер, но все слышу и уже догадался о победе вашей». С тяжелейшими и мучительными травмами «генерал-метеор» выжил. Победы Котляревского сломили персов, которые пошли на заключение благоприятного для России Гюлистанского мира, по которому карабагское, ганжинское, шекинское, ширванское, дербентское, кубинское, бакинское ханства и часть талышинского с крепостью Ленкоранью признаны на вечные времена принадлежащими России, и Персия отказалась от всяких притязаний на Дагестан и Грузию. Сам же генерал, награжденный орденом святого Георгия 2-й степени (за всю историю эту награду получил всего 131 человек), страдая от полученных ран, уехал домой, на Украину. На сумму, дарованную Александром I, Котляревский купил себе имение сперва близ Бахмута, а затем около Феодосии, где лечился от ран. Легенда гласит, что однажды он побывал в Петербурге, и на приеме в Зимнем дворце царь, отведя его в сторону, доверительно спросил: «Скажите, генерал, кто помог вам сделать столь удачную военную карьеру?» «Ваше величество, — ответил герой, — мои покровители — это солдаты, которыми я имел честь командовать, и только им я обязан своей карьерой». В ответ Александр посетовал на то, что Котляревский скрытничает, нежелая открыть имя своего покровителя, чем до глубины души обидел героя. Пушкин в своем «Кавказском пленнике» посвятил Котляровскому следующие строки: Тебя я воспою, герой, О, Котляревский, бич Кавказа! Куда ни мчался ты грозой — Твой путь, как черная зараза, Губил, ничтожил племена… Ты здесь покинул саблю мести, Тебя не радует война; Скучая миром, в язвах чести, Вкушаешь праздный ты покой И тишину домашних долов. В честь восшествия на престол в 1826 году, император Николай I пожаловал Петру Степановичу чин генерала от инфантерии и предложил возглавить Кавказскую армию. В частности император писал: «Я льщу себя надеждою, что время уврачевало раны ваши, и успокоило от трудов, понесенных для славы российского оружия, и что одного имени вашего достаточно будет, чтобы одушевить войска предводительствуемые вами. Устрашить врага неоднократно вами пораженного и дерзающего снова нарушить тот мир, которому открыли вы первый путь подвигами вашими. Желаю, чтоб отзыв ваш был согласен с Моим ожиданием. Пребываю вам благосклонный, Николай». Но Котляревский отказался. Старые раны не давали покоя. Много лет он прожил уединенно, мучимый своими ранами. Став угрюмым и молчаливым, Котляревский проявлял неизменную доброту и щедрость к окружающим. Получая хорошую пенсию, он помогал беднякам, особенно из числа своих бывших воинов, ставших, как и он, инвалидами, они получали пенсию от него лично. Зная, что его имя нередко забывают в сравнении с героями Отечественной войны 1812 г., Котляревский говорил: «Кровь русская, пролитая в Азии, на берегах Аракса и Каспия, не менее драгоценна, чем пролитая в Европе, на берегах Москвы и Сены, а пули галлов и персиян причиняют одинаковые страдания».Умер он в 1852 году. В Грузинском гренадерском полку, который носил имя генерала Котляревского, на ежедневной перекличке фельдфебель Первой роты Первого батальона называл: «Генерал от инфантерии Петр Степанович Котляревский». Правофланговый рядовой отвечал: «Умер в 1851 году геройской смертью от 40 полученных им ран в сражениях за Царя и Отечество!» Еще при жизни Котляревского главнокомандующий на Кавказе князь М.С.Воронцов поставил ему памятник в Гяндже, которую тот в молодости штурмовал. В знаменитом Казанском соборе, где находится могила М.И.Кутузова, было помещено 107 знамен и штандартов добытых в сражениях с наполеоновской армией. Среди этого количества трофеев Отечественной войны 1812 года, было два знамени, захваченных под Ленкоранью отрядом П.С.Котляревского, как признание его военного подвига и полководческого гения. 30 октября 1913 года на заседании Общества ревнителей истории, посвященном памяти генерала Петра Степановича Котляревского, профессор И.Ковалевский сказал: «Когда светит солнце, не видно блеска звезд». Гром сражений Отечественной войны на полях России затмил удивительные подвиги русских войск на Кавказе. Профессор закончил свою речь так: «Нам русским, нужно учиться подвигам не у далеких греков или римлян, а у самих себя. Котляревский принадлежит к русским национальным героям, которым — вечная слава и незабвенная память».
2014г. = В.П. Степкин опубликовал развернутое исследование
Имя героя Русско-персидской войны 1804–1813 гг. генерала Котляревского современному читателю неизвестно, хотя на протяжении XIX века во всех энциклопедиях ему посвящали большие статьи, называли «генерал-метеор» и «кавказский Суворов».
Во многом такой безвестности способствовала Отечественная война 1812 года, когда наполеоновская тема отодвинула на задний план все другие сражения и победы российских войск. Чувствуя это генерал под конец жизни писал: «Кровь русская, пролитая в Азии, на берегах Аракса и Каспия, не менее драгоценна, чем пролитая в Европе на берегах Москвы и Сены, а пули галлов и персиян причиняют одинаковые страдания».
Родился Петр Степанович Котляревский в 1782 году в слободе Ольховатка Харьковского наместничества в 42 верстах от Волчанска. Отец будущего генерала был сельский священник из безземельных дворян Воронежской губернии.
Учиться отец его отдал в самое мощное учебное заведение на всем юге Российской империи — Харьковский Коллегиум. Учащийся Коллегиума Котляревский в 10 лет уже был переведен в класс риторики, показывая изрядные успехи в образовании.
Быть бы Петру Степановичу, как и отец священником, если бы не его величество случай.
В суровую зиму 1792 года по делам службы мимо Ольховатки ехали подполковник Иван Петрович Лазарев и правитель Харьковского наместничества Федор Иванович Кишенский. Метель заставила их повернуть в Ольховатку и там «застрять» на целую неделю.
Тебя я воспою, герой,
О, Котляревский, бич Кавказа!
Куда ни мчался ты грозой -
Твой путь, как черная зараза,
Губил, ничтожил племена...
Ты днесь покинул саблю мести,
Тебя не радует война;
Скучая миром, в язвах чести,
Вкушаешь праздный ты покой
И тишину домашних долов.
А.С.Пушкин «Кавказский пленник»
Офицеры. Егорский полк. 1797–1801
Лазареву, только что сдавшему батальон вновь формируемого Московского гренадерского полка, и едущего за новым назначением, очень понравился смышленый сын сельского священника, гостивший у отца в это время. Желая как-то отблагодарить хозяина за гостеприимство, Иван Петрович предложил взять мальчугана к себе в армию, как только сам обустроится. Cтепан Яковлевич взял с офицера слово, что тот будет заботиться о подростке, как о собственном сыне. Через год с небольшим, в марте 1793 года, приехал от Лазарева сержант Кубанского егерского корпуса и забрал отрока Петра в Моздок. Лазарев командовал 4-м батальоном Кубанского егерского корпуса. Петр Котляревский был зачислен фурьером в батальон Лазарева 19 марта 1793 года. Здесь, на Кавказе прошли последующие 20 лет жизни Петра Степановича Котляревского. Ровно через год он уже сержант. В 1796 году Котляревский принял участие в походе на Дербент.
Походом на Дербент, который называли Золотыми воротами Кавказа, командовал граф Валериан Александрович Зубов. Это был первый этап большого похода в Персию.
Экспедиционный корпус выступил в поход 18 апреля. Дербент был столицей одноименного ханства, являющегося вассалом персидского шаха, настоящими воротами, надежно запирающими прибрежную полосу шириной в три километра между Каспийским морем и Большим Кавказским хребтом. Крепостные стены, сложенные из дикого камня, уходили далеко в море. Многие века Дербент называли Золотыми воротами Кавказа. Крепость была взята, но дальше военные действия не продолжались: умерла императрица Екатерина II. На трон взошел император Павел.
Рядовой. Егорский полк. 1809–1811
Смена самодержцев внесла корректировки в политические акценты в Закавказье. Прошло несколько лет, прежде чем новый император начал действия. Как и в случае с Персидским походом, интерес для России представляла Грузия. А события разворачивались следующим образом: умер грузинский царь Ираклий II. Из-за отсутствия закона о престолонаследии пошли интриги и ссоры в грузинском царском доме. После смерти Ираклия осталась большая семья — 24 человека. И почти все претендовали на престол, хотя регалии царской власти были уничтожены и расхищены персами. Только благодаря стечению обстоятельств царем был провозглашен сын Ираклия — Георгий XII . Это был довольно вялый, хотя и вспыльчивый человек, толстый, неповоротливый, большой любитель вкусно поесть, но самое главное — он был тяжело болен. Братья Георгия, засев в разных областях Грузии, рыли ему яму. Управление страной напрочь отсутствовало. Чиновники (нацвалы, моурави) и князья грабили всех и вся. Жители убегали от них, как от персов, в горы. А царь Георгий жил в двух тесных комнатах в доме князя Баратова в Тифлисе. Георгий ХП получил от персидского шаха требование покориться его власти. Царь обратился за помощью к русскому императору. Получив приказ оказывать Грузии всяческую поддержку, главнокомандующий Кавказской линией генерал К.Ф.Кнорринг направил в Тифлис 18-й егерский полк (в 1801 году переименован в 17-й егерский) под командой генерал-майора И.П.Лазарева.
Незадолго до назначения в Грузию Иван Петрович Лазарев потерял жену и малолетнюю дочь. Единственным близким человеком рядом оставался Петр Котляревский. Егеря форсированным маршем двигались из Моздока в Тифлис, преодолевая заснеженные перевалы. Перейдя за 36 дней через Большой Кавказский хребет, отряд Лазарева 26 ноября 1799 года вступил в Тифлис. Это был день тезоименитства царя Георгия. Встреча прибывших войск сопровождалась необычайной торжественностью. Георгий XII вместе с царевичами и многочисленной свитой встретил И.П.Лазарева хлебом-солью за городскими воротами. В донесении императору говорилось, что отряд сделал при этом «фигуру преизрядную» и вступил в Тифлис при громе пушек и колокольном звоне. Войска двигались по улицам, запруженным народом. В окнах и на крышах домов также находились зрители, помнившие о жестокости персов. Включаемое в состав России Грузинское царство на тот момент состояла из Картли ( центральная Грузия), Кахетии (восточная Грузия) и части Сванетии.
Лазарев во всем доверял своему адъютанту, давал щекотливые поручения и ответственные секретные дела. Архивы Грузии хранятдокладные записки П.С. Котляревского о членах царского двора, о мерах, направленных против моровой язвы. Котляревский ведал всей военной и гражданской перепиской генерала Лазарева, включая секретную. Однажды, в нарушение субординации и установленного при грузинском царском дворе этикета, поручик Котляревский, выполняя задание своего шефа, имел даже аудиенцию у Георгия.
Русские штыки поддерживали мир и порядок, охраняли страну от лезгин и других горских народов. Для этого была установлена, так называемая, лезгинская линия со штаб-квартирой в местечке Лагодехи. Для подкрепления 17 егерского полка с Кавказской линии в Тифлис 23 сентября 1800 года прибыл Кабардинский полк во главе с генерал-майором Гуляковым. Оба полка поступили под команду Лазарева (всего 3000 человек и 7 орудий).
Персидский шах Фетх-Али (или как его называли Баба-хан) замыслил двустороннее наступление на Грузию. Из-за внутренних политических проблем поход персов был отложен, но Омар-хан Аварский решил воспользоваться ситуацией. Лазарев послал Омар-хану требование покинуть пределы Грузии. Предупреждения не подействовали. Горцы рассчитывали победить. Сражение произошло на правом берегу речки Иори 7 ноября 1800 года, недалеко от деревни Какабети. В ночь на 7 ноября войска Омар-хана снялись с биваков и двинулись в обход объединенного отряда, стоящего в версте от них. Российская разведка вовремя обнаружила маневр противника. Форсированным маршем Лазарев обогнал противника и на рассвете очутился перед ним на противоположном берегу. Пока противник переправлялся через реку, Лазарев развернул российский отряд в два каре. Между ними поставил грузинских ополченцев. Охватывая русский фланг, конница Омар-хана попыталась смять каре, но была отбита оружейным и артиллерийским огнем. Понеся потери, неприятель убрался из Грузии. Лазарев, донося о сей блистательной победе своему прямому начальнику генерал-лейтенанту Кноррингу, не преминул засвидетельствовать об отличной службе своего адъютанта, вследствие чего Котляревский был награжден орденом св. Иоанна Иерусалимского и 8 декабря того же года произведен в штабс-капитаны.
Император Александр I 8 сентября 1802 года отозвал Кнорринга и 11 сентября назначил инспектором Кавказской линии и главнокомандующим в Грузию генерал-лейтенанта князя Цицианова.
Павел Дмитриевич Цицианов происходил из знатнейшей грузинской княжеской фамилии и находился в близком родстве с последним царствующим домом Грузии. На русскую службу перешел дед Павла Дмитриевича еще во времена Анны Иоанновны.
Во время попытки отправить грузинскую царицу вглубь России был убит старший товарищ и командир Петра Степановича Котляревского — Иван Петрович Лазарев. Князь Цицианов предложил Котляревскому стать его адъютантом, но Петр Степанович предпочел армейскую службу и был направлен командовать ротой в 17-й Егерский полк.
Проводимая Цициановым политика объединения оставшихся вне России грузинских княжеств дала свои результаты. Были присоединены к российским владениям Менгрелия и Имеретия. Горские племена, особенно лезгины, продолжали опустошительные набеги на Кахетию. Правитель Ганджи Джеват-хан, будучи уверен в персидской помощи стал требовать Шамшадальскую провинцию, граничащую с его землями.
Среди офицеров, участвовавших в штурме Гянджи, были Александр Христофорович Бенкендорф и Михаил Семенович Воронцов. Впоследствии боевая юность позволили Петру Степановичу запросто общаться с бывшими сослуживцами: со ставшим начальником жандармского управления графом А.Бенкендорфом и с будущим Кавказским наместником графом М.Воронцовым. С Михаилом Семеновичем Воронцовым дружеские отношения сохранялись до самой смерти генерала Котляревского. Во время штурма Ганджи впереди роты шел ее командир штабс-капитан Котляревский. Он попытался без лестницы вскарабкаться на наружное укрепление и был ранен в ногу. Увидев это, Михаил Воронцов и рядовой Богатырев из роты Котляревского поспешили раненому на помощь. Богатырев тут же упал, сраженный вражеской пулей. Михаил Семенович, не обращая внимания на огонь противника, отвел Котляревского в безопасное место. Это было первое ранение будущего генерала. За штурм Ганжи Котляревский получил чин майора и орден Святой Анны 3-й степени с бантом.
После князя Цицианова на Кавказе сменилось несколько командующих.В 1809 году главнокомандующим стал будущий участник войны с Наполеоном генерал Тормасов.
Новый главнокомандующий поручил полковнику Котляревскому (ему 27 лет!) охранять безопасность всего Карабаха. В конце XIX века один из исследователей писал: «Дерзость персиян, особенно Аббас-Мирзы, перешла всякие границы. Они не только прервали мирные переговоры, но и возмечтали о возвращении в свое подданство всех татарских ханов и подчинении Грузии. Требовался ряд решительных мер».
В начале 1810 года персы вторглись в Карабах. Навстречу им был послан Котляревский с приказом взять крепость Мигри и крепость Гюняй и вытеснить оттуда Абул-Фетха, утвердив границу по реке Аракс. В третьем батальоне имени командира полка Котляревского состояло 2 штаб-офицера, 9 обер-офицеров, 20 унтер-офицеров, 8 барабанщиков, 380 егерей (всего 419 человек) и 20 казаков.
Аббас-Мирза
В Мигри вело две дороги и обе были укреплены персами. Но Котляревский повел отряд по мало известной горной дороге. Петр Степанович знал, что Мигри охраняет двухтысячный персидский гарнизон. Отвесные же склоны служили естественной преградой — лучше не придумать. Идти на штурм в лоб — значило вести людей на верную смерть. Котляревским был разработан план штурма крепости со стороны отвесных скал по тропинкам, считавшимися непроходимыми. 14 июня 1810 года в 5 верстах от Мигри, у селения Гярову весь обоз был оставлен. Котляревский решил атаковать крепость в тот же день.
Селение Мигри располагалось по обе стороны речки Мигри. Прибрежные скалы были прикрыты отрядом персов в 1200 человек под командой ханов Абул-Фетха и Али-Мердана и военачальника Кулар-Агаси.
Отряд Котляревского был разделен на три колонны и в 15 часов 150 человек во главе с Котляревским двинулись по правому скалистому хребту, столько же людей было у майора Дьячкова, шедшему по левому скалистому хребру. Прямо пошла колонна под командой капитана князя Абхазова. Неприятель начал отступать с перестрелкой. План атаки был такой: Котляревский движется на укрепления селения, Дьячков идет на левые укрепления и овладевает ими, поручик Роговцов должен был провести ложную атаку на правом фланге. Котляревский с Дьячковым совместно должны были занять две самые сильные батареи с правой стороны. При этом с центра должна была пройти штыковая атака, произвести замешательство в лагере противника перед селением. Воспользовавшись ситуацией отряду предписывалось овладеть селением и левой высотой.
Штурм начался ночью. Перед крепостью было селение, которое с ходу взяли и весь удар устремили на левый фланг на батареи перед крепостью. Майор Дьячков взял 3 батареи, остальные 2 - Котляревский. Затем все силы были переброшены на правый фланг. Воодушевленные успехом, солдаты грудью пробивались на укрепления и заняли их. Осталась одна батарея на вершине отвесного утеса. Осмотрев скалу, Котляревский убедился, что приступом ее не одолеть: «Солдаты останавливаются перед отвесной скалой: это батарея Сабет, в которой засел Абул-фет-хан и 200 отборных сарбазов». Окружив батарею с четырех сторон Котляревский, как пишет Соллогуб, отрезали воду. Другой же исследователь утверждает, что противник просто был окружен и увидел свою беспомощность. Через сутки персидский гарнизон оставил крепость. В отряде Котляревского был убит поручик Роговцов и 6 егерей, 29 человек были ранены. Котляревский был ранен в левую руку — уже пятый раз. Раны получили поручик князь Вахвахов и подпоручик Швецов. За Мигри П.С. Котляревский получил орден Святого Георгия 4-й степени, майор Дьячков орден Святого Владимира 4-й степени с бантом, другие 6 офицеров получили орден Святой Анны 3-й степени. 16 нижних чинов были награждены знаком отличия ордена Святого Георгия (солдатским Георгием). Главнокомандующий Тормасов, обеспокоенный положением Котляревского и не имея сведений о успешном штурме Мигри, выслал ему на помощь две роты под командой майора Терешкевича. 1 июля два отряда соединились.
Аббас-Мирза был уязвлен: у него почти под носом егеря овладели важным стратегическим центром на Араксе. Ахмет-хану приказали взять селение Мигри обратно. Пять тысяч персов обложили крепость. Ахмет-хан готовился к штурму и даже пытался отвести у обороняющихся воду, но английские советники отговорили его делать это. Не решившись на штурм, он приказал армии двигаться обратно к Араксу. А полковник Котляревский, зная о персидской беспечности, решил атаковать их лагерь ночью у переправы. Для операции были назначены 3 штаб-офицера, 11 обер-офицеров, 30 унтер-офицеров, 10 барабанщиков и 430 егерей, плюс 20 казаков. В Мигри осталось до 100 человек больных и здоровых. Под покровом ночи Котляревский с егерями и казаками, заставши неприятеля врасплох, на переправе атаковал их. Персы успели переправить за Аракс до 1000 человек конницы и 1500 пехоты. Отряд Котляревского был так мал, что был отдан приказ: пленных не брать. Всю добычу и оружие Котляревский приказал бросать в воду. Начавшаяся паника в персидском войске довершила военную операцию — их потери были огромными. Сам Котляревский определил их в 700 человек. Котляревский получил золотую шпагу с надписью «За храбрость» и был назначен шефом Грузинского гренадерского полка.
22 сентября 1810 года Котляревский покинул Мигри по разрешению генерала Тормасова для лечения, прибыл в Тифлис. Здесь он получил новое назначение.
России приходилось вести боевые действия на два фронта. Кроме Персии, претендовавшей на восточное Закавказье, сильным противником была Турция, интересы которой были прикованы к Западной Грузии и Черноморскому побережью Кавказа. В течение 1811 года никаких крупных военных действий на русско-турецком участке фронта не происходило. Одной из главных причин этого были разногласия и сепаратистская деятельность карсского и ахалцихского пашей, не желавших подчиняться новому эрзерумскому сераскиру Эммин-паше, что и сорвало концентрацию турецких войск в Армении. В это время на Дунае Кутузовым была одержана победа в Рущукском сражении и Турция была вынуждена начать с Россией мирные переговоры. Новый главнокомандующий маркиз Паулуччи, узнав о победе Кутузова, решил возобновить военные действия в Ахалкалакском пашалыке. Время шло к зиме и предпринять поход к Ахалцихе главнокомандующий Паулуччи не решился. Но овладение пограничным с Картли Ахалкалакским санджаком маркиз считал задачей выполнимой и необходимой.
Вид Асландуза
Руководить намеченной операцией поручили полковнику Котляревскому. Ему в подчинение были переданы два батальона Грузинского гренадерского полка, расквартированного в Поти и один батальон 46-го егерского полка, стоявшего в Думаниси. Соединиться егеря и гренадеры должны были в Цалки и в сопровождении сотни донских казаков отправиться в пределы Ахалкалакского санджака. Командование поставило задачу перед Котляревским: с хода овладеть крепостью Ахалкалаки и удерживать ее до подхода подкреплений.
Турки, если и ожидали неприятеля — то только с юга, где склоны были более пологи. Котляревский решил ударить с севера. Ночной штурм прошел успешно. Турецкий гарнизон был застигнут врасплох и почти полностью истреблен, несмотря на оказанное отчаянное сопротивление. Капитан Шультен бросился с гренадерами на батарею, ближнюю к ним и овладев ею, пошел на две другие. Они также были взяты. Турки отчаянно защищались, но солдаты Котляревского, помня все перенесенные невзгоды, которые им пришлось испытать для достижения цели, сокрушали всех и вся. В крепости было взято 16 орудий, 40 пудов пороха, два знамени, большое количество оружия. Утром 20 декабря 1811 года отряд Котляревского овладел крепостью, потеряв 30 человек убитыми.
Котляревскому за операцию при Ахалкалаки был пожалован чин генерал-майора, а батальонам Грузинского гренадерского полка пожалованы Георгиевские знамена. Пока генерал Котляревский сражался с турками в Ахалкалаки, персы вторглись в пределы Карабаха. Главнокомандующий Паулуччи решил перебазировать туда отряд в 1 000 человек, назначив командиром генерал-майора Котляревского.
Узнав о прибытии Котляревского в Карабах армия Аббас-Мирзы, награбив все, что только было можно, начала поспешно отступать за Аракс. С собой они уводили и часть мирных жителей. Котляревский попытался отбить у персов мирное население и их имущество. Осуществить задуманное в полной мере не удалось — при отступлении персы разрушили мост через Аракс, а сильные дожди воспрепятствовали переправе отряда в брод. Но Котляревскому удалось разбить два небольших персидских отряда, взять селение Кир-Коха, считавшееся неприступным, возвратить в родные места 400 мирных жителей и 15 голов крупного рогатого скота. Хотя сам Котляревский остался экспедицией недоволен — новый главнокомандующий маркиз Паулуччи (весьма довольный результатами) наградил его орденом Святой Анны 1-й степени и «премировал» ежегодным денежным пособием в 1 200 рублей. Награда дошла к Котляревскому спустя год, в феврале 1813 года.
Генерал Котляревский был сторонником решительных действий. Хорошо изучив «восточный характер» этих людей, для которых сила и храбрость были превыше всего — Петр Степанович умело пользовался обстоятельствами. И персы, и горские народы, бывшие с ними в союзе, начали панически бояться одного имени Котляревского, приписывая генералу магическую силу.
Война с Наполеоном заставила Петербург искать пути мирного разрешения конфликта в Закавказье. От нового командующего Ртищева требовали приостановить наступательные действия и начать переговоры. Для переговоров с Аббас-Мирзою о перемирии Ртищев выступил из Тифлиса во главе трехтысячной армии к границе с Персией. Вблизи Аракса он соединился с отрядом Котляревского. К Аббас-Мирзе был послан офицер с предложением Ртищева о переговорах. Командующий персидской армией предложил провести переговоры на персидской земле, за 80 верст от границы. Естественно, Ртищев не согласился. Котляревский же предложил сразу начать военные действия. Это предложение главнокомандующий не принял, надеясь склонить персов к переговорам на его условиях. Между тем персы вторгались в пределы Талышского ханства и взяли Ленкорань. Котляревский предвидел подобный сценарий развития событий, предлагал не тратить времени на переговоры и атаковать персов, «ибо, — писал он, — ежели Аббас-Мирза успеет овладеть Талышским ханством, то это сделает нам такой вред, который невозможно будет поправить».
Подготовка персов к новому наступлению заставила Котляревского предпринять военную экспедицию за Аракс. Это напоминало игру в кошки-мышки. Несколько раз армия Аббас-Мирзы переходила Аракс и вновь уходила на свою территорию. Котляревский разгадал маневр Аббас-Мирзы и его конечную цель — Грузию. Аббас-Мирза принялся строить укрепления выше Асландузского брода через Аракс. Нужно было действовать. Перед началом контрманевра генерал Котляревский обратился к солдатам и офицерам с речью: «Братцы! Нам должно идти за Аракс и разбить персиян. Их на одного десять — но храбрый из вас стоит десяти, а чем более врагов, тем славнее победа. Идем братцы и разобьем».
Битва при Асландузе
Асландуз или Асландузский брод через Аракс, где отряд Котляревского полностью уничтожил персидскую армию, расположен при впадении в Аракс речки Даравут-чай. 19 октября 1812 года во главе отряда при 6 орудиях Котляревский переправился через Аракс в 15 верстах выше персидского лагеря. Всего, согласно ведомости, в отряде находилось: 17-й егерский полк: 2 штаб-офицера, 11 обер-офицеров, 24 унтер-офицера, 9 музыкантов, 306 рядовых (итого 352 человека), Грузинский гренадерский полк — 1058 человек, Севастопольский пехотный полк — 215 человек, 20-я артиллерийская бригада — 85 человек, Донского казачьего полка Краснова 3-го — 283 казака, Донского казачьего полка Попова 16-го — 228 казаков. Всего в экспедиции приняли участие 2221 человек. Еще 10 октября основные силы Аббас-Мирзы были стянуты к Асландузу. Под его началом было 30 000 человек при 12 орудиях. Всеми действиями персов руководили английские инструкторы. Персы планировали разбить отряд Котляревского и через Карабах пойти на помощь мятежной Кахетии. Для отвлечения российских войск Аббас-Мирза приказал Эриванскому хану произвести серию нападений на пограничные посты, а отряду Пир-Кули-хана в 4 000 человек двинуться в обход Карабаха в Шекинское ханство. Действия Эриванского хана и Пир-Кули-хана должного результата не дали. Утром 19 октября 1812 года Котляревский атаковал укрепленные позиции персидской армии на правом берегу Аракса. Никто в стане врага не подозревал о приближении россиян. Все занимались своими обыденными делами: кто отдыхал, кто занимался тактической подготовкой. Аббас-Мирза беседовал с английскими офицерами. Увидев на горизонте конницу (для маскировки Котляревский пустил впереди конное ополчение карабахских жителей), Аббас-Мирза сказал сидевшему рядом англичанину: «Посмотрите, вот какой-то хан едет ко мне в гости». Офицер посмотрел в подзорную трубу и ответил: «Нет, это не хан, а Котляревский». Аббас-Мирза смутился, но храбро заметил: «Русские сами лезут ко мне на нож».
На возвышенности находилась только конница персов, пехота размещалась внизу, по левому берегу Даравут-чая. Оценив слабую сторону положения противника, Котляревский первый свой удар направил на конницу и сбил ее с командной высоты. Сюда в высоком темпе была переброшена российская артиллерия, сразу же начавшая обстрел пехоты противника. Аббас-Мирзы не рискнул атаковать высоту и двинул свою армию к Араксу, для того, чтобы ограничить движение россиян. Но Петр Степанович разгадал маневр противника и ударил персов с фланга. Персы, видя свое превосходство в людях и артиллерии, не ожидали такого поворота событий. Произошло замешательство, а затем и бегство через реку Даравут-чай, к построенному у Асландузского брода укреплению. Российским войскам досталась вся артиллерия и обоз неприятеля. Котляревский не хотел останавливаться на достигнутом. Днем он дал своим войскам отдохнуть. Вечером к генералу Котляревскому доставили русских пленных, которые совершили побег из лагеря персов. Они сообщили о сборе Аббас-Мирзой своих разрозненных отрядов: утром он готовился отражать новые атаки. И Котляревский решил атаковать персов ночью. Бывший в плену унтер-офицер был готов провести отряд мимо пушек неприятеля. Котляревский ответил: «На пушки, братец, на пушки!» И отдал диспозицию к бою. Ночью персы вновь были атакованы. Семь рот Грузинского гренадерского полка, переправившись через речку Дараурт, пошли на неприятеля от гор, батальон егерей под командой Дьячкова двинулся в обход к Араксу, чтобы ударить с противоположной стороны, резерв спустился вниз по речке Дараурту. Казачьи отряды должны были отсечь отступление персов.
Территория приобретений России в 1801–1828 гг.
В таком порядке гренадеры и егеря, в глубочайшей тишине, подошли достаточно близко к расположениям противника и с криками «ура» стремительно бросились в штыки. После упорного и непродолжительного сопротивления персы были обращены в бегство. Проведя ночной штурм, российские войска завершили полный разгром персидской армии. Пленными было взято всего 537 человек, убитых — около 9000. В рапорте начальству о потерях неприятеля генерал написал 1200 человек. На вопрос подчиненных: почему так мало, ведь трупов значительно больше, ответил: «Напрасно писать, все равно не поверят». Донесение о взятии Асландуза начиналось так: «Бог, ура и штык даровали и здесь победу войскам всемилостивейшего государя». Пушки английской работы стали почетными трофеями проведенной операции. Аббас-Мирза скрылся от позорного плена с 20 всадниками. Потери российского отряда составили 28 убитых и 99 раненных. За Асландуз Котляревский получил орден Святого Георгия 3-й степени и чин генерал-лейтенанта.
Котляревский поехал в Тифлис к главнокомандующему генералу Ртищеву. Он хотел добиться разрешения командующего на открытые наступательные действия, чем принудить Персию к заключению мира. Но в Талышском ханстве, состоявшим 20 лет под протекторатом Российской империи, оставался семитысячный отряд персов, крепость Ленкорань была ими занята.
Генерал-лейтенант Котляревский поставил перед собой задачу освободить от персов Талышское ханство и занять Ленкорань. Талышский хан Мир-Мустафа был надежным союзником России, но как раз за это был изгнан персами. Они разрушили Ленкорань и под тем же именем построили новую крепость на берегу Каспия.
17 декабря 1812 года начался последний славный поход Петра Степановича. По дороге он взял укрепление Аркеваль и 27 декабря подошел к Ленкорани.
Крепость Ленкорань представляла вид неправильного четырехугольника на реке Ленкорани шириной 80 сажень. Наибольшая ее сторона, длиной 130 саженей, располагалась к юго-западу. Противоположная ей северо-восточная сторона составляла 80 саженей. По углам — в бастионах — были воздвигнуты батареи, самые сильные из них обстреливали подступы к крепости с северной и западной сторон.
Для осады крепости не хватало артиллерии и снарядов. Котляревский решился на штурм. В ночь на 31 декабря 1812 года штурм начался. В пятом часу утра войска молча вышли из лагеря, но, еще не дойдя до назначенных пунктов, были уже встречены артиллерийским огнем неприятеля. Не отвечая на выстрелы, солдаты спустились в ров и, приставив лестницы, быстро полезли на стены. Закипела ужасная битва. Передние ряды штурмующих не удержались и были сброшены, многие офицеры, и между ними подполковник Ушаков, убиты, а число персов на стенах между тем быстро увеличивалось. Тогда Котляревскому пришлось личным примером вести войска: он бросился в ров, стал над телом Ушакова и ободрил людей несколькими энергичными словами. В это время пуля пробила его правую ногу. Придерживая рукою колено, он спокойно повернул голову и, указав на лестницы, громко крикнул: «Сюда!» Воодушевленные солдаты снова кинулись на приступ. В это время две пули попали в голову и он упал. Но победное: ура! уже звучало над крепостью. Изувеченный, генерал был найден среди груды тел штурмовавших и оборонявшихся. Самоотверженный поступок генерала обозначил перелом в сражении. Майор князь Абхазов с одной ротой успел овладеть батареей. Петр Степанович, придя в сознание, не передал командование и продолжал распоряжаться до прихода отряда в Карабах.
В знаменитом Казанском соборе, где находится могила М.И.Кутузова, было помещено 107 знамен и штандартов добытых в сражениях с наполеоновской армией. Среди этого количества трофеев Отечественной войны 1812 года, было два знамени, захваченных под Ленкоранью отрядом П.С.Котляревского, как признание его военного подвига и полководческого гения.
За Ленкорань Котляревский был награжден орденом Святого Георгия 2-й степени, но из-за полученных ран вынужден был оставить службу. Пожалованные императором за взятие Ленкорани 2 000 червонцев генерал-лейтенант Котляревский раздал личному составу при сдаче полка. Для того, чтобы понять, что такое орден Святого Георгия 2-й степени, последняя награда генерала Котляревского — следует отметить, что за 200 лет существования ордена 2-й степенью был награжден 131 человек (среди последних награжденных генерал Н. Юденич). Князь Цицианов за взятие Гянджи в 1804 году рассчитывал получить орден Георгия 2-й степени, а получил полного генерала и очень на это обиделся. Орденом Святого Георгия 1-й степени было награждено 25 человек, и то — половина из награжденных были особы «королевской крови» и получили награды не за военные заслуги, а по политическим мотивам.
Блестящая победа Котляревского оказалась холодным душем для правящей верхушки Персии. Переговоры о мире было решено проводить в урочище Гюлистан в Карабахе. В октябре 1813 года был подписан русско-персидский мирный договор, завершивший войну 1804–1813 годов.
В 1813 году, в тридцать лет, генерал-лейтенант Котляревский был вынужден пойти в бессрочный отпуск с 9 июля «по Высочайшему повелению до излечения ран». В своем рапорте из Елизаветполя от 7 мая на имя генерала Ртищева он писал: «За болезнью своею выезжая из Карабаха, войска в оном находящиеся и пост поручил полк. Живковичу». Контузия и множественные раны причиняли ему страдания до самой смерти.
Закончив службу, Петр Степанович долго лечился на Кавказских минеральных водах, получил в 1814 году от императора ссуду 50 000 рублей на 12 лет и купил у министра финансов Гурьева небольшое имение Александрово в Бахмутском уезде Екатеринославской губернии. Императором Александром I 9 января 1820 года министру финансов был дан именной указ «во изъявление уважения к отличной службе в продолжении коей получил тяжелые раны и во вспомоществование недостаточному состоянию повелено должные им в Государственное Казначейство ассигнациями 33 333 рубля 34 копейки с него[Котляревского] не взыскивать и из долгового счета исключить».
Женился Котляревский в 1816 году на дочери сослуживца майора Ивана Енохина — Варваре (р.1799 г.). Современник высокопарно писал, что «избрав себе юную подругу, он недолго наслаждался семейным счастьем, и когда в первый год жена его сделалась матерью, то произведение на свет дитяти стоило ей жизни — великой для него жертвы. Она, умирая, унесла с собой плод скоротечной их любви и завещала ему вечное одиночество». Варвара Ивановна умерла 14 сентября 1818 года от тяжелых родов в имении Капитольское под городом Изюмом Харьковской губернии. Над ее могилой Петр Степанович в 1823 году построил Свято-Варваринскую церковь.
В своем имении Александрово Котляревский начал заниматься сельским хозяйством. В 1818 году здесь «по ревизии состоит крестьян мужеска пола 184-е души». Автор побывал в селе Александро-Шультено (так оно сейчас называется), находящемся в 5 км от города Константиновка Донецкой области. В селе кроме Георгиевского храма ничего из старых построек не сохранилось. Храм был заложен 29 июня 1822 года, с благословения архиепископа Иова, и освящен протоиереем Федором Савиновым 10 сентября 1829 года. Из храма Советская власть сделала кинотеатр. Когда здание было возвращено православной церкви, начались реставрационные работы. Лепнина на фризах была восстановлена по сохранившимся фрагментам. Живопись под куполом восстановить не удалось (там были изображены четыре евангелиста) и ее закрасили. Закончив строить Георгиевскую церковь, Петр Степанович в 1829 году перевез сюда отца (тот с 29 сентября 1804 года находился в отставке). В Александрово отец умер 98 лет от роду (в 1840 году) и возле церкви был похоронен. Его могила не сохранилась.
Будучи в столице в 1823 году Котляревский привез племенного барана и несколько овец породы мериносов, подаренных ему графом Н.П.Румянцевым. Мериносы представляют группу длиннохвостых овец и на то время были самой продуктивной породой.
Вместе с Котляревским жил его бывший подчиненный, израненный при Асландузе, подполковник Иосиф Иванович Шультен. Шультен женился на родной племяннице Котляревского Виктории Васильевне, родившей двух мальчиков и умершей в 1837 году. На попечении у двух военных дети и остались. Младший — Сергей (р.7.10.1834 г.) - был зачислен в адъютанты к генералу Котляревскому, но все время находился в канцелярии князя М.С. Воронцова. В 1864 году Сергей Иосифович Шультен имел звание поручика.Старший — Александр (р.13.04.1833 г.) - был психически не здоров и находился под опекой генерала, а после его смерти — под опекой младшего брата. Когда Котляревский был жив, то возил Сашу «лечиться грязями Сак и в другие лечебные места, но ничего не помогло. Любовь несчастного мальчика к деду была какая-то особенная. Он мог произносить только несколько слов и главное «дед». Сидел он очень часто около стола деда на высоком кресле и мог часами молчаливо не спускать с него глаз; в отсутствие Петра Степановича часто раздражался и даже плакал».
В честь восшествия на престол в 1826 году, император Николай I пожаловал Петру Степановичу чин генерала от инфантерии и предложил возглавить Кавказскую армию. В частности император писал: «Я льщу себя надеждою, что время уврачевало раны ваши, и успокоило от трудов, понесенных для славы российского оружия, и что одного имени вашего достаточно будет, чтобы одушевить войска предводительствуемые вами. Устрашить врага неоднократно вами пораженного и дерзающего снова нарушить тот мир, которому открыли вы первый путь подвигами вашими. Желаю, чтоб отзыв ваш был согласен с Моим ожиданием. Пребываю вам благосклонный, Николай». Но Котляревский отказался. Старые раны не давали покоя. В ответе императору он написал: «Удостоясь получить рескрипт Вашего Императорского Величества, осчастливленный Высоко-Монаршим вниманием, подданный желал бы излить последнюю кровь на службе твоей, Всемилостивейший государь, но совершенно расстроенное здоровье, а особенно головная рана, недавно вновь открывшаяся, не позволяя мне даже пользоваться открытым воздухом, отнимает всякую возможность явиться на поприще трудов и славы». Знавший его Михаил Николаевич Хрущев вспоминал, что многочисленные раны Петра Степановича требовали постоянного лечения и он был убежденным гомеопатом и сам лечился, «при чем, силою ли воли или внушения, это лечение крупинками всегда помогало, особенно же хорошо заживлялись раны ... арникой. Врачи отстранялись и про аллопатию Петр Степанович говорил, что она чуть не свела его в могилу. Тем не менее, военному полковому врачу, оказавшему ему первую помощь, Петр Степанович назначил пожизненную пенсию, которую аккуратно выплачивал из своей пенсии». Звали этого штаб-лекаря Георгий Фадеевич Следзиевский и проживал он в Бахмуте, в 15 верстах от имения своего благодетеля. Он, кстати, был одним из крестных внучатого племянника генерала — Сережи Шультена.
Боевой товарищ Петра Степановича генерал Захарий Иванович Бекарюков обосновался в Крыму под Феодосией. Стараниями друга в конце 1820-х годов Петр Степанович приобрел в Феодосии дом, принадлежавший Семену Михайловичу Броневскому — бывшему феодосийскому градоначальнику. В Крым он и перебрался из Александрово, но со старым имением не порвал и ежегодно туда наведывался. Через небольшое время Котляревский купил у наследников Броневского под Феодосией дачу «Добрый приют». Перебраться в Крым Петра Степановича заставило состояние здоровья. После контузии генерал совершенно не переносил холода. Зимою в Александрово он вообще не выходил из комнаты. А прекрасный климат Крымского побережья, чудесный вид на залив, окруженный с трех сторон горами не могли не отразиться положительно на здоровье Котляревского.
В Феодосии круг знакомых Котляревского составили старые боевые товарищи - З.И.Бекарюков и приехавший позже П.А.Ладинский, Таврический губернатор А.И.Казначеев, часто навещавший Новороссийский губернатор (а позже Кавказский наместник) граф М.С.Воронцов, художник И.К.Айвазовский. Петр Степанович многим помогал. Хлопотал он о предоставлении пенсии генералу Ладинскому, попавшему за что-то в немилость к князю М.С.Воронцову, об увеличении пенсии адъютанту Суворова во время перехода через Альпы Анастасьеву... Можно сказать, что его девизом было: «Спешите делать добро». Помогал он щедро.
Здоровье Котляревского ухудшалось. 11 октября 1851 г. «Добрый Приют» последний раз посетил Михаил Семенович Воронцов и долго беседовал с Котляревским. Через несколько дней Петру Степановичу стало еще хуже.
21 октября в 23 часа он с трудом поднялся, спустил ноги с кровати и сказал: «Посадите меня в кресло ...» Как только его посадили, он перестал говорить, и через несколько мгновений умер. Похоронили генерала недалеко от дома на старом кладбище. Рядом была могила его друга Шультена, умершего в 1850 году.
Когда генерала хоронили, на рейде выстроилась эскадра кораблей Черноморского флота с приспущенными траурными черными флагами.
В Грузинском гренадерском полку, который носил имя генерала Котляревского, на ежедневной перекличке фельдфебель Первой роты Первого батальона называл: «Генерал от инфантерии Петр Степанович Котляревский». Правофланговый рядовой отвечал: «Умер в 1851 году геройской смертью от 40 полученных им ран в сражениях за Царя и Отечество!»
Как удалось установить автору, в 1864 году феодосийским домом дачи «Добрый приют» владел племянник генерала Иван Петрович. В последнюю четверть Х1Х века дом Котляревского находился в собственности будущего московского головы Константина Васильевича Рукавишникова. В 1882 году на средства Рукавишникова был сооружен над могилами Котляревского и Шультена красивый памятник-часовня. Сегодня от часовни ничего не осталось, а место захоронения кавказского героя оказалось потерянным.
30 октября 1913 года на заседании Общества ревнителей истории, посвященном памяти генерала Петра Степановича Котляревского, профессор И.Ковалевский сказал: «Когда светит солнце, не видно блеска звезд». Гром сражений Отечественной войны на полях России затмил удивительные подвиги русских войск на Кавказе. Профессор закончил свою речь так: «Нам русским, нужно учиться подвигам не у далеких греков или римлян, а у самих себя. Котляревский принадлежит к русским национальным героям, которым — вечная слава и незабвенная память».
ПОСЛЕСЛОВИЕ
Автор на Петра Степановича Котляревского «вышел» совершенно случайно, когда занимался владельцами села Галицыновка, основанном князем Сергеем Федоровичем Голицыным. С 1820-х годов у села появился новый владелец — младший брат генерала П.С. Котляревского — полковник Преображенского полка Михаил Степанович Котляревский. Когда я начал читать скупые биографические сведения о генерале — удивлялся, как такая личность столько времени оставалась в тени. За годы Советской власти вышла только одна биография этого человека.
Феодосийский краевед А.Бобков познакомил автора с руководителем поисковой инициативной группы Константином Виноградовым. Эти люди, используя современную аппаратуру и упорство, нашли место захоронения Петра Степановича. Оно находится под асфальтом на территории Военно-морского санатория Украины. Будем надеяться, что в скором времени прах «кавказского Суворова» будет
Портрет Петра Степановича Котляревского написал художник Иван Айвазовский. Картина была создана спустя примерно два десятилетия после смерти генерала и изначально находилась в часовне-мавзолее, построенной Айвазовским на горе Митридат в Феодосии в честь друга. Сейчас это полотно хранится в Феодосийской картинной галерее имени И. К. Айвазовского.
Памятник генералу от инфантерии Петру Степановичу Котляревскому был открыт 28 ноября 2020 года в Феодосии на набережной Десантников.
Описание памятника Скульптурная композиция изображает генерала верхом на вставшем на дыбы коне. В правой руке Котляревский держит саблю, за его спиной развевается плащ. Под копытами лошади размещён мозаичный «персидский ковёр», который символизирует поверженного противника.
Некоторые особенности памятника: Материал и конструкция. Фигура бронзовая, постамент выполнен из лабрадорита — особо ценной породы гранита. У скульптуры всего две точки опоры, что представляет собой сложную инженерную задачу.
Символика. Ковёр подчёркивает не покорение Кавказа, а роль Котляревского как защитника российских интересов на Кавказе.
Инициатива установки. Памятник появился по инициативе Российского военно-исторического общества (РВИО) при поддержке правительства Крыма. Проект был выбран по итогам открытого международного конкурса. Авторами выступили скульптор Андрей Коробцов и архитектор Константин Фомин.
На церемонии открытия прозвучали салютные залпы из корабельных орудий Черноморского флота. В мероприятии приняли участие высокопоставленные лица, включая помощника президента РФ Владимира Мединского и заместителя министра обороны РФ Андрея Картаполова.
наш Герой 2й Суворов - Петр Котляревский
© Copyright: Александр Николаевич Юрасов, 2026
Свидетельство о публикации №226090601122
Свидетельство о публикации №226090601122
Рецензии